Мне сказала та Сара, что может – едва
Стала новой призёршей – такого добра,
Что одна получила в придаток – к лицу
Словом в прошлом, себе в лотерее – уму,
Что в расчёте готова была – умереть,
Словно выигрыш будет – ей силу беречь,
Словно завтра умрёт – от такой красоты,
Где внутри лишь глаза и похожие дни,
Долго выигрыш тратила в мире – она,
Стала сильно богатой – и цепкой уму,
Но несчастной и полной луной – по годам,
Точно выла от степени формы – в аду.
И ещё здесь немного подумалось – мне,
Что внутри привирает та Сара – себе,
Что богатые в море не плачут – наверх,
Загорая на палубе – ножками вверх,
Что идут по ковровой дорожке – тогда,
Чтобы мучить иллюзии – в форме ума,
А народу ведут беспокойство и – мрак
Для любви дураков, где и сам я – такой,
Чуть смотрел на неё – так влюбился и жду,
Что ответит мне Сара – на новом плоту,
Что не сможет сегодня – себе прикорнуть
В этом солнце июльском – и снова смахнуть
Пуд от горести сердца, пока я – живу
И свою постоянную байку – веду
О прошедшем, о детстве – и многом другом,
Где в несчастье не знаю, как выжить – умом.
Я внутри распинался, как мог – для себя,
Я ещё ужимался и хваткой – тащил
Эту смерть современности, чтобы ожить
И блюсти свой надзор – за реальной игрой,
Точно яхта моя «Алладин» – не богата,
Но пристойна и слово влачит – потому,
Что зову я на ней в необычное – чувство
Тех туристов от власти, что снова живу
На морской тишине, на одной перемене,
Где несчастье не может – тебе уберечь
Этот смысл современности, чтобы стеречь
Форму гибкую в образах мира и – тьму.
После в теле обеда – пригласил наугад
Я сегодня и Сару танцевать – на плоту,
На особенной яхте, в которой живу
И веду свой туристский манёвр – наяву,
А потом прихожу я на берег – в свой дом
И играю там в покер, а может – один
Соблюдаю сам словом обет – перед тем,
Что уже рассекретил я часть – по уму
Этой новой Вселенной, но миром – не я,
Не могу вылеплять – потому кругаля
За огромными волнами – вспять для себя,
А играю я в вольности сердца – и жду,
Что принцесса меня заберёт – ото дней
И внутри приласкает – однажды к лицу
Этой строгой Вселенной, что стал безнадёгой.
Так и думал тот Ганс, что в уме – умирал,
Что искал ненадёжные стены – во тьме,
Словно плавал на яхте и что-то – держал
Безраздельное в уровне призрака – нам,
Но случайностью вышел – опять потому
На любви половину и словом поймал
Снова счастье в душе, от которого мрут
Мотыльки в поднебесье и – снова плывут
Для него неба синие тучи – от скал,
Чтобы трогать Вселенной – опять пьедестал,
