Не откроет тот день для любви.
Обозначенный в сердце – стоять,
Что убогий от слов – пережиток,
Ты не можешь тем более – в нас
Опрометчивой в пользе отнять —
Весь сюжет на короткой странице,
Всё в любви идеальное – чувство,
Но и сам ты внутри – пережиток,
Находящийся в прозе войны.
Не для всех ты остался нам – жить,
Не для слов, по которым отжил ты
И мотаешь от взгляда – тоской
Свой никчёмный для света – восторг.
Только маленький в том – приговор
Ты не ждёшь, ты не ищешь сюжета
Для истории в мир – посмотреть
И опять в пережитке – пропасть.
Обозначенный в прозе любви —
Ты ему, как и день, что пожиток,
Что исток под короткой главой,
От которой не хочется жить.
Ждать тебя всё невольно – устало,
Днём ли ночью, но в истине мысли —
Так убого, что в смерти – рассталось
Это общество в каждом в вине.
Но обратно ты сам не услышишь,
Как стоишь и внутри – пережиток,
Ты лощённый под сердцем – ужимки
И строптивый в иллюзии – яд.
Обозначенный смотришь – назад,
Но не чёрной окалиной в мире,
Ты не хочешь опять убегать
В этот убранный светом – мотив.
Идеалом не стал ты для всех,
Но молчишь, как и истина в том,
Что прошёл ты для мира – потом,
Нам оставив свой день, как ужимку.
Результат обшарпанной тоски
Между искрами под тоннами – ищу
Сном заполненное общество – внутри,
То им бегаю, то мыслью хохочу,
От того, что неизбывно – от тоски
Тени прячут над итогом – разговор,
В нём изъята эта истина под день,
Тени мыслью только плачут – подо мной,
От того ты выбираешь эту боль.
Словно разницу в обшарпанной тоске,
Ей не любишь слово истины – в умах,
Только требуешь свой заспанный мотив,
От того, в котором был сегодня прав.
Результатом ты не смотришь – на себя,
В нём не смята эта видимая тень,
Что топорщит идеальность – у тебя,
Незабвенно открывая роли – явь.
От тоски внутри забывчивой – иду,
От неё не знаю толк и потому —
Не задался день в учтивое – любви,
Он не смотрит в это общество – имён.
Результатом ты не выеден – сперва,
Жажда спала от нетленного в покой,
Результатом стала мысли – покорять
Эта видимая тень ума – нам вспять.
На обыгранной тоске её веду,
Над нетленной формой, загнанного в ад,
Только время в этой скуке – проведу,
