Что чётче сам я тело – нахожу
И вижу след мой мифа – на губах.
Но только говорил я – о словах,
Как мне из-за спины – подкрались там
И двое лишь налётчиков – во тьме
Иллюзий старой сказки – о ворах,
Чтоб мне карманы пообчистить – для
Искусства воровского, где бы ждать
Претензий больше мира и – добра
От надобного в воровской – прелюдии.
Я был спокоен и как Джеки Чан
И им я выдал больше света – и добра,
Чем мог сегодня выдать бы – барон
Претензий долгих лет – за эталон,
Где мир не может выиграть – ещё
Апломб моральной неги, а пропасть
В влекомое от чувства – этим дно,
Чтоб вылечить ту форму, словно пасть
Иль просто стать невидимой – игрой
И тихо тронуть вымысел – из льна,
По разнице которой смерть – игра
И выше чести – мерин надо мной,
Что больше не хочу я жизни – дать
Ни цента в этой вольности – тупой,
Иллюзии, в которой есть и – боль
И смерть – за общей призмой бытия.
Я был бы рад, как эти двое – там
Игрались между смыслами – пока
Я им так быстро выдал – на покой
Огромной воли складчину и – вой
Проблем – внутри суставов и щелей,
За нервностью которых – не милей
Мне жить – от милой впадины вины
И морду бить – от социальной тьмы,
В которой оказался – перед ними.
В тот мир завидел свет – и пролетел,
Так копы близко подогнали – мне
И всех нас повязали, чтобы – кнут
Стал большим телом имени, что крут
Я был сегодня на заливе – том,
Рассказывая, как пробил – поклон
Я вору одному, чтоб навалять
Искусно в челюсть имени и – стать
Моральным светом для любви – своей.
Я долго думал, что сказать – друзьям,
Но Тим и Эдгар – не просили мерить
Ту ценность, за которой я – бы сам
Им в точности расправил – небеса
И вычеркнул – ту фобию в руках,
Что больше я не вижу – солнца лет
И только жду я мести – под игру
Моей души таинственной, что мру
Я каждым днём и часом – вслед за ней.
Так я играл ещё полгода – вспять
Моей души – под рабской тенетой,
Где словом на работе – был гнедой
Лошадкой, чтобы тело привести
В порядок – от причинности мозгов,
Откуда мог бы говорить, что кров
Мне дал тот Бог и форма – бытия,
Что легче центра мифа – для меня
Утратит форму бдительности – я,
Где стал всё слышать там игру – миров,
А в ней звонок, в котором – бы и я
Устало вышел в личности – за мир,
