Анна Бахтиярова – Квест по мирам с принцем обмана (страница 3)

— Останешься у нас или куда-то поедешь? — спросил отец. — Только назови место, я позвоню, и у тебя будет лучший номер в любой гостинице сети.

Я благодарно улыбнулась. Но не ответила ничего конкретного. Мол, мне нужно подумать. Не хотелось признаваться, что предпочла бы не пользоваться отцовским влиянием. Хотелось вообще сбежать в глушь. Или на край света.

Детское желание. Но так чувствовалось.

— Оставайся у нас, — предложила мама. — Походим по магазинам, съездим в спа.

— Посмотрим, — я встала и поцеловала ее в щеку, давая понять, что пока ставлю точку.

…После разговора с родителями я вышла в сад. Села на качели, которые обожала в детстве. Оттолкнулась ногами. Сильно раскачиваться не стала. Так, легонечко, чтобы не оставаться на одном месте.

Первый запал прошел, и накрывало осознание случившегося.

Я ведь любила Рона.

Он был моей первой и единственной любовью. Я думала, мы проживем вместе всю жизнь, как мои родители. Как бабушка с дедушкой. В моей семье с маминой стороны вообще было не принято разводиться. С папиной тоже. За редким исключением. В прошлом месяце мы с Роном отметили пять лет со дня свадьбы и заговорили о детях. С работой всё ладилось, мы повзрослели, остепенились, пожили для себя. Решили, что пора задуматься о увеличении нашей семьи. И вот… любовница в нашей супружеской постели.

Нет, я не жалела о решении развестись. Я знала, что не прощу Рона. Не переступлю через предательство. Через то, что спал с другой в моей спальне, на простынях, которые я так старательно для нас выбирала. Не забуду слов его любовницы. Рон обещал ей развестись со мной, утверждая, что я ничего не значу. Он лгал, чтобы затащить блондинку в постель. Но он говорил это вслух. Обо мне. Он посмел ЭТО сказать!

Да, сердце будет кровоточить. Не день, не неделю, и даже не месяц.

Но я справлюсь.

По-другому быть не может.

…Постепенно мысли от Рона и блондинки перетекли к более насущным делам. К ближайшему будущему. Нет, у родителей я оставаться не хотела. Жить в отцовской гостинице тоже. Все будут бегать вокруг, будто я — принцесса. А мне сейчас хотелось минимум заметности.

— Эйприл…

В голове, будто вспышка, промелькнуло воспоминание об утреннем звонке школьной подруги. Она звала меня на море. Предлагала пожить в гостевом домике сестры другой нашей приятельницы — Вивьен.

А что? Это не худший вариант. Море, небольшой южный город. Подруги, которые не будут донимать разговорами о Роне, если хорошенько попросить.

— Эйприл, привет. Твое предложение в силе? — спросила я, вытащив из кармана джинсов телефон и набрав отлично знакомый номер.

— Ты серьезно? — удивились на том конце. — Мне показалось, ты хочешь побыть примерной женой и не рассматриваешь иные варианты.

— Обстоятельства изменились. Хочу проветрить мозги и расслабиться.

— Что-то случилось?

— Ничего ужасного. Детали расскажу при встрече.

— Но разве Рон не будет…

— Эйприл, говори, как называется город. Я прямо сейчас забронирую билет.

— Хорошо, — пробормотала подруга. И тут же добавила гораздо жизнерадостнее: — Я буду очень рада тебя видеть. Вивьен затащила меня на отдых и предоставила самой себе. А мне так нужна копания и… Ладно-ладно, я перехожу к делу…

Я улыбнулась. Что ж, Эйприл хорошо меня знает. Умеет вовремя останавливаться.

— Как-как, ты сказала, называется городок? — переспросила мама, глядя на меня отчего-то с тревогой.

Она сидела в кресле в гостиной и читала. Папа устроился на диване. С газетой.

— Тайная бухта, — повторила я. — Да-да, я знаю, очень необычно звучит. Эйприл сказала, что так когда-то называлась сама бухта. А когда начал зарождаться городок, менять ничего не стали. Так и живут. Считают, что название помогает привлекать туристов.

— Ясно…

— Что-то не так?

— Всё в порядке, — улыбнулся папа, но как-то натянуто что ли. — Мы там бывали. Очень давно. Поэтому мама удивилась совпадению.

— Вот как. Не знала. В смысле, ни разу не слышала от вас это название.

— Мы много куда ездили. Ты же знаешь. А в Тайную бухту пригласил мой сокурсник. Он там вырос. Мы неплохо провели время.

— Дашь его адрес? Могу навестить. Передать от тебя привет.

— Он там больше не живет, — заверил папа торопливо. Но у меня сложилось впечатление, что упомянутый друг и сейчас обитает в городке, просто отношения с ним испорчены по причине, которую мне не хотят называть.

— Жаль, — улыбнулась я. — А то он показал бы мне места, по которым и вы гуляли.

— Вряд ли туристические «тропы» с тех пор изменились, — отшутился мой родитель.

— Эйприл говорит, там есть древний замок.

— Точно, — улыбка продолжала держаться на лице отца, а мама почему-то побледнела. — Я его помню. Замок. Но нам внутри не понравилось. Мрачно. И ощущения неприятные.

— Ты же не веришь в призраков, пап, — я не понимала причину нервозности обоих родителей и пыталась нащупать нить, за которую тянуть.

— Конечно, не верю. Просто сырые древние стены не внушают оптимизма. Так когда ты уезжаешь?

— Завтра в семь утра. Встану рано, постараюсь никого не будить. Позавтракаю в поезде.

— Хорошо, — отец поднялся с дивана. — Пойду-ка я спать, пожалуй.

— Я тоже, — мама положила книгу на столик. — Не задерживайся в этой бухте больше недели, дорогая. Раз обещала подчиненным вернуться на работу, не следует нарушать данное слово.

Родители по очереди поцеловали меня в лоб и удалились. А я осталась стоять посреди гостиной с четким убеждением, что они недоговаривают.

Глава 2. Легенды

Дорога до Тайной бухты заняла почти сутки. На самолете можно было добраться за три часа, но я никогда не любила летать. Не боялась. Просто чувствовала себя крайне неуютно, представляя, сколько тысяч метров подо мной до земли. В поезде можно было и поспать с удобством, и видами из окна полюбоваться. Тем более, средства позволяли мне выкупить купе, чтобы обойтись без попутчиков. Накануне я воспользовалась самолетом в качестве исключения. Очень хотела добраться до мужа-именинника поскорее.

О Роне я нынче старалась не думать. Читала, смотрела в окно, настраивалась на позитивный лад. Сердце ныло, конечно. А как иначе? Нельзя залепить кровоточащую рану пластырем и делать вид, что ее нет. Такой вариант не сработает. Но в то же время я чувствовала, что случившееся к лучшему. Я узнала правду, выбросила Рона из своей жизни, и начну всё сначала. Да, трудно. Но лучше так, чем жить с мужем, который развлекается с другими женщинами за твоей спиной.

Рон в свою очередь делал всё, чтобы я не забывала о его существовании. Звонил каждые минут пятнадцать-двадцать. Я не реагировала. Но и в черный список пока не отправляла. Потом посыпались сообщения. С ними я ознакомилась-таки, дабы понимать, на каком этапе выезд из квартиры и всё остальное. Рон требовал с ним поговорить. Обещал меня проклясть за катастрофу на работе и, разумеется, вопрошал, где кабриолет. О фоточке блондинки (той, что я разослала всему списку контактов) не упоминал. Видимо «конфуз» подружки героя-любовника мало волновал. Главное, машина. Мол, камеры засняли, как я выезжала на ней из гаража. В ответ я отправила лишь разводящий руками смайлик.

К обеду позвонил адвокат. Сообщил, что операция «выдворение» завершена. Вчера уложиться не получилось. Освобожденный из спальни Рон рванул на работу — спасать не то карьеру, не то пятую точку. Это, разумеется, были не слова адвоката, а мои собственные мысли. Он говорил деловито, без лишних деталей. Но у меня всегда было хорошее воображение. Во избежание выноса моего имущества сотрудникам конторы пришлось дежурить в квартире ночью, а потом помочь вернувшемуся под утро Рону упаковать вещички и «сдать» ключи. Да, замки после его позорного ухода поменяли, однако старую связку изъяли из принципа. Или чтобы показать мне, что работа проделана в полном объеме.

Еще через полчаса мой номер набрал начальник Рона, и я ответила-таки под гнетом чувства вины. Месть была гаду-муженьку, но обозленные клиенты у них общие.

— Рон говорит, что ты забрала автомобиль, — объявили на том конце, не потрудившись поздороваться. — Твой муж уволен и обязан вернуть нашу собственность.

— Я оставила кабриолет там, где мы с Роном договорились, — соврала я, не моргнув глазом. И назвала адрес, молясь высшим силам, что авто успели угнать. — Не знаю, зачем Рон юлит. Он нынче явно с головой не дружит.

— Рон говорит, это ты разослала сообщения клиентам.

— Какие сообщения?

— Об отмене заказов! — начальник изменщика начинал всерьез злиться.

— Я похожа на человека, который занимается подобным? — спросила строго. — У Рона проблема с алкоголем, а он лечиться не хочет. Вот и доказательство, что окончательно слетел с катушек. Видимо в непотребном состоянии сообщения рассылал. Он, когда напьется, всех ненавидит. И нас с тобой в первую очередь. Не любим, не ценим.

— Что ж ты мужа не лечишь, Натали? — попенял собеседник и отключился, не желая слушать дальше, но меня не волновала его реакция. Главное, начальник удостоверился, что Рон — сумасшедший. Меня подозревать во вредительстве глупо. Я впрямь не такая. Обычно.

На этом звонки закончились. Даже поток сообщений от Рона иссяк. Видимо, изменщик созвонился с боссом и рванул по указанному адресу — искать кабриолет.

Вскоре в дверь постучали.

— Будете обедать в купе или в вагоне-ресторане, леди? — поинтересовался проводник.