На злобу дня по воле – потому
Анна Атталь-Бушуева
© Анна Атталь-Бушуева, 2024
ISBN 978-5-0064-7102-3
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Сборник публицистической поэзии: «На злобу дня по воле – потому»
Пролог
Когда хочется вызывать на себя смех идеалов и мысленно долго бежать за отъезжающим поездом. В глухую даль для обожжённых словом мифа, своих надежд, или упав думать ещё, что не всё потеряно. Когда розы благополучия сбиваются в кучу самонадеянности и хотят просто глотать свои слёзы на злобу дней – ты выходишь из того чёрного и неизвестного будущего, которого нет. А может тебе уже это всё не интересно и только опыт предков будоражит власть последней души на Земле. Ведь мысли ещё бегают, а розы в руках так свежи, что их страсть медленно ложится и трогает твои глаза мира. Им бы как вчера сесть на отъезжающий поезд и забыть ещё чуть-чуть символической схожести мира идеала, но он также отмер в пути и томится в глубинной форме овладения своей жаждой жизни. Может ты страшишься и этого фривольного опыта, хочешь отгонять мысли в своей голове также быстро, как это делает твой друг, в нём и заискав минуты благополучия в жизни.
Городская суета отождествляет потоки стремительных надежд, а ты переходишь которую сотню рек и всё думаешь о судьбе народов.. Их так много соединилось внутри твоей головы сегодня и лирическими переходами ситуативного времени всё ещё слышат они – свою заунывную песню. Всё таят и таят, как розы благополучия на пути к символизированию мирного будущего. Ты не был этим поездом, а отъезжающий не стал твоей основной деятельностью на злобу всему существующему миру. Только вороний глаз щекочет психологическое чутьё, в котором скопилось много мыслей о насущном города. Но в каком бы ты не жил – он прямо и скупо приводит желаемое к тебе на ладони символа власти. Отторгнув незыблемое правило не спешить на отъезжающий поезд и не стоять на пустой остановке между встречным ветром, в котором попутно слились вехи самозначительной гордости.
Об этой гордости и будет этот психологический в ритме города, публицистический сборник поэзии. Направляющий твой мир на точку обстоятельств, куда-то вдаль и исчезающий между звёзд внутри непредсказуемого общества людей. Но ты их ещё не знаешь, а твой отъезжающий уже просчитал все ходы на пути к личному благополучию и держит розы в правой руке, чтобы положить на твою мирную могилу. Говоря тебе о слабом чутье времени и пожиная плоды трудов вселенского хаоса – ты притворился уже мёртвым. Но игра не стоила свеч и новому смыслу ты веришь с трудом, покорив ещё около тысячи километров зла. На том же отъезжающем поезде, где-то в мысленной точке невозврата к своему состоянию мысленного благополучия социальной совести. Её ведь так нелегко понять, но жить с ней ещё труднее. Пока ты дышишь, пока ощущаешь слово в своей гордо стоящей руке. Она направляет тебя к личному символу мира, она вызывает на себя смех идеалов. И ты выбираешь долгожданное время, а потом падаешь во тьму, в который поезд, в который день или век. Он сумрачно отъезжает и только дым от колёс виден за поворотом твоего осознаваемого движения цветов и стен непререкаемой точности этого цветного мира. В нём ты сам изобразил себя, как парящий идеал или собственный образ ускользающего будущего, в котором нет ещё надежд на эту жизнь. Но такт и символизм человеческого мышления всё ближе и ближе сводят тебя к этой Земле. Перенося за глухую даль совестливое отображение надежд на пересекающиеся линии страха внутри тебя самого. А ветер обдаёт движением своего тела твою душу и ускользает за поворотом смысловых надежд.
Глоток из преисподней
Не вылепить с плеча – своей игры,
Что хочет обгонять – слепое время,
Ей дать одну медаль и ту – взаймы
Не страшно, к слову – выжимая рай.
Но этот горб опять спадает – с краю
И тяжко тянет – в гиблые места,
Одним идти – по тротуару счастья,
Другим – нуждаться в почести истца.
И в этот день – не меркнущей надежды
Я вновь бегу оглобли – в страх судьбы,
Я их несу – от утоления быть бы
Одной из прошлых казней – до весны.
Весь день глоток неясного – веселья
Играет между стен – каприза сном
И дует ветер мужества – о том
Превратном теле – незабвенно глядя.
На сон во мне – ты отражаешь вид,
Он – утончённый, сгорбленный от раны,
Но этот день, увы, притравлен с ним,
И что – то хочет высмеять – опять.
На дне воркует оттепель – для завтра,
Она не знает – было ли веселье,
Но этот воздух, как глоток похмелья
Беру в объятья – ложной суеты.
И там несу, чтоб обратить года
Внутри прекрасной почести и – славы,
Что сам того не зная – был бы рад
Ты ими создавать – прекрасный сад.
Для жилы утончённого – веселья,
Для райской кущи – между стен ума
И только ток восторга – нам до дна
Не воздаёт искусственные – звёзды.
Они – блуждают в римском Колизее,
Они – застыли между страхов смерти,
И только ты – глотком их узнаёшь,
Как воздух давней участи – в глазах.
Открыли этот рай – прискорбно люди,
Отдали свой глоток и между – вида
Всё судят то прекрасное – начало,
Где воздух был вдали – упорных гроз.
Из преисподней изливало – чудо
То миром слитой выжимки – на утро,
Одно фатальной повести – отродье
И то – прискорбно в умысле за нас.
Неясно будет живо ли – оно,
Не видит сон проклятья – от науки,
Где твой глоток ползёт – от этой скуки
И хочет стать упорнее – в глазах?
Он только ждал искусственное – жало,
Им сам, впиваясь между стен – проклятья,
Чтоб стать живым и в том прекрасным – адом
Всё понимать, как личности – мечта.
Застыло в смерти между
Застряло, как не пройденный игрок,
Застыв – опять, и где – то от порока
