Анна Бахтиярова – Карамелька, или Ты попал, жених! (страница 27)

И почему я раньше не задалась этим вопросом? Впрочем, ответ очевиден. Со мной столько всего произошло за короткий срок, что впору забыть собственное имя.

— Надо восполнить пробел, — проворчала я и отправилась к Итону. Он же — маг. Пусть и лишившийся сил. Знаниям-то полагается остаться при нем.

Но, увы. Женишок продолжал сидеть в мастерской, запершись изнутри. На стук и предложение поговорить не отреагировал.

— Ладно, — сдалась я. — Возьму тебя в оборот позже. Никуда ты от меня не денешься…

Новая встреча с женихом состоялась утром. Я спустилась на завтрак и услышала голоса. В том числе, женский, незнакомый. Оказалось, прибыли компаньоны Итона — Роб и его жена Лесли. Та самая, которая делала глиняные игрушки. Парочка только что переступила порог и направлялась в мастерскую.

Я решила выждать. Позавтракала и только потом отправилась туда же. Не хочет Итон знакомить меня с окружением. Ничего. Сама себя представлю.

— Это уже третья лавка, Итон, — говорил, судя по всему, Роб. Дверь была открыта, так что я прекрасно слышала его слова из коридорчика. — Если откажутся еще две, боюсь, нам конец. Новых точек тоже не предвидится. В очереди никто не выстраивается. Им проще брать товар с фабрики. Говорят, он более ходовой, а у нас элитный.

Итон выругался, Лесли попыталась его заверить, что это временные трудности, и всё однажды наладится. Главное, не опускать руки.

И тут я решила выйти «на сцену».

— Добрый день, — поздоровалась со всеми присутствующими. — Я Амелия фон Грушенс — невеста Итона. А вы, наверное, Лесли и Роб? Итон так много о вас рассказывал. И только хорошее.

Повисла пауза. Взгляды приковались ко мне. Изумленные, разумеется. За внешний вид мне переживать нынче не приходилось. Волосы лежали отлично, платье и туфли новые. Причина была в другом. В моей фигуре. Такого компаньоны не ожидали. Они явно знали вкусы Итона. Сам он, судя по сузившимся глазам, был зол. Я же воспользовалась заминкой и успела разглядеть «новеньких». Контрастная оказалась пара. Бледный блондин и жгучая брюнетка.

Первой очнулась Лесли.

— Очень приятно с вами познакомиться, леди Амелия, — улыбнулась она.

— Можно просто Амелия. Без леди. Надеюсь, мы подружимся. Мне, признаться, не хватает компании в чужой стране. Конечно, рядом мой дорогой Итон, — я подарила жениху лучезарный взгляд, — но он много работает. Это, разумеется, важно. Он создает настоящие произведения искусства. Как и вы, Лесли. И всё же я никого тут не знаю. И была бы рада завести подругу. Может, пообедаем вместе на днях? В каком-нибудь уютном ресторанчике? Можно даже сегодня. Если вы не заняты.

— Амелия, у Лесли много дел, — попытался Итон предотвратить «катастрофу».

Но Лесли не стала отказываться.

— Вообще-то как раз сегодня у меня есть свободное время. Мы могли бы прогуляться в парке и потом заглянуть в кафе.

— Будет замечательно, — обрадовалась я. Вполне искренне

— Амелия, ты не могла бы пока нас оставить? — улыбка Итона напоминала оскал. — Мы обсуждаем деловые вопросы. Тебе они неинтересны.

— Ну почему же? — я расправила плечи. — Простите, но я случайно услышала часть разговора. У меня есть пара предложений насчет вашего дела. Если вы не против послушать.

Взгляд Итона не предвещал ничего хорошего. Мол, позже будет разговор. Роб растерялся, явно не понимая, как аккуратнее мне отказать. Ситуацию в свои умелые руки снова взяла Лесли.

— Конечно, мы послушаем, леди Амелия. То есть… просто Амелия. Нам ведь не помешает свежий взгляд. Верно, мальчики?

«Мальчики» нехотя закивали, решив с ней не спорить. Мол, они послушают, дадут мне возможность высказаться, а потом вежливо выпроводят.

— Не удивительно, что лавки отказываются от товара. Но дело не в нем, — начала я, стараясь правильно подбирать формулировки, чтобы никого не обидеть. — Роб, вы сами сказали, им выгоднее брать посуду для массового потребителя на фабрике, а ваш товар элитный. Рядом с лавкой живет не так много вашей целевой аудитории. Тех, кто нуждается именно в особенной посуде и глиняных игрушках. Фигурки ведь не для игр. Они коллекционные. Для красоты. Для настоящих ценителей. Я пытаюсь сказать, что на сегодняшний день вы исчерпали запас клиентов рядом с лавками. Вам нужно искать новых.

— И… как, по-вашему, это сделать? — спросил Роб, чуть наклоняя голову набок. Он всё ещё сомневался в талантах незнакомки, однако что-то в моих словах заставило его хотеть слушать дальше.

— Нужна реклама. Направленная на целевую аудиторию. В газетах же можно ее дать, верно? Нужно работать по двум направлениям. Делать объявления отдельно для посуды, отдельно для фигурок. С этим я могу помочь. Попробуем разные варианты. Запустим рекламу с несколькими наименованиями. Поставим к каждому товару номер, чтобы клиенты могли делать заказы по почте. Если вам интересно, об этом можно поговорить подробнее.

— Мы думали о рекламе, но это недешево, — признался Роб.

Я закатила глаза.

— Мальчики, вы в игрушки играете или настоящим бизнесом намерены заниматься? Для раскрутки нужны вложения. Сарафанное радио вам не помощник.

— Сарафанное… что? — не понял Роб.

— Так в моем мире… в смысле, в моей стране называют ситуации, когда люди друг другу о чем-то рассказывают, и сведения распространяются со скоростью ветра. В общем, не ваш случай. Вам нужно донести информацию до подходящих клиентов. Пресса ведь у вас тут разная? Так? Можно давать рекламу в женских журналах. Такие тут есть? Ну, «окна»?

— Имеете в виду развлекательные окна для дам?

— Именно. Мужчины в меньшей степени заинтересуются тарелками и кувшинами. Мне бы не помешало подробнее узнать, какие у вас тут есть газеты. Тогда я смогу дать более конкретные рекомендации.

— Допустим, мы дадим объявления, — проговорил Роб задумчиво. — Но что дальше? Давать адреса лавок? Но вдруг у них не окажется нужного товара. Или… Вы что-то говорили о заказах по почте? Но у нас хрупкий товар, чтобы отправлять посылками. А я не могу развозить заказы каждому клиенту на дом.

— Это сложно. Тут либо работников нанимать. Либо… Вам бы не помешали пункты выдачи. Сделайте несколько в разных концах города. Много места не нужно. Зал, где сидит сотрудник, и комната под склад. Работает это так: человек заказывает товар через почту, вы отвозите его в пункт, клиент забирает. Конечно, для вас это тоже затратно. Но можно найти других продавцов с небольшим делом, которые ищут точки сбыта, и объединится. И не нужны никакие договоры с лавками. Есть пункты, вы и клиенты. Конечно, это не вопрос пары дней, но, если постараетесь, дело выгорит.

Роб с Итоном переглянулись. На лицах обоих читалась заинтересованность.

— В вашей стране есть такие пункты? — спросил Роб.

— Да. И их много. Туда можно заказать почти всё, что угодно. Привозят быстро. Но моя страна… она… У нас больше технических возможностей. Всё немного иначе устроено. Но суть та же. Кстати, в этих пунктах вы можете положить стопочку буклетов о других своих товарах для ознакомления. Или плакаты повесить. Человек пришел за одним товаром, посмотрел и на другие. В общем, мальчики, я дала вам пищу для размышлений. Если что-то надумаете, обращайтесь. Вы знаете, где меня искать. Лесли, вы готовы отправиться на прогулку?

Мы ушли, оставив парней слегка пришибленными после моего короткого курса молодого предпринимателя. Им точно было над чем подумать. С нами, разумеется, отправились охранники-шкафы. Шли на расстоянии, чтобы не слышать нашего разговора. Мало ли о чем общаются леди. Лесли поначалу молчала, но потом решилась заговорить первая, рассудив, что молчать странно. У нас же всё-таки прогулка.

— Значит, раньше вы участвовали в неком торговом предприятии? — спросила она.

— Не совсем, — ответила я с грустной улыбкой. — Я отучилась в университете, получила нужные навыки. Но потом… не стало папы. А брат не захотел, чтобы я работала с ним. Мол, дорогая Амелия, получай свою долю, но держись подальше. У нас с братом вообще сложные отношения. Так что… я была сама по себе.

— О! Это я отлично понимаю, — Лесли округлила глаза. — Я из богатой семьи. Мои родственники всегда посмеивались над моим «глиняным увлечением», как они его называли. А потом я еще и Роба встретила. Его происхождение было недостаточно… хм… подходящим. В общем, у меня тоже всё сложно.

Она тихонечко засмеялась. С толикой грусти. И я подумала, что у нас правда есть шанс подружиться.

…Мы прошлись по парку. Говорила в основном Лесли. На отвлеченные темы. О том, что парк недавно пережил реконструкцию, но она не пошла на пользу. Мол, старые скамейки были удобнее. А еще несколько деревьев вековых спилили зря.

— Наверное, я просто не очень люблю перемены, — произнесла она с немного грустной улыбкой. — Или просто привыкаю к вещам.

— Со мной так тоже бывает, — призналась я. — Занашивала кое-какую одежду почти до дыр. Не хотелось расставаться, хотя не составляло труда купить новую.

— У меня было любимое платье! Портниха несколько раз его приводила в порядок, — вспомнила Лесли. — Говорила: давайте, я вам похожее сошью. Но я сомневалась, что получится такое же. Некоторые вещи воссоздать невозможно.

— Согласна, — я кивнула. — Что до перемен. Я тоже не особо их жалую. В моей жизни крутых виражей было немного. Но каждый раз всё основательно переворачивалось с ног на голову. Особенно ужасно, когда вокруг всё крутится-вертится, а ты чувствуешь себя… не то, чтобы беспомощной. Просто бывают моменты, когда от тебя мало что зависит. И это ужасно злит.