Анна Бахтиярова – Карамелька, или Ты попал, жених! (страница 39)

— У меня много информаторов, леди Амелия. И один из них…

Видимо, корреспондент хотел сказать, что тот работал в ресторане или следил за Карлайлом во время визита в столицу. Но не успел меня просветить, ибо со всех сторон раздались испуганные возгласы, и мы резко остановились.

— Ты, правда, думала, что победила, глупая корова?! — раздался женский голос. Злющий и звенящий.

— Да вы издеваетесь, — пробормотала я, обнаружив в нескольких метрах «костяшку». В смысле, бывшую любовницу Итона — Клариссу, с которой схлестнулась на маскарадной вечеринке.

Белокурая истеричка стояла с перекошенным от ненависти лицом и держала в руках… странный предмет. Некий переливающийся шар на подставке с длинной ручкой. Я понятия не имела, что это за штука. Но судя по волнению пятящихся в стороны гостей, сей предмет представлял серьезную опасность.

Первым ожил Итон.

— Кларисса, что ты творишь? — он шагнул к бывшей подружке, оказавшись между ней и нами с Хантером. Женушка мэра предпочла ретироваться бочком от греха.

— Делаю то, что должна! — завопила костяшка, а глаза сверкнули так, что я осознала: она окончательно слетела с катушек. И пойдет до конца. — Ты бросил меня ради этой коровы! На нее даже смотреть противно! На боках жир так и выпирает, а ноги, будто два огромных бревна! И ты согласен ложиться с ней в постель, потому что у нее происхождение лучше?! Я целый год делала всё, что ты хотел, а ты! Ты!

— Кларисса, послушай…

— Она втоптала меня в грязь на вечеринке! — продолжала кричать блондиночка. — Опозорила так, что передо мной теперь все двери закрыты! Но я прошла сюда! Ваша охрана разбежалась при виде моей игрушки, — она кивнула она переливающийся шар. — Твоя корова за всё заплатит.

— Тебя посадят, Кларисса, если не остановишься, — использовал Итон важный аргумент.

Но костяшка усмехнулась.

— Плевать. Зато твоя невестушка обуглится.

А дальше случилось всё и сразу.

В глазах обезумевшей костяшки сверкнуло пламя. Шар на подставке подпрыгнул. Итон попытался его перехватить, вцепившись в ручку подставки. По-джентельменски повел себя и Хантер. Выскочил вперед, закрыв меня от шара. А я… Я сделала то ли нечто очень важное, то ли огромную глупость. На автопилоте вскинула руку и… магией вырвала нить из сети под потолком. Потянула ее, понятия не имея, что именно делать дальше. А главное, как. Только подумать успела, что неплохо было бы отсюда убраться.

А уже в следующий миг покатилась по ковру. Причем не в одиночку. Рядом кубарем еще кто-то летел. Я сразу не разобрала, кто именно. Лишь вспышкой молнии мелькнула мысль: лишь бы это оказалась не костяшка вместе с опасной штуковиной. Но я едва успела ее додумать. Врезалась в диван.

— Откуда здесь мебель вообще? — пробормотала, пытаясь оглядеться в темноте. Свет отчего-то погас. Или… — Вот, черти! — до меня дошло, что я вовсе не в бальном зале ратуши. А где-то еще. Моя магия снова откликнулась на желание сбежать, как когда-то в родовом гнезде Моро после нападения ниндзя.

— Где это мы? — осведомился мужской голос.

— Хантер?

— Амелия, вы целы?

— Да. Но… Ого!

Моя попытка рассмотреть предметы вокруг возымела успех. Глаза начали потихоньку привыкать к темноте, и голова пошла кругом, ибо я узнала и диван, и очертания шкафа, и даже занавески на темном нынче окне. Это был зал! В смысле, зал моей квартиры!

Это что, нить так сработала?! Усилила мой дар, как недавно настойка Итона?

Похоже на то…

Но вопрос: надолго ли мы тут?..

— Амелия, вы куда? — насторожился переместившийся со мной за компанию Хантер, когда я вскочила и рванула в сторону двери.

— Никуда, — отозвалась я, нащупав на стене выключатель. — Так-то лучше, — проворчала, когда в комнате зажегся свет, осветив всё вокруг. — Надо… выдохнуть, — заметила я и плюхнулась на диван.

Мыслей в голове, впрочем, было не так уж и много.

Помимо сроков пребывания дома, волновало состояние Итона. Она ведь пытался отнять у обезумившей костяшки жуткий шар. Мог и покалечиться. Если не хуже. А еще беспокоило присутствие Хантера. Вдруг я переместилась насовсем? Оно, конечно, замечательно. Но что в таком случае делать с корреспондентом из другого мира? Здесь-то я магией не владею от слова «совсем». Отправить его восвояси не получится при всём желании.

— Амелия, вы чересчур спокойны для леди, оказавшейся в чужом доме, — напомнил Хантер о своем существовании. Он встал с ковра и принялся осматриваться. — Нам бы не помешало найти выход и покинуть сие жилище, пока нас не обнаружили владельцы и… Погодите, — он резко остановился, уставившись на стол. — Это что — иномирная техника? — он указал пальцем на мой ноут.

— Нет. Здесь эта техника вовсе не иномирная, а местная, — отозвалась я и поправила прядку волос, выбившуюся из прически по время катания по полу. — Называется ноутбук. И не паникуйте насчет владельцев жилья. Нас никто не выгонит. Это мой дом. В смысле, квартира.

Рот Хантера приоткрылся от удивления.

— То есть, мы в другом мире? — спросил он хрипло.

— Ага. В моем, — подтвердила я и добавила, наблюдая, как корреспондент понесся к окну: — Черт. Есть хочется. Странно. Знаете, обычно я не страдаю повышением аппетита на нервной почве. Тем более, совсем недавно был ужин. Может, дело в магии? Всё-таки я переместила нас в другой мир. Наверное, много энергии потратила. Ладно, приятно поговорить самой с собой, — усмехнулась я, сообразив, что Хантер меня совсем не слушает. Прильнул к стеклу, как ребенок, и вглядывался в темную улицу.

Я покачала головой и потопала на кухню.

— Вот, зараза…

Холодильник был отключен и пуст. Кто-то позаботился, чтобы он не работал вхолостую в пустой квартире. Еще и от оставшихся продуктов избавился, чтобы не портились. Вряд ли мама или сестра. Не царское это дело. Скорее, отправили кого-то из домработниц.

— Да вы издеваетесь! — возмутилась я, открыв дверцы шкафа, где раньше хранились крупы и печенье. Там тоже были лишь пустые полки.

— Это кухня? Какая-то она маленькая…

Я нервно подпрыгнула, не заметив, как Хантер появился за спиной. И выругалась, потому что ударила руку.

— Уж какая есть, — прошипела сердито. — Та-ак, сидите в гостиной, а я… схожу в душ и переоденусь. А потом наведаюсь в магазин за продуктами. А соседнем доме есть круглосуточный.

— Я с вами! — объявил корреспондент, выпятив грудь.

— В душ? — мои глаза округлились.

— Нет, конечно, — щеки Хантера порозовели. — За продуктами. Леди нельзя разгуливать одной по ночам.

Я посмотрела на кухонные часы в виде домика. Стрелки показывали пятнадцать минут десятого.

— Формально сейчас не ночь, а только поздний вечер и… Хорошо-хорошо, сходите со мной, — согласилась я, сообразив, что «рыцарь» не отстанет. Он, судя по сосредоточенному выражению лица, как раз готовился выплеснуть порцию аргументов. — Одежда у вас, конечно, странная. Но, если кто будет пялиться, скажем, что увлекаетесь косплеем.

— Чем?

— Не берите в голову, — отмахнулась я и рванула к шкафу за чистой одеждой. Нынешнее платье точно не подходило для выхода. И вообще очень хотелось его снять и облачиться во что-то удобное. А еще голову помыть не мешало, дабы избавиться от обильно вылитых на волосы средств для укладки другого мира.

Надо ли говорить, что я поставила рекорд скорости по принятию душа и мытью головы?

Не то, чтобы торопилась. Просто опасалась, как бы нас не затянуло назад. А предстать перед всеми без одежды и в пене как-то не улыбалось. Хотя… без пены, пожалуй, было бы еще хуже. Впрочем, обошлось. Я закончила водные процедуры без приключений, облачилась в джинсы и футболку, высушила волосы феном.

— Та-ак, что тут у нас? — проворчала я, проверяя заначку.

Стопочка купюр никуда не делась. Как и банковские карты. Телефон-то остался в доме Итона, расплачиваться на кассе придется по старинке. Находка меня порадовала. Значит, родственники избавились только от продуктов. Больше ничего не тронули. Уже хорошо. Надо бы с ними связаться. Наверное. Может, там никто особенно и не горюет. Но лучше обозначить свое существование. В смысле, жива-здорова, помирать не собираюсь, и квартира, по-прежнему, моя. Как и всё имущество в ней. Даже если я снова исчезну, пусть будут в курсе, что трогать тут ничего нельзя.

— На выход, — велела я корреспонденту и накинула в прихожей ветровку.

Мы вышли в подъезд, я повернула ключ в замке, как вдруг открылась дверь по соседству.

— Ой… — выдала старушка, гордо носившая довольно редкое имя Руфь. Она меня недолюбливала. Жаловалась, что, сталкиваясь со мной на лестнице, вынуждена прижиматься к стене, хотя делала это из раза в раз я, чтобы освободить недовольной бабке побольше пространства. — А родня говорит, ты пропала без вести, — выдала она с нотками разочарования в голосе. — Племянница хочет поближе переехать. Мы думали, может, твою квартиру на продажу выставят.

— Не выставят, — отрезала я. — Спасибо за заботу.

— А это что за фрукт? — кивнула она на Хантера.

— Персик. Очень сочный экзотический фрукт, — я усмехнулась и подтолкнула обалдевшего Хантера к лестнице, чтоб не стоял, как пень, а спускался, пока беспардонная бабка еще чего не брякнула. За ней не заржавеет.

Дальше события развивались вполне штатно. До магазина дошли быстро, хотя Хантер только и делал, что глазел по сторонам. Наши миры не сказать, чтоб сильно отличались. Дома у корреспондента тоже ездили автомобили, пусть и попроще, чем наши. Одежда была вполне современной по местным меркам. Вот высотных домов было поменьше. Да и вообще не наблюдалось такой скученности, как здесь.