Анна Антипина – Феникс для Лизы (страница 4)

Лиза как-то вычитала, что место жительства влияет на людей и их поступки. Довод ей казался совершенно верным. Этот район и эта квартира для кого-то, может, и хороши, но для их семьи просто противопоказаны. И лошадиной школы в старой любимой квартире наверняка бы не случилось.

Лиза сходила на кухню за водой.

– Ты выпила таблетку, мам?

– Да, Лиз, выпила.

Мама говорила тихим, еле живым голосом. И Лиза не знала, чего бояться больше: такого еле слышного голоса или громкого и злого, когда мама ругалась и была не совсем мамой.

Она села на стул рядом с кроватью, взяла маму за руку и воткнулась взглядом в жёлтое пятно от маминой лампы на сероватом потолке. Что ещё делать, не приходило на ум. Сердце словно всё туже и туже стягивалось тяжёлой цепью, будто Лиза была причиной и серости квартиры, и маминой боли, и папиных отъездов.

Через какое-то медленно тянущееся время в дверь позвонили. Лиза встретила бригаду скорой помощи. Показала, куда идти, и прошла следом по мокрым следам на полу. Она прикинула, что придётся после них помыть пол. Интересно, уместно ли налить лимонное средство, которое мама специально купила, чтобы Лизе было приятнее полы мыть с любимым ароматом? Или сегодня нельзя так?

Стоя в дверном проёме маминой комнаты и слушая рекомендации врачей, Лиза всё думала, как они, такие приверженцы стерильности, ходят по домам обутыми прямо с улицы. Интересно, что думает об этом мама? Она так переживает всегда за порядок и чистоту, постоянно трёт у порога, если кто случайно мимо коврика наступил. Сердится ли она на скорую, или нет сил на это?

Женщина лет пятидесяти, которая выписывала маме рецепт, уходя, обещала Лизе, что ничего серьёзного и скоро давление нормализуется благодаря новому препарату, название которого Лиза не расслышала.

– Лиз, протри пол, а? – всё тем же тихим и больным голосом раздалось из комнаты, едва Лиза закрыла за врачами дверь.

Лиза хоть и фыркнула про себя – знает же и сама, – но пошла за шваброй. Чтобы не теряться в догадках про лимонное средство, она промыла тряпку в раковине и не стала набирать ведро. Незаметно растаял ледяной колодец, и остаток вечера Лиза провела со спящей мамой в её кровати, читая книжку и прислушиваясь периодически к маминому дыханию.

На утро мама была несравнимо бодрее и веселее. Напекла печенья и говорила о поездке в торговый центр. Лиза же, наоборот, сонной мухой дошла до ванной, потом так же до кухни. В не проснувшейся до конца голове гудело.

– Почему именно сегодня в торговый центр? Ещё и с утра пораньше. Каникулы же, – недовольно пыхтела она.

– Ну ты чего, Лиз? Комбинезон же хотели купить.

– Вы хотели, – пробубнила Лиза. – Я не хотела.

– Ну чего ты начинаешь, донь?!

Ну вот опять. Лиза покривилась: папина «доня» от мамы всегда звучала ужасно. Наигранно и неестественно, словно маму заставляли говорить это через силу. Но Лиза не подала виду и про торговый центр не стала спорить.

Заглядывая в витрины модных брендов, девочка предвидела плотно забитые ряды популярных магазинов «ОК», где, по словам мамы, «почти то же самое, только по доступным ценам». Это каждый раз было пыткой.

Мама неистово добывала комбинезоны один за другим, притащила маленькую стремянку и достала два ядовито-салатовых сверху.

– Ну мам!

Лиза представила, как купила бы белоснежный костюм с белоснежной фурнитурой, чтобы слиться со снегом.

– Лиз, самые модные цвета сезона.

Мама в принципе любила всё яркое. Постоянно подсовывала Лизе ярко-жёлтенькие футболочки и кофточки, что в первом классе, что в пятом. Лиза, наоборот, старалась в школу одеваться потемнее, или даже почернее. Ещё бы капюшон сверху и волосы на лицо, но ни школа, ни мама не разрешают. Ладно хоть, к одной-единственной белой прядке особых вопросов ни у кого не было.

– Мам, ну с чего ты взяла, что это модно? – буркнула Лиза.

– Да ты посмотри, все же ходят в ярком. Никто не стесняется, никто в чёрное не прячется.

– Ну да уж. Ты в школу к нам сходи, посмотри, как никто в чёрное не прячется. И сравнила, конечно, нормальные бренды и вот это, – сказала Лиза, намекая на толстовку от папы в подарок к первому сентября, которая стала у неё самой популярной вещью из всего подготовленного за лето гардероба.

– Ну, извините, девушка, твои нормальные бренды я пока не потяну. Ещё с квартирой не до конца разобрались, да и обустроиться нужно, а потом уже и бренды. Возможно. – Мама настойчиво прикладывала один за другим комбинезоны к Лизе перед зеркалом.

– Ага, на лошадиную школу есть деньги, а на нормальную одежду нет.

Мама опустила руки. В самом прямом смысле. А вместе с ними и кричащих цветов комбинезоны, в которых ни в одном лесу не затеряешься, не то что на снегу.

– Лиз, ну правда, что это я. Такую авантюру тебе затеяли – и в дурацком комбинезоне. Давай правда фирменный купим.

Лиза не могла поверить. Убедить маму на дорогую одежду – дело из разряда немыслимых и невозможных. И вроде бы самое время радоваться и даже, может, хвастануть подружкам, но Лиза почувствовала себя виноватой за зря ещё даже не потраченные деньги.

Комбинезон – видимо, не зря ценник пятизначный – выглядел на все сто! Чёрный, с белыми и серебристыми стильными вставками вдоль всего корпуса, он визуально добавлял Лизе роста и стройности. И прядка так подходит по стилю, хоть и волосы гораздо светлее и ближе к пепельному цвету, чем к чёрному.

– Ну что, Лиз, нравится? – с придыханием спросила мама.

– Очень, – с таким же придыханием ответила Лиза.

Остальные даже мерить не стали – настолько комфортно чувствовала себя Лиза и внутри, и снаружи. В таком не стыдно и в самый элитный лагерь страны отправиться. Да ещё и модная эмблема во всю спину. Лиза крутилась перед зеркалом и любовалась собой так, как давно уже не любовалась. Консультант предложил ярко-зелёную шапку и перчатки в цвет – мама была восхищена:

– Отличные яркие акценты! Мне очень нравится. Берём! Да, Лиз?

«Конечно, берём!» – хотелось вскрикнуть и раскинуть руки в стороны, и, как в садике, в платье снежинки кружиться перед зеркалом, не в силах наглядеться. Но маячащие на горизонте двенадцать лет обязывают быть серьёзной и сдержанной, да ещё и денег столько. Радостно и неловко в одном флаконе.

– Да, мам. Очень клёвый, – спокойно сказала Лиза, чтобы не потерять лицо перед любопытным консультантом, который нахваливал комплект изо всех своих маркетинговых сил.

По дороге домой мама говорила почти без остановки, Лиза кое-где вставляла своё мнение или соглашалась с маминым, как в случае с прошлогодними ботинками. Они вполне приличные, ничем не выдающиеся – ни бирками, ни яркими цветами – чёрные, основательные ботинки. А главное, не скользкие. На том и сошлись. Чёрный рюкзак тоже прекрасно вписывается.

– Лиз, а как хорошо с твоим неоновым пушистиком на рюкзаке сочетается шапка. Я и забыла, что у тебя там такие висюльки есть.

– Угу. – Лизе тоже нравилось это случайное попадание. Карандаши ещё в пенале неоновые. Их хоть и не видно, но вдруг придётся на улице что-то написать, и Лиза так, раз, и достанет карандаш, а он тоже подходит к образу.

Кроме карандашей достать и собрать пришлось ещё немало вещей, большая часть из которых, конечно, не подходила ни под элитную школу, ни под новый костюм.

Резиновые шлёпки мама достала из коробки какие-то столетние. Лиза скрестила пальцы в надежде, что они уже малы, но тапки предательски подошли. Как и халат с пёстрой вышивкой на лацкане.

– Ну-у, в элитной школе элитные дети точно не носят синие халаты с розовыми цветочками, мам.

Но мама была непреклонна.

– Лиза, мы уже не успеваем с тобой никак иначе решить этот вопрос. Он тебе, может, и не пригодится даже. Пусть просто будет на всякий случай. Это лучше, чем если его не будет, а он понадобится.

– Я этот чемодан не подниму даже.

Лиза теряла интерес и энтузиазм с каждой новой вещью в чемодане. Но контроль мамы даже папе было не под силу преодолеть. Что уж говорить про Лизу, которая ещё ничего не понимает, по словам мамы, конечно.

– Тебе и не надо. Папа обещал довезти нас.

– Хоть что-то приятное. А зайти со мной вам разрешат?

– Я так поняла, что в первый день можно остаться до вечера, всё посмотреть, ну и чтобы ребёнок освоился немного.

– Мм.

Лизе хотелось, как ежу, сжаться в комок от одной только мысли о жизни в непонятной школе. Жаль, мама халат упаковала, у него такой большой капюшон, что в самый раз в нём бы сейчас спрятаться.

Мама вычёркивала из списка, составленного с утра, строку за строкой и тут же вписывала новые, вспоминая, что ещё может пригодиться. – Мам, может, хватит пытаться впихнуть всё в один чемодан? Ты же говорила: вам можно будет приехать, привезёте, если что.

– Да, доня. – «Бррр» пронеслось по коже Лизы, и она даже вздрогнула, пока мама не видела, уткнувшись в список. – Ты права. Зря я суечусь. Правда, если что, так приедем, вне плана.

– Какого «плана»?

Что-то новенькое вырисовывается о поездке. Лиза не очень явно представляла предстоящее приключение, и подобные детали добавляли в бочку дёгтя всё больше дёгтя.

– Ну, там правила такие, что можно приезжать только в оговорённые дни. Нельзя просто так. Но папа, вероятно, сможет договориться.

– А что, у папы там знакомые какие-то?

– Вроде того, – осеклась мама и торопливо вышла на кухню, бормоча себе под нос пункты списка.