Анна Бахтиярова – Посланница Поднебесья (страница 49)

— Хорошо, — пробормотала я. Слова Тайруса помогли. Я не была готова принять Матильду. Но стало чуть полегче. — Спасибо тебе.

— Не за что. У нас у всех бывают кризисы из-за бедовых клиентов, — он посмотрел на меня почти весело. — Да-да, я о тебе. В бытность человеком немало крови мне попортила. И, да, я знаю, что у меня ее нет. Крови. Но ты поняла, о чем я.

— Поняла.

— Тогда дуй к Матильде. Мне тоже пора. В Поднебесье нынче сумасшедший дом.

— Что-то случилось? — спросила я осторожно, подозревая, каким будет ответ.

— Гала пропала. Никто ее не видел больше суток. Не отзывается, на совещаниях не была, что на нее не похоже.

— Ого… — выдохнула я, мастерски изображая изумление. — Наверное, и Высшие на ушах.

— Ну… — протянул Тайрус, округляя глаза. — Подозреваю, кое-кто из них был бы не прочь, если бы Гала исчезла навсегда. Сейчас их больше волнует не само исчезновение, а причина. Кто мог оказаться сильнее Галы, чтобы вывести ее из игры? Хороший вопрос, верно?

— Верно, — ответила я. Если бы крылья не были спрятаны, перья б точно встали дыбом.

— Не бери в голову, — тут же посоветовал Тайрус. — Занимайся подопечными и будет тебе счастье. Рано или поздно.

Я послушалась Тайруса. Отправилась к Матильде. Утро только наступило, больница потихоньку начинала просыпаться: первые процедуры, уколы, подготовка к операциям. Но у палаты моей подопечной было оживленно. В этой Вселенной анализы делались быстро. Пришли результаты, подтвердив подозрения следователей. Матильда оказалась той самой девочкой, похищенной много лет назад у родителей.

Они были здесь. Отец и мать. Сидели на диванчике у палаты. Светловолосая женщина в летах с узлом на затылке вытирала слёзы. Мужчина пытался ее утешить, но потом отворачивался и тяжко вздыхал. Непросто обоим далась такая правда. Они давно привыкли к мысли, что их маленький ангелочек, вероятно, на небесах. Хотели бы наказать виновных, но жизнь несправедлива, и этого не случилось. И вдруг нашлась взрослая дочь. Массовая убийца в коме. Очнется ли, неизвестно. И если, да, то что ее ждет? Скорее всего, пожизненное заключение. Разве это счастье? Нет. Это тот случай, когда неведение гораздо лучше правды.

— О шансах пока говорить очень трудно, — рядом с родителями села врач Матильды. — Поэтому не буду вас обнадеживать. Но одно чудо уже случилось. Никто не думал, что ваша дочь переживет день после трагедии. Состояние было крайне тяжелым. И потом несколько раз она снова оказывалась одной ногой в могиле. Но всё ещё дышит. Знаете, я человек науки. Привыкла полагаться на знания и умения. Однако это тот самый случай, когда можно уверовать в существование высших сил. Не могу избавиться от чувства, что вашу дочь кто-то оберегает. Видимо, она еще не завершила свой путь на земле.

Я вытаращила глаза.

Ого!

Доктор считает, что Матильда под защитой высших сил? Это сильно. Ладно медсестры. Они более подвержены суевериям. Но врач? С другой стороны, я впрямь не раз совершала настоящие чудеса поддерживая жизнь Матильды.

— Кайли родилась только через шесть лет после нашей свадьбы, — призналась мать моей подопечной. — Мы очень хотели завести ребенка, но ничего не получалось. А, когда дочка появилась, казалось, это дар небес. Мы и представить не могли, что всё так обернется.

— Не отчаивайтесь, — доктор сжала ее руку. — Наука наукой, но и вера очень важна.

— Она права, Рита, — поддержал врача отец Матильды. Или лучше сказать Кайли? Ведь именно это имя ей дали при рождении. — Не будем отчаиваться.

— Вы готовы? — спросила доктор. — Можете не торопиться. Если нужно еще время, сделаем это позже.

— Нет-нет, я хочу видеть дочь, — заверила мать и вытерла новую порцию слез.

Я оставалась рядом еще несколько минут. Смотрела на воссоединение семьи. Точнее, пока на его подобие. На Кайли-Матильду, лежащую без движения в глубоком «сне», на ее родителей. Отец просто стоял и не смел шелохнуться, глядел на бледное лицо дочери, узнавая или не узнавая черты. Мать плакала. Сидела у кровати и что-то беззвучно шептала. А потом у меня не хватило сил оставаться в палате. Подопечной, судя по показаниям браслета, ничего не грозило. А ее семья вызывала в душе горечь. И зависть, пожалуй, тоже.

Даже у преступницы, распылившей порошок посреди мегаполиса и забравшей чужие жизни, есть родные. Те, кому она не безразлична. А мне не на кого опереться, некому довериться. В земные жизни у меня были родители, мужья и дети. Но я никого не помнила. Кроме одного единственного возлюбленного, который оставался для меня тенью и, скорее всего, сгинул в капсуле забвения. Они все не в счет. Есть только Сара. Где-то всё ещё есть. Но она не семья. Никогда ею не станет. Саре важна только она сама…

И какого черта мне тогда ее искать?

Ради ее благополучия. Ради спокойствия Амэя.

Когда же хоть что-то сделается ради меня?..

Я посидела немного на крыше больницы, глядя на город, как и накануне купающийся в солнечных лучах. Удивительно, но в Мире Грёз и Обманов очень часто бывает хорошая погода. Даже когда проливаются ливни, быстро возвращается солнце. Может, в качестве компенсации за всю дурное, творящееся под ним?

— Куда теперь? — спросила себя. Нужно выдвигаться, пока не уснула под действием сонного порошка, крохи которого всегда витают в воздухе. — Навестить Эсмеральду? Или… Вот гадство!

Я хлопнула себя ладонью по лбу.

Гай!

Его кнопка пока оставалась спокойной, но ему сегодня предстояло отправиться с матушкой на похороны в качестве сопровождающего, а я намеревалась там за ним присматривать. Совсем забыла о собственных планах из-за новостей Матильды.

— Уже лечу, Гай Лион, — проворчала я. — Сделай одолжение, не преврати похороны в фарс, как было со свадьбой.

…Я успела вовремя. Подопечный как раз крутился у зеркала. Кажется, ему нравилось, как он выглядел в черном траурном костюме. По-взрослому. И как трагический персонаж, к тому же. Я только головой покачала. Кого-то хоронят, а Гай любуется собой. Ну, хоть успокоился под защитой нанятых матерью телохранителей. Родительница, с которой Гай встретился в холле через пять минут, выглядела мрачной. Собранной, уверенной в себе, но мрачной. Лицо казалось непробиваемым, и даже в глазах ничего не читалось, но чутье ангела подсказывало, что это видимость. В душе актрисы кипели страсти. Но не горе ее поглотило, а гнев и ненависть. И, кажется, тому, на кого она злилась, в скором времени придется несладко.

Мать с сыном сели в один из трех черных автомобилей и вместе с телохранителями и поехали по шумным улицам мегаполиса. Здесь снова светило яркое солнце. Его мало волновало, что у кого-то случилось горе. Оно вышло на привычный круг, чтобы светит всем и каждому. А уж как это воспримут внизу, пусть сами решают. Я не стала устраиваться сверху на автомобиле. Летела следом. Обгоняла процессию и приземлялась на очередную крышу. Ждала, пока та уедет вперед, и снова летела. Внимательно следила, не появятся ли недоброжелатели Гая. Всё-таки он впервые вышел «в свет» за долгое время. Да, кнопка на браслете оставалась спокойной. Но я знала по опыту: всё может поменяться очень быстро.

— Ларо, ты слышишь?

Я как раз спикировала с крыши и от неожиданности едва не рухнула камнем вниз — прямиком об асфальт. И дело было вовсе не в вызове. А в личности той, кто ко мне обратился.

— Ши? — я не поверила ушам.

— Да, это я. Прости, что беспокою. Мне пока запрещено связываться с полевыми ангелами. Только с уборщиками. Но я…

— Ты в порядке? Мы с Торром пытались помочь тебе на заседании Высших. Но, кажется, сделали только хуже и…

— Ларо, это сейчас неважно! — перебила бывшая сокурсница. — Там всё решили заранее. Вы ничем не могли помочь. Я совершенно по другому делу. Оно касается тебя. Я кое-что увидела. Но лучше бы не обсуждать это по сети. Нужна личная встреча.

— Э-э-э… Ясно, — я старалась не упускать из виду три черных автомобиля, а сердце нервно застучало. Дело, касающееся меня? Уж не связано ли оно с Галой?

— Приходи ночью на третий уровень, — затараторила Ши, будто опасалась, что связь прервется. — Там блок уборщиков. Но до него самого не доходи. Жди меня в комнате, на двери которой нарисована луна. После полуночи. Поняла?

— Да.

Я едва успела произнести это короткое слово, как связь отключилась.

— Прекрасно… — проворчала под нос.

Да, конечно, неплохо, что Ши узнала нечто полезное и хочет меня предупредить. Только было б куда лучше, если подобный повод для встречи вообще не появлялся.

Но я бедовая, верно? Как же без новых катаклизмов?

— Летим дальше, — сказала себе и усерднее заработала крыльями, ибо три автомобиля почти скрылись из виду.

Пункта назначения мы достигли минут через пятнадцать. Прощание с неизвестным мне пока покойником проходило в зале похоронного бюро. Портрет повесили при входе. С него смотрел молодой красивый мужчина. Не слащавый, но и не сказать, чтоб волевой. С другой стороны, это же Перевертыш. Тут всё наоборот. Гай вон всё равно, что бестолковая девица, а Сэм их архива умеет кокетливо хлопать ресницами.

— Как же он мне нравился! — всплеснул руками другой юный отрок, стоящий у входа, и тяжко вздохнул. — Такой талант ушел! Я обожал его фильмы!

За его спиной стояло много молодежи. Девушки со скорбными лицами, не скрывающие эмоции юноши.