Anna B – Услышь меня (страница 9)

«Отдам все, чтобы он был со мной», – подумала девочка, стоило ей только увидеть его светлые кудри. Огонь играл в них, словно ручной. Лева поправила две собственные косички и натянула повыше в темноте джинсы, которые ей одолжила Алиса. Сегодня нужно было выглядеть превосходно.

– Алиса! – крикнул Грач. – Мы вас как раз ждали. Картошка ждет, чтобы ее зажарили и съели, и я купил тебе вишневое пиво, как ты просила. Вишневого сока не было, извини. – Он заискивающе посмотрел на нее и протянул бутылочку с розовой этикеткой.

– Ага, спасибо, – кивнула та. – Я просила несколько – себе и Леве.

– Вот, возьми. – Он протянул девочке еще бутылку и как будто бы даже улыбнулся. После чего резко развернулся и отошел обратно к друзьям.

Лева удивленно взяла открытый для нее напиток и осторожно сделала глоток.

– По вкусу действительно как вишневый сок. И ты это всегда пьешь?

– Только когда нет чего-то получше. Конечно, вкуснее красное вино и шоколадка, – вскинув брови, ответила Алиса. – Но раз уж ничего нет, то надо держать марку, – прошептала она на ухо подруге. – И тебе советую делать то же самое.

– Вино или пиво – мне все равно не продают ничего. А про марку – это ты не про алкоголь, да?

– Именно. Сделай вид, что тебе Илай совсем не интересен, и поверь мне – он сразу заинтересуется тобой. Все парни такие.

– Но если он мне действительно интересен? Это получается, что надо врать? Как же тогда он узнает, что нравится мне? – Лева села на бревнышко, поставив ноги поближе к костру. И казалось, что на мгновения впала в транс, так сильно ей нравился огонь. Потом тихонько прошептала:

– Мне кажется, что в огне всегда и все одинаковые. И что там всегда все правда. И если туда кинуть цветов и веточек разных и загадать желание, то оно сбудется.

– Вот тебе, кидай. И загадай, чтобы у тебя все получилось.

Алиса сорвала несколько цветков, что росли рядом с бревном, на котором они сидели, и протянула подруге. Девочка что-то прошептала растениям и бросила их в костер. Травинки загорелись чуть синеватым пламенем и исчезли в огне за несколько секунд.

– Ух ты, как быстро горят. – Алиса начала обрывать растущую рядом траву и бросать в огонь в попытках зажечь такое же синее пламя, но оно все никак не появлялось. – Не горит, черт.

– Может, ты желание не загадала? – предположила Лева, с улыбкой глядя на огонь.

– Я все равно получу то, что хочу!

Алиса пнула ногой ближайший камень, и тот с треском упал в огонь в тот самый момент, когда к девочкам неожиданно подсел Илай и, о чудо, начал разговаривать именно с Левой.

– Слушай, Лев, а у вас ведь лодка есть? Может, сплаваем завтра на другой берег? Пожарим что-нибудь или просто позагорать. Алиса, ты, я и Грач. – Юноша смотрел больше на Алису, чем на нее. Но самое главное – разговаривал-то он именно с ней.

– Да, лодка есть, на моторе и с веслами. А тебя отец отпустит?

– Нико спокойно отпустит, – махнул рукой Илай. – Особенно с вами. Родители же дружат, так что можно не волноваться. Хоть на весь день.

– Я полностью поддерживаю, – кивнула Алиса. – Когда выдвигаемся и что берем с собой? Если как сегодня, то я хочу вино и шоколад. И сыр обязательно. И помидоры красные, и к ним соль надо взять.

– Часов в двенадцать. Мы купим, что нужно, – заулыбался Илай. – Можем вместе в магазин заехать и все взять. Или доверишься чужой руке?

– Твоей – вполне, – улыбнулась в ответ Алиса.

«Как так? – злилась Лева. – Он мне нравится, она об этом знает. Зачем так делать?» Но тут же одернула себя. Если б не Алиса, у нее не было бы друзей совсем и все лето приходилось бы проводить одной. А сейчас желание исполнилось: Илай с ней заговорил, и вот они сидят рядом у костра, едят вкусную картошку, а неподалеку кто-то из ребят поет песни. Все так замечательно.

Несколько простых аккордов срывались в темноте со струн, в траве стрекотали кузнечики, пахло дымом, цветами, вишневым пивом из бутылки и даже чьим-то кремом от солнца, что задержался на коже допоздна. Руки были теплые, а мысли легкие и наконец-то счастливые. И все сейчас практически хорошо.

– Ты о чем так задумалась сильно? Лицо серьезное, будто контрольную пишешь. – Алиса обняла подругу. – Сегодня грустить совсем не положено.

– Спасибо тебе огромное, я счастлива просто до безумия. Если такие вечера будут каждый день, то это лето я запомню на всю жизнь. Ты ведь не собираешься уезжать?

– Нет, сестренка, я тут на все лето, обещала же. Да и к тому же у нас с тобой есть две цели – Илай и Нико.

– Тш-ш-ш, – одернула подругу Лева. – Не надо про Нико говорить никогда, ты обещала. Этого больше не будет. И вовсе это не цель, а просто что-то странное.

– Разве? – вскинула брови девушка. – Стоит напомнить тебе о Нико, как ты краснеешь и начинаешь пальцами буквы на ноге выписывать. Ты всегда так делаешь, когда хочешь что-то скрыть или когда нервничаешь.

– Естественно, я буду скрывать – это же ужасно. Если Илай узнает, то он ненавидеть меня станет. Это же отвратительно все! И ты поклялась молчать об этом.

– Ладно, не паникуй, сама же шумишь при всех. Лучше попробуй с Илаем остаться в темноте вдвоем. Вдруг у вас получится что-то поинтереснее, чем «привет-пока».

– А я же ему стихи написала на бумаге. Вчера подложила листок на стол незаметно, когда он на компьютере играл, – тихо призналась подруге Лева.

– И ты ничего не говорила, вредина! Дашь почитать? Это реально стихи? Ты сама написала или где-то прочитала? Остались у тебя?

– Нет, я не сама написала, у меня с рифмой проблема. Просто увидела в книге у мамы перед очередной главой несколько строк, их и написала.

– Ты подписалась? Прямо так и написала: «От Левы любимому Илаю»? – начала хихикать Алиса.

– Нет, я не писала такого! Просто поставила свое имя в конце, чтобы было понятно, от кого это. Не смейся надо мной.

Лева вспомнила, как тряслась у нее рука, выводя каждое слово. У Алисы почерк был прекрасный и ровный, и девочке всегда его ставили в пример. Собственно, как и умение себя вести, красоту голоса, спокойствие и достоинства характера, любовь к правде, вежливость с родителями, внешний вид, неконфликтность и все, что еще можно применить к подростку. Лева никак не могла понять, почему все вокруг не замечают, что ее любимая подруга на самом деле любит гулять по ночам, привирает своим родителям, берет втихаря мелкие купюры из кошельков, меняет мальчиков, как носки, и вообще занимается сексом с сильно раннего возраста, о чем ее родители вряд ли догадываются.

Но все это не имело никакого значения для Левы. Ведь именно от подруги она узнала, что надо брить ноги, подмышки и там, внизу. Что если придется целоваться с мальчиком лежа, то нельзя быть как истукан, потому что это не может понравиться. И про шутки, и про то, что кисточку для макияжа нужно мыть каждый раз и мочить перед использованием. И еще куда более полезное. Например, что необязательно терять невинность, если ты с мальчиком, а можно делать кое-что еще.

Но все это была только теория. От одной лишь мысли, что Илай может увидеть ее голой, начинали трястись коленки. А уж чтобы позволить себя поцеловать, да не только в губы, – от таких фантазий девочке становилось физически плохо. И весь этот ужас тут же отразился на ее лице, что не осталось незамеченным Алисой.

– Ты снова задумалась. О чем?

Ответить ей не дали, потому как на бревно подсели другие ребята. Легкое пиво пенилось в бутылках и густыми каплями выливалось на землю, пачкая руки, ноги и шорты, костер шуршал и скрипел, дым попадал в глаза, отчего они начинали слезиться, комары донимали зудением, но боялись подлетать из-за огня и дыма. Поднялся легкий ветерок, и к общему пению и шепоту разговоров добавился плеск волн на озере.

Крик одинокой чайки, голоса ночных птиц, скрип травы и земли под ногами, запах горящего дерева, мерное дуновение ветра, наполненного ароматами, – все это укачивало и убаюкивало Леву. Она увидела позади себя расстеленный плед, тихонько прилегла на него, сомкнув веки, и вскоре задремала под размеренный шум счастливого дымного вечера.

Сквозь сон она слышала все разговоры и песни, шипение огня, шелест травы и журчание воды. Почти что во сне она увидела, как луна выкатилась огромным светящимся шаром и осветила берег и ее саму не хуже прожектора. Озеро отливало серебристыми лучами, где-то плескалась рыба. Внезапно девочка очнулась от своей дремоты и так резко села на одеяле, что закружилась голова. Она обвела взглядом сидящих у огня и ощутила внезапную тревогу, не увидев ни Алисы, ни Илая.

«Она просто ушла в кустики», – утешала себя Лева, пока медленно, сбрасывая с себя дремоту, вставала с пледа и шла по направлению к темным кустам. Холодная дрожь спросонья расходилась от позвоночника к ладоням.

Еще не дойдя до злополучных кустов, девочка увидела в синей глубине две чуть подсвеченные фигуры, которые стояли друг к другу слишком близко. Человеческие тени резко приближались и тут же отдалялись друг от друга, а звуки, что остались позади, внезапно превратились в сплошной гул – ничего не разобрать. Пение птиц и плеск воды отошли на второй план, потому что на первом были ее любимые люди – Илай и Алиса, прижавшиеся друг к другу в поцелуе.

Все как говорила и учила Алиса. Он водил руками по ее спине и шее, ее нога стояла между его ног, двигаясь еле заметно, как змея перед нападением. Все увиденное и вдобавок отвратительное чмоканье губ вызвало у Левы приступ тошноты, и она бросилась обратно к костру, но, не глядя на него, пробежала мимо.