Завидуя своей причине – в нас
Забыло одичание – от глаз.
Не вышло чуда – в дерзости нести,
Чуть слышно окунулось – между нами
Одно деяние и стало – помогать
Идее вольной участи – летать.
Под сим пером – осунувшись немело
Застывшее под чудо – человека
То общество, что снова в нас – смотрело
И смертью ожидало – в небе рай.
Из нечто укорительного – в смерти
Оно несло свои притоки – жажды,
Но смутно представляя в том – одну
Остыло в сущей подлости – за этим.
На образ смерти – снова положу,
Застряв от слов смущения – со скуки
Твой образ обязательства и – муки,
Что так теплеет – между страха снов.
Он чуда ждёт и в этом – оперение,
Он выждал счастье в обществе – ещё,
Когда прошло внутри – одно мгновение
И стало тихо – от соблазна слов.
Но смерть не видит чудо – от порока,
Она стоит и смотрит в нас – смущаясь,
Что мы не знаем чувства в теле – срока,
Что там давно забыто – сном прощание.
Весь этот день оставил – сожаление,
Создал тот чуткий образ – идеалов,
Но смотрит в час от общества – застыв
Внутри порока счастья и – веселья.
Где твой остывший чести номер – взгляда,
Как совесть сожаления – от смысла
Всё вышел внутрь, смотря и этим – надо
Идти за солнцем вдаль – обратно к людям.
Что хочешь ты иметь, и что – застыло
На том притворном образе – проклятья,
Где смерти вдаль виднелись – очертания
И стало поздно умирать, где надо?
От этих черт застывшего – веселья
Ты мечешься и словом – ждал напрасно,
Ты видел сон прекраснее, что смерть
Над чёрным очертанием – за счастьем.
Ей вышел срок о том, в котором было
Исчадие иметь – притворный искус
И им вилять для испытания – в мире,
Что сном смотреть в вину – её проклятья.
Где ты стоишь и жало этой – петли
Не образ слов и не пролитый – полдень,
А только шанс достать – до звёздной глади
Среди веков – от чувства этой знати.
Не серым сном, не испытанием – вида
Ты сам не видел смерти близко – миру,
Но стал в надежде слов – её кумиром,
Как форма философской – в том боязни.
Заискиваешь между стен – причины,
Её ведя от общества – из сплетен,
Но ты один, в том счастлив и заметен,
В застывшей части смерти – между нас.
Высокие стены раздора
Насколько невнятно ты вышел – ему,
Проклятому смелостью формы – уму,
И там, оставаясь – искал перелёт
От тождества мысли – обратно во тьму?
Не стало причины от личности – той,
Ей слово раздора – не вняло покой,
