Анна Бабяшкина – Коктейльные истории. Сборник ироничных рассказов (страница 4)
– Да какие там уборщицы, если еще вопрос с помещением не решен! – продолжала волноваться риэлтер. – Вариант уйдет! Не смогу же я держать его вечно!
– Без помещения может быть антреприза! – весомо сказала женщина-селз. – А вот без отлаженной системы продаж билетов все бессмысленно. – И принялась чертить что-то там в блокнотике.
– Вот будет пиар – распространители сами к нам в очередь за билетами выстроятся! – снова встряла Катька.
И только Оксана все с интересом слушала, всем кивала и наливала чай. Закрывая за нами дверь, Оксана была очень довольна:
– Ой, девчонки, с вами так интересно! Обязательно приходите на следующей неделе!
Мы с Маринкой подождали, пока «актрисы» рассядутся по машинам, и забрались в ее автомобиль.
– Ну, что скажешь? – стряхивая пепел мимо пепельницы, спросила Маринка.
– Ну… – замялась я.
– И так на каждой репетиции! – с болью в голосе сказала Маринка, и в глазах ее появились слезы. – Все крутится вокруг помещения, продаж, кадров, маркетинга. Ну разве с ними станешь великим режиссером? Разве на них заработаешь миллион американских тугриков?
– Эх, Маринка, на них уже кто-то зарабатывает миллионы тугриков. Но совсем другим способом.
– Раз они так любят свою работу, что только о ней и говорят, так и останутся они на всю жизнь безвестными селзами, маркетологами и пиарщиками! – размазывая слезы, прорыдала Маринка.
– Ничего, ничего, – принялась я утешать ее, – зато ты у нас настоящий режиссер!
– А ты писатель и драматург, – сказала она и как-то нехорошо засмеялась.
Проверка на крепость
Леха Соловьев и Денис Елисеев дружили давно. Со времен распространения демократических листовок по захваченной коммунистами Москве. Собственно, они и сошлись на политическом родстве душ и обоюдном стремлении в светлое рыночное будущее. Когда это будущее начало превращаться в настоящее, Леха и Денис бросились доказывать превосходство либеральной идеи делом: первый открыл рекламное агентство, а второй основал фирму по веб-дизайну. Когда Соловьев и Елисеев перестали бегать по чужим домам с вопросами типа «ты выписался из коммунистов?», дружба их заметно поувяла. Но в память о славном боевом прошлом они продолжали оказывать друг другу знаки внимания. Леха подкидывал Денису лакомые заказы на конструирование сайтов для компаний, рекламировавшихся через соловьевское агентство. Денис отвечал ему взаимностью и выставлял за работу весьма умеренные цены. Заключение каждой сделки сопровождалось совместным распитием качественных спиртных напитков и воспоминаниями о том, как молоды мы были. В последние недели ушедшего года Соловьев и Елисеев снова сильно сдружились. Стали чаще встречаться и обсуждать политическую ситуацию в стране – чего только не бывает с людьми после выборов!
– Да, узок наш демократический круг! – вздыхал Соловьев.
– Страшно далеки мы от народа! – поддакивал Елисеев.
– Надо держаться вместе! – конструктивно мыслил Леха.
– Слыхал, есть такая модная штука, тим-билдинг называется?
– Тренинг, что ли? – уточнил грамотный в корпоративной культуре Елисеев. – Выработка командного духа у сотрудников?
– Ну, – подтвердил Леха. – Надо провести этот самый тим-билдинг! Чтобы один за всех и все за одного!
На следующий день Соловьев уже звонил одной своей знакомой, которой пару раз доводилось писать халтурку про этот самый тим-билдинг. (Точнее говоря, мне.)
– Леш, могу тебе порекомендовать парочку фирм по производству командного духа, – милостиво согласилась я.
– Да не надо мне никаких специалистов! – запротестовал Соловьев. – Ты мне на пальцах объясни, а дальше мы сами справимся – чай, не глупые, университеты кончали.
Я сильно засомневалась, чему именно учился Леха в университете, но спорить не стала: этот если решил, то выпьет обязательно.
– Так вот, Леша, тим-билдинг – это игра. Игра для взрослых мальчиков, в ходе которой они должны понять, что они – одна банда!
– Банда? – Голос Лешки заметно потеплел. – Излагай правила, я записываю.
– Условия игры придумываете сами, исходя из обстоятельств, – умно сказала я. – Главное, чтобы каждый научился доверять товарищам и поддерживать их. Чтобы результат зависел от общих усилий. А не от порыва одного лидера-энтузиаста.
– Ага, понял, целую! – Креативная мысль Соловьева уже заработала, и он бросил трубку, даже не сказав «спасибо».
Что ж, это очень похоже на Соловьева. Я приготовилась через некоторое время выслушать его триумфальный отчет о проделанной работе: своими успехами Лешка делится со всеми, кто находится в пределах досягаемости. Прошло больше двух недель – Соловьев не звонил. Я начала волноваться и набрала его номер.
«Все нормально? – спросила я. – Как там тим-билдинг?» Лучше бы я об этом не спрашивала. Лехин креатив был прост, сезонен и отсылал к классике. В общем, игру назвали «Взятие снежного городка». Поначалу планировался совместный выезд его и Денискиных подчиненных в подмосковный пансионат. Где сначала совместными усилиями надлежало построить тот самый снежный городок. А потом, разбившись на команды, разыграть картину живописца Сурикова в лицах. Одна фирма защищает крепость, а вторая берет ее штурмом. Идея была всеми принята на ура. От уик-энда на природе за счет фирмы не отказался никто. Принялись обзванивать пансионаты. Свободных мест в подмосковных домах отдыха в новогодние каникулы не оказалось. А те, что были свободны, стоили столько, сколько, по мнению Лехи, не стоила даже корпоративная пьянка в Кремлевском дворце. Но Леха, как я уже говорила, если чего решил… ну, в общем, вы помните.
– Что ни делается – к лучшему, – сказал Соловьев. – Устроим однодневный тим-билдинг. Арендуем автобус, выедем на снежную равнину и будем резвиться весь день.
Секретарши заметно приуныли и нехотя принялись обзванивать автобазы. К их разочарованию, автобус нашелся. В назначенный день соловьевцы и елисеевцы, бодро позвякивая багажом, погрузились в интуристовский «Икарус». Знаток жизни Соловьев тут же прошел по рядам и отобрал у трудящихся все, что хорошо звенело.
– Это вам не банальная пьянка! – громыхал он. – Это культурное мероприятие. Я бы даже сказал – оздоровительное.
Крепость строили часа три. К обеду она была готова. Программисты румяные, от мороза чуть пьяные, направились к мангалу. Где рекламистки, сбивая снег с каблучков, плясали вокруг свиных шашлычков. Подкрепившись, команды вышли на поле тим-билдинга. Никто не хотел обороняться. Все хотели атаковать. В конце концов бросили монету. Быть защитниками снежного городка выпало Соловьеву и его команде.
– Хорошо, ребята! – закричал Леха. – Будем стоять до конца, как защитники Брестской крепости!
Елисеевцы тут же обиделись – они не хотели быть фашистами. Сам Дениска тоже расстроился и с горя тайком приложился к спрятанной в рукаве фляжке с «Хеннесси». Если честно, он не очень-то одобрял введенный Лешкой сухой закон – мороз все-таки.
– Да ладно, братан! – хлопнул его по плечу Соловьев. – А вы будете суворовцами, штурмующими турецкий Измаил!
Команды заняли позиции. По русской традиции никто не хотел бить первым. Пацифисты собрались, понимаешь. Рядовые обеих армий, в рядах которых были и девушки, начали глупо хихикать. Это задело Соловьева за все неотмороженное живое. Он ловко слепил снежок и пульнул его в нестройные ряды новоиспеченных суворовцев. Снежок, описав крутую дугу, шмякнулся в лобовое стекло автобуса. Водитель выругался и отъехал подальше от места баталии.
– Наших бьют! – завопил Елисеев, вспомнив о том, что аренду этого автобуса оплачивала его фирма и Соловьев до сих пор не внес свою долю.
Дениска тут же слепил снежок и повел свою армию на приступ. Первый удар со стороны противника был рассчитан математически безупречно: снаряд угодил Дениске прямо в глаз.
– Япона мать! – взвыл он – Мне послезавтра на переговоры с англичанами! Что они обо мне подумают с такой рожей?
Снежки залетали, как комары на летнем болоте. Теплые ладошки девушек штамповали патроны и подавали их бойцам. Елисеевцы отважно карабкались на снежные стены, скатывались с них под холодным огнем противника и снова шли вперед. По мере того как к пострадавшему лицом Денису прибавлялось все больше и больше товарищей по несчастью, смеха становилось все меньше. Елисеев вошел в раж. В какой-то момент секретарша зазевалась и не успела вовремя подать ему снежок. Отчаянно не желая прекращать огонь хоть на минуту, Дениска метнул в противника то, что у него было под рукой. То есть в рукаве. Фляжку с ароматом «Хеннесси». Фляга просвистела над головой Соловьева и сбила с него меховую шапку. Леха оценил степень опасности. И понял, что пора переходить к решительным действиям.
– Ах, так! – взревел он и выпрыгнул из крепости прямо в гущу елисеевцев. – Ну вы уроды! А ты, Деня, вообще! – Леха задыхался от недостатка слов и переизбытка эмоций. – Да вы все! Да я вас! И вообще, у вас дизайнер – отстой! Тоже мне команда! Да я ваш последний дизайн еле впарил!
– Да ну? – выступил ему навстречу Дениска. – На себя посмотрите! Корпорация дебильных монстров! За июльские заказы еще не рассчитались, а строят из себя!
– Да я хоть завтра рассчитаться могу! – взвился Леха. – А твой дизайн как был убогим, так навеки убогим и останется!