Анна Бахтиярова – Обреченная для красного дракона (страница 48)

Я краем глаза заметила, как Клавдий снова пополз. На этот раз в дальний угол зала. Но сначала он в ужасе покосился… нет, не на меня. На моего близнеца. На мальчика, которого убил. Неудивительно. Любой перетрусит, коли столкнется с покойной жертвой.

— Алекс? — Офелия сделала еще пару шагов к дочери, но та выставила руки перед собой.

— Не подходи! — завопила истошно. — Я скажу! Всё скажу! Это правда, да! Тереза — дочь Юджинии и Уильяма! Она родилась раньше близнеца! Ее повитуха каплями напоила сонными и под кровать спрятала. Я девчонке жизнь спасла, между прочим! Уговорила Клэр Кордей выдать за свою племянницу! Еще и знахарку самую лучшую нашла, а та Терезе двадцать один год жизни выторговала! Если бы не я, девчонка отправилась в мир иной вслед за братом еще младенцем. Хватит так на меня смотреть! Я ее защитила!

— Защитила? — переспросила я с яростью, которую была не в силах скрыть и даже хоть немного утихомирить. — Ты отняла у меня семью! Если б не твое предательство, меня не пришлось бы спасать! Моя так называемая болезнь — это наполовину мертвая магия! Она у нас с Браном одна на двоих! Я держу его в этом мире, он тянет меня в потусторонний! И это твоя вина, Александра! Не только Клавдия!

Дражайшая тетушка замотала головой.

— Я никого не убивала!

— Ты позволила убить родную сестру! — припечатала Офелия. — И тебе даже не жаль.

Не знаю, чего она ждала от младшей дочери. Раскаяния? Признания вину? Разумеется, ничего из этого не последовало. Наоборот. Услышав слова матери, Александра внезапно перестала бояться, расправила плечи и крикнула той в лицо:

— С какой стати мне жалеть Юджинию?! Она всегда получало всё! А я ничего! Она считала себя лучше меня! Не упускала возможность это показать! А ты ей во всём потакала! Вы сами во всем виноваты! Вы обе!

Призрачная женщина только руками всплеснула.

— Зрелость и материнство не сделали тебя умнее, Алекс. Ты так ничего не поняла. Юджиния никогда не получала ничего в ущерб тебе, не считала себя лучше. Просто твоя сестра была доброй и отзывчивой, и люди ее любили. А в тебе всегда были злость и зависть. Ты сама отталкивала всех. Даже нас с отцом, хотя мы изо всех сил старались тебя поддержать, сделать счастливой. Но что бы мы ни делали, тебя всегда было мало. И вот к чему в итоге пришли. Ты сама во всем виновата. И должна заплатить.

Александра зарычала. Но то не походило на готовность напасть или защититься. Это было отчаянное рычание. Мерзавку накрывало осознание, что всё кончено. И для нее, и для Клавдия.

— Что ты намерена делать? — Офелия Рутенберг повернулась ко мне. — С ними со всеми? В том числе, с детьми Александры?

Меня пробрал озноб. До костей. Из-за вопроса бабушки, которую я не знала при жизни. Но еще сильнее из-за ее внешности. Будто передо мной была не она, а я сама, пришедшая из будущего. С седыми волосами и изрезавшими лицо морщинами. Будто я сама сейчас смотрела на себя и требовала ответа. Возможно, самого важного в жизни.

— Я… я….

Меня тоже накрыло осознание. Придется решать судьбу не только старшего поколения, но и младшего. Судьбу Лусии и ее брата — юноши, который считал себя наследным Принцем. Считал себя тем, кто займет престол после смерти Клавдия. А я стану той, кто это отнимет. Отнимет всё у них обоих. Как их отец у нас с Браном.

Я посмотрела на дракона, ища поддержки, но он сделал вид, что не заметил.

Тогда я сжала кулаки и выпалила:

— Хочу, чтобы Александра повторила твою судьбу! Пусть ее запрут в старом замке Клавдия и охраняют. Обращаются, как с пленницей, лишенной всех привилегий и прав. До конца дней! Без шанса на помилование!

— Уверена? — дракон посмотрел на меня с толикой удивления. Видно ждал, что я захочу пролить реки крови.

— Да. Она любит власть. Так пусть живет, не вправе принимать решения даже по мелочам. Я опасалась, что Офелии такой вариант не понравится. Но та удовлетворенно кивнула. Возможно, она не желала смерти Александры. Мерзавка — хоть и предательница, но была и оставалась дочерью. Плотью и кровью. А вот заточение, повторение материнской судьбы было в каком-то смысле равноценным наказанием.

Если, конечно, забыть о гибели моих близких.

С другой стороны, меня Александра Клавдию не сдала. И знахарку нашла для моего лечения. Приговаривать ее к смерти было бы неправильно.

Сама тётушка щедрости не оценила.

— Ты не посмеешь так со мной поступить! — прошипела она. Даже о страхе перед призрачной матерью забыла.

Я пожала плечами.

— Могу изменить решение. Если не нравится заточение в замке, будет смертный приговор. Сама выбирай. Что касается Лусии… — я сделала паузу, понимая, что распоряжаюсь чужой жизнью, и это не игрушка. — У Лусии будет три варианта: отправиться в изгнание с матерью, стать служительницей храма где-нибудь в глуши или выйти замуж за кандидата, которого полностью одобришь ты, — я выразительно посмотрела на мужа.

Мол, если я умру, ты должен проследить, что девчонка на коротком поводке.

— Что касается Клавдия и Мислава…

Я снова примолкла, сообразив, что Бран не сказал ни слова. Покосилась на близнеца, однако он махнул рукой, предлагая мне продолжать. Его глаза горели от возбуждения, но он был совершенно не против, чтобы решения принимала я. Впрочем, чему удивляться? Братец во многом оставался ребёнком. Знания и жизненный опыт не делали его взрослым, как живых людей.

— Клавдий — преступник и убийца, — отчеканила я. — Он должен заплатить. За дворцовый переворот, за убийство Короля, его жены и новорожденного сына. А еще всех, кто был предан Королевской семье. Были и другие преступления, которые Клавдий совершал все эти годы. Многие подданные пострадали. Часто без причины. Только потому, что у Его фальшивого Величества было дурное настроение. Однако приговаривать Клавдия к смерти я не стану. Его судьбу должен решить народ. Как и судьбу Мислава, снабдившего Клавдия армией для захвата власти. Пусть пока посидят под замком, — я вновь посмотрела на мужа. На этот раз вопросительно. — Это реально организовать?

— Да. Я уже отправил мысленный приказ нашим птичкам. Повозка осталась здесь. Когда они прилетят, Эван их запряжет, и вы с Браном отправитесь в прослойку, где будете в безопасности. А я наведу порядок в королевстве. В смысле, прослежу, чтобы твои распоряжения были исполнены. Неукоснительно.

— Хорошо, — я сосредоточенно кивнула.

И тут “ожил” Мислав.

— Вы не имеете права меня здесь держать! — возмутился он. — У вашего народа нет никакого права решать мою судьбу! Я правитель другого королевства. И никаких прежних Королей я не убивал. А то, что армией Клавдия снабдил — это не преступление. Откуда мне было знать, как он ее использует. Мне говорил, для собственной защиты.

Как же мне хотелось кинуться на него и вцепиться ногтями в самодовольное лицо.

Ну, конечно, сама невинность.

— Ты должна отпустить меня… хм… как тебя там?

— Её Высочество Принцесса Тереза! — объявила Зора негодующе и щелкнула пальцами.

В тот же миг Мислав распластался на полу и, в отличие от стражников, в сознании не остался. Заснул на боку. Еще и ладони под щеку положил.

— Простите, — Зора вздохнула. — Я подумала, что вам сейчас ни к чему всё это выслушивать.

— Правильно подумала, — согласился с ней дракон и испытывающе глянул на меня. — С Королями, Королевой и Принцессой разобрались.

— Разобрались, — подтвердила я. — Можно мне пойти к старую спальню? Хочу побыть одна. До прилета птиц.

Но дракон отрицательно покачал огромной головой.

— Ты кое-что забыла, Тереза. Еще остался Принц. Его судьбу тоже надо решить.

— Да чтоб… — процедила я сквозь зубы, а по телу волнами разлилась ярость.

На весь свет разом.

А ведь правда. Принц! О нем я совершенно забыла. Или это разум меня щадил? Одно дело Клавдий, Мислав, Александра и даже Лусия! И совершенно другое Принц Томас. Да, к той же Лусии у меня были претензии. Эта капризная девчонка даже не подумала мне сочувствовать, когда я отправилась к дракону вместо нее. Еще и ныла до бесконечности, как нелегко ей придется вдали от дома. Как обидно скрывать, что она Принцесса. Принц же ничего дурного мне не сделал. Он вообще был довольно тихим. Я пару раз слышала, как Клавдий громыхал на супругу и тех, кто оказывался рядом. Выказывал недовольство подрастающим сыном. Мол, тот недостаточно воинственным растет. Еще и дурнем.

А я… Мне же следовало сделать нечто такое, что навсегда выведет паренька из игры. Да так, чтобы у него не было возможности отомстить в будущем. Но не убивать же его в самом деле! Я — не Клавдий, убивающий младенцев. Я даже самого Клавдия не готова приговорить к смерти. Даже его кровью не в силах обагрить руки. А тут мальчишка!

В общем, мои нервы сдали.

— Решай сам! — объявила я мужу и отправилась прочь из зала.

Дракон, наверняка, опешил. Или разозлился, что было еще вероятнее. Но препятствовать не стал. Бран засеменил за мной следом. Сначала молча. Но когда мы отошли на приличное расстояние от тронного зала, близнец затараторил:

— Я тоже не хочу, чтоб Принца убивали. Он же не виноват, что родился у Клавдия и Александры. Лусия мне никогда не нравилась, да. Она — гадкая девчонка. А Томас… Клавдий называет его дурнем, а мне кажется, что он — мечтатель. Томас часто прячется в библиотеке. Книжки читает. О путешествиях. Пока никто не видит. Я-то видел. Потому что сам невидимым был. Вот.