Анна Бахтиярова – Посланница Поднебесья (страница 15)

— Берт!

— Уходи, Ларо, — отрезал архивариус стальным тоном. — Я твой друг. Но никогда больше не проси о подобных услугах. Не смей!

Непробиваемость Берта стала для меня полной неожиданностью. Я-то, наивная, полагала, он кинется выполнять просьбу, едва о ней заикнусь. Без дополнительных вопросов покажет всю мою «подноготную» Но вот, поди ж ты. Амэя испугался. С другой стороны, что я вообще знала о Высшем старце? Помимо того, что он не афишировал мою особенность. Вдруг архивариус прав, и старик с медовыми глазами — само воплощение жестокости? Быть может, когда я сыграю свою роль (в чем бы она там ни заключалась), он прихлопнет меня, как букашку?

В комнате Перехода я привычно бросила взгляд на вход в мертвый Мир. На дверь, которой больше не полагалось выглядеть дверью. Мысль пронзила голову ударом молнии. А если попробовать войти внутрь? Нет! По телу мгновенно прошла дрожь, как сотня иголок. Коли решусь на подобное, и об этом кто-то узнает, мне точно конец. А отправляться в небытие мне не хотелось столь же сильно, как архивариусу Берту.

Сегодня я перемещалась в Мир Грёз и Обманов, чтобы приглядеть за Матильдой и, возможно, поделиться жизненной энергией. Даже разрешение на это у Ллойда выпросила. Правда, сначала пришлось терпеливо выслушать его фырканье. О, Небо и Миры! И что другие женщины находят в этом ангеле? Напыщенный и самовлюбленный! А когда морщится, так и вовсе похож на мерзкого, склизкого червяка. Сущая гадость, а никак не первый красавец Поднебесья!

К слову, и Ллойд был не высокого мнения о моих внешних данных, о чём не преминул сообщить прямым текстом в первые же дни знакомства. Я, конечно, и сама умела зеркалом пользоваться, потому понимала, что он прав. Презентабельны на моем лице только светлые глаза, которые на фоне темно-каштановых волос смотрелись фантастически. Но всё остальное не выдерживало критики. Невзрачность и размытость — вот как бы я охарактеризовала собственные черты. Однако оскорблять девушку — верх невоспитанности!

— Радуйся, — подошла с неожиданной стороны Ши, когда я пожаловалась ей на выходку Ллойда. — Лучше так, чем приставать начнет. Ко мне уже с намёками лез. Говорят, шимантки для него вроде экзотики.

— Мерзость, — я сжала кулаки, представляя, как собственноручно ломаю Ллойду крылья. — Ты должна пожаловаться.

— Не стоит, — отмахнулась дочь Мира Вечной Ночи. — Я с ним справлюсь, коли перейдет черту. Наши девушки умеют за себя постоять. Узнает на собственной шкуре, что такое шимантский темперамент. Мало не покажется.

И я поверила, ибо увидела на сером лице подруги столько вдохновенной ярости, что на несколько Ллойдов хватило бы. Самое обидное, что Ши, наверняка, не одна предпочитала не жаловаться. Удивительно только, что Высшие закрывали глаза. О репутации этого посланника Поднебесья не слышал разве что глухой. Быть может, Аскольд, Ольвет и Амэй и сами в прошлом не отличались благопристойным поведением, и для них распущенность Ллойда в порядке вещей?

Выйдя на платформу в Мире Грёз и Обманов, я взглянула на браслет, хотя и так знала, что увижу. Кнопки Гая и Эсмеральды оставались синими с красными и желтыми бегающими полосками. Опасность, по-прежнему, маячила в отдалении и пока не собиралась приближаться. Зато дела Матильды заметно ухудшились. Кнопка светилась лимонно-желтым цветом, а время от времени по ней пробегали алые всполохи. Стало быть, сейчас моё место рядом с душой, которой я не позволила покинуть искалеченное тело.

По дороге в больницу я думала больше не о спящей подопечной, а двух других клиентах, которым приспичило перейти дорогу опасном противникам. Что за враги их преследовали, я ещё не разобралась, хотя и приложила немало усилий, пока сами мои незадачливые люди ушли в подполье. Эсмеральда скрывалась в заброшенном доме на окраине, без конца раскладывала карты, шепча под нос что-то неразборчивое. Гай бросил машину и обосновался в дешевом мотеле, заплатив за номер на три недели вперед. Сидел сутками взаперти, плакал и жаловался на жизнь унылым серым стенам.

Личности «обидчиков» гадалки я установила быстро, но это не дало равном счетом ничего. Трое мужчин были обычными наемниками, а лже-клиентка — сидящей без работы актрисой. Но кто их нанял, оставалось загадкой. Даже если б я имела право с ними разговаривать, спросить не получилось бы. Все четверо после чудодейственного порошка Виолы Донаты поселились в лечебнице для душевнобольных и, судя по всему, надолго. С бабкой моего ходячего недоразумения Гая тоже вышла загвоздка. Оказалось, её персональный ангелом была сама Гала, а та делиться информацией не собиралась.

— Бабуля охраняет тайну, — объявила она, когда я, переборов неприязнь, заявилась просить помощи. — Какую, не твое дело. Защищай подопечного и не суй нос в дела его родственницы.

Вмешательство Тайруса тоже не сработало. Гала и его послала зыбучим болотом. Не Амэю же было жаловаться!

— Пусть всё идёт своим чередом, — проворчал бывший наставник, когда вернулся от руководительницы особой группы ни с чем. — Может, Гала и вредничает. Но наличие тайны не по статусу тоже не исключается. Увы, у нас с ней разные весовые категории.

— Почему? — ляпнула я, не подумав, и затараторила, спеша объясниться. — Слышала, вы в одной группе учились.

— Видишь ли, — Тайрус поморщился, будто таракана увидел. — Мы с бывшей сокурсницей находимся в неодинаковом положении лишь потому, что я предпочитаю свободу короткому поводку. Хотя… — он тяжко вздохнул. — На шею Галы петлю тоже не так просто накинуть. У нее есть преимущество. Многие забывают, что этот ангел родом из Перевертыша. Да, она научилась вести себя, как женщина — привлекательная и коварная женщина. Но Гала была и остается мужчиной, привыкшим властвовать и управлять. Умеет завоёвывать сердца, но, если понадобится, размажет любого без раздумий и тени сожалений.

Вдаваться в подробности Тайрус не стал, а я не рискнула расспрашивать. Сама догадалась — отношения у этих двоих сложные. Если не сказать — запутанные. И вместо попыток получить помощь от старших по званию, слетала к Гаю на квартиру в поисках подсказок. Перерыла его вещи, в очередной раз удостоверившись в неряшливости клиента, но ничего путного не обнаружила. Не считая пары неоплаченных счетов и некоторых предметов гардероба сбежавшей невесты.

А потом я вспомнила о заинтересовавших клиента старинных книгах. Полистала и задумалась. Крепко. Все до единой исторические — о последнем столетии Мира Отражений. Вдруг ответ в одной из них? Вот только в которой? Увы, бестолочь Гай, покидая дом в спешке, умудрился свалить все десять томов на пол вперемешку. При всём желании теперь не узнать, какой именно побывал в руках негодника перед поездкой к убийственной во всех смыслах бабуле.

В завершении «расследования» я навела справки о почившем папаше подопечного. Того самого, которого грохнула старая перечница. Для этого даже лезть в вотчину Берта не требовалось. Наведалась в архив Перевертыша, порылась в документах, но не обнаружила ничего достойного внимания. Мужика выловили из реки. С пулей в груди. Убийцу так и не нашли, но основной версией стражей порядка было банальное ограбление.

…Когда на горизонте показалась больница, настроение достигло отметки на пару десятков ниже нуля. Хотя чему я удивляюсь? Мои подопечные кого угодно до дыма из ушей доведут. Никакое терпение не выдержит. Даже ангельское. Мало мне Гая с двумя полоумными бабулями, так ещё и Матильда плюет на подаренный шанс. Но прежде я достигла палаты подопечной и выяснила, почему лампочка сигналит об опасности, в коридоре меня чуть не сбили с ног. Я покачнулась, невольно взмахнула крыльями. Не столько от удара, сколько от неожиданности. Люди по определению не способны врезаться в ангелов. Если только последние сами не становятся видимыми и осязаемыми для человечества.

— Ши? — окончательно растерялась я, когда сообразила, кто передо мной. — Что ты тут…

Вопрос застрял в горле, когда я разглядела выражение лица шимантки. Оно точно не отражало моё ошеломление, а показывало во всей красе ужас самой Ши.

— Я облажалась, — оповестила дочь Мира Вечной Ночи, всхлипывая, и потерла серое веко. — С первым же клиентом! Ты не знаешь, — нос зашмыгал громче, — за гибель подопечных в капсулу сразу отправляют?

— Она умерла? — ахнула я, вспомнив, что шимантку приставили опекать девицу, прочно подсевшую на сонные пилюльки с конфетками.

— Почти, — в одно коротенькое слово Ши вложила всё отчаянье. — Я была на свадьбе другой клиентки — дома. Хотелось посмотреть… И вообще… Это же важный день, и я пыталась сделать так, чтобы всё получилось идеально. И пропустила, как эта дурочка перестаралась с сиропом. Приняла слишком много.

— Ты дала ей жизненную силу?

Шимантка замотала головой.

— Тут Ллойд. Сам разбирается. Посмотрел так, будто я весь город убила.

— Не переживай, — начала, было, я и осеклась на полуслове.

По вестибюлю в нашем направлении шагал сам Высший Амэй. Сосредоточенный и мрачный, как затянутое тучами вечернее небо. Ши затрепетала, вжала голову в плечи, но старец смотрел только на меня.

— Что ты тут делаешь, Ларо? — осведомился он, поравнявшись с нами. Шимантку Высший предпочел не «заметить», что мне показалось недобрым знаком.