Анна Андреева – Край Мерцающей пыли (страница 20)

Гжеля торопливо побежала за ним, оглядываясь на меня и мелких тварей выпрыгивающих из-за пригорка.

Я могла тоже понестись прочь, но сил у меня почти не осталось, а предплечье начинало выть с новой силой: они бы догнали меня. Охотник это понимал. И он решил не тратить силы на стычку с тварями, ведь им спокойно хватит того времени, что твари потратят на меня.

Четыре мелких уродца обступили меня. Их длинные когти на костлявых руках волочились по земле, а коротенькие согнутые в коленях ноги неторопливо перебирали ступнями по земле. Самое голодное человекоподобное отродье прыгнуло, выставляя перед собой когти. Я вильнула в сторону, пропуская его мимо себя, и когда он приземлился, воткнула нож в хрупкую лысую черепушку. Чёрная кровь, хлынувшая на ломкую траву, стала сигналом для остальных.

Отопнув от себя бросившегося на ноги уродца, я прижала другого к земле коленом и несколько раз ударила в грудь. Магия долбила под сердцем, просясь мне на помощь, но я не могла позволить ей завладеть мной. Я не знала, что произойдёт, если я пойду к ней навстречу. Мой мир был и так достаточно шаток, и я не стану рисковать, играя с неизвестностью.

Отродье с визгом налетело на меня с боку и повалило на землю, впиваясь когтями в плечи. Левая рука лежала плетью и сильно усложняла мне борьбу за жизнь. А пока я удерживала клацающую короткими острыми зубами тварь локтем. Откинутый мной до этого уродец вернулся и вгрызся в голенище сапога. Гнилая вонь забила нос, заставляя слезиться глаза и подначивая магию. В груди глухо ударило, и рука наполнилась силой. Я с лёгкостью отшвырнула бездново отродье и в один миг вспорола горло пытавшейся сожрать мой сапог твари. Последнего уродца я встретила лезвием в живот.

До дома я в ту ночь добралась с короткими перерывами на падение в беспамятство. А на утро ко мне пришёл Наир и застал меня, дрожащую в горячке. Целый месяц он ухаживал за мной: кормил, промывал раны, отпаивал травами и охранял тревожный сон.

Я открыла глаза и сглотнула вязкий ком воспоминаний. О Гжеле и охотнике я не рассказала никому, даже Наиру. После той встречи, я ещё не раз видела их на том же самом месте. И Шижу мы с Наиром отнесли именно туда. Сначала Наир хотел унести его дальше, но я настояла именно на пригорке у кривой сосны. Я сказала, что опасно уносить его глубоко в Тихий лес, но было ли оно так? Я хотела, чтобы на него наткнулась Гжеля и её любовник, и понимала, что за этим последует. Но не могла себе в этом признаться.

Легкие заполнил прохладный запах проливного дождя и грозы. Подняв влажные глаза к небу, я увидела яркое солнце, чистое небо и высоко кружащих птиц. Жаль, дождь бы сейчас был, как нельзя, кстати.

– Пекло, – просипела я и привалилась головой к стволу.

– Согласен. – Винсент резко сел рядом, заставив меня дернутся от неожиданности.

На нем были чёрные свободные штаны, а крепкие бёдра обтягивали перевязи и ножны. Свободная белая рубаха была расстегнута на половину и открывала смуглую кожу, обтягивающую грудные мышцы. Винсент тяжело выдохнул, прикрыл глаза и откинул голову на ствол, давая своим полусобранным волнистым волосам запутаться в коре.

С его приходом запах дождя усилился. Шумно втягивая носом воздух, я наклонилась к Ди-Горну, идя на источник прохлады и вдыхая приятные нотки. Вся Академия пропахла вонью от некромантов, приторной сладостью от артефакторов и горечью целительских заклинаний. Почувствовав сейчас дух грозы, я не могла надышаться этой упоительной свежестью. Нос обдало лёгкое тепло, исходящее от кожи Ди-Горна, но аромат не терял своей привлекательной свежести.

– Дэл? – Винсент вжался в ель и нахмурился.

Только в этот момент я поняла, что почти тыкаюсь носом в его шею. Проследив за движением его кадыка, я отпрянула и торопливо обняла ноги.

– Прости. – Я втиснулась щеками в колени, и от этого голос звучал не много странно. – После слияния я каждый день живу в вихре сотни запахов. К этому не просто привыкнуть.

Сначала дар себя не проявлял так ярко. Он постепенно набирал силу, усиливаясь с каждым днём. И спустя две недели после слияния, я ощутила все «прелести» редкого дара.

– Всё в порядке. Обнюхивай сколько хочешь: я люблю собак.

Я подняла на него глаза и наткнулась на ухмылку.

– Поиздеваться пришёл?

– Я выполняю просьбу Себастьяна.

Винсент бросил рядом со мной мешок из дорогой светлой ткани.

Я развязала шнурки и поджала губы. Из мешка выглядывали пишущие камни с замысловатыми золотыми узорами и чистые листы плотного пергамента, закрученного в свитки.

– Смотрю, вы с Себастьяном поладили.

Винсент сорвал длинную травинку и начал наматывать ее на палец.

– Да. – Я не удержалась и съязвила: – Ревнуешь?

Себастьян частенько заглядывал ко мне в комнату: приносил чудесные кремовые пирожные, справлялся о моём здоровье и настойчиво выспрашивал мои нужды. В один из последних визитов он хотел перевести меня на платное обучение, но я категорически отказалась: мне неловко брать деньги просто так, тем более, если я могу учиться бесплатно.

– Мне всё равно. А вот Каспар сгрызает себе последние ногти. Он из тех детей, кто не хотел себе сестрёнку.

– Сестрёнку? – Вместе с голосом прозвучал мой смешок.

Подавив глупое короткое веселье, я задумалась, представляя Себастьяна своим отцом.

Пусть граф Кэннур и похож временами на мрачную бездушную куклу; на самом деле за бледной ледяной кожей и равнодушным лицом скрывается тёплая душа. Все мы проживаем разные жизни, и они оставляют на нас свои отпечатки. Даже ничего не зная о Себастьяне можно понять, что у него она далеко не простая. Кэннур не такой, каким кажется на первый взгляд. Он добрый человек, заботливый и любящий своих детей отец. В одном из наших коротких разговоров Граф поведал о достижениях Каспара и Винсента, и его некромантская беспристрастность не смогла скрыть глубокого чувства гордости за сыновей. Оказывается, Каспар – гениальный некромант и второй лучший целитель в Селенгаре, после отца. А Винсент, обучаясь на пятом курсе, уже определён в специальный отряд защитников. И мне бы хотелось, чтобы однажды Себастьян также рассказывал кому-нибудь и обо мне.

Реальность ударила в череп: он не мой отец. И становится им для меня уже поздновато.

– Раньше я не задумывалась о том, кто мой отец. Но почувствовав кусочек отеческой заботы от Себастьяна, я поняла чего была лишена все эти годы. – Винсенту плевать на то что у меня на душе, но я ничего не могла с собой поделать: слова лились из меня сами собой. – Мне следовало настоять и вытащить из мамы хотя бы его имя. Но она умерла, а вместе с ней почил и мой шанс на встречу с отцом.

– Не все отцы так прекрасны.

Я не ожидала, что Винсент поддержит со мной разговор. Я не была уверена даже в том, что он меня слушает.

– Иногда лучше вовсе не знать отца, ведь он может оказаться редкостным ублюдком. – Винсент сжал челюсть поигрывая желваками.

– Возможно ты прав.

В памяти всплыло покрытое шрамами тело Винсента. Мысли об отце ему неприятны. Не потому ли, что все эти рубцы оставил ему отец? Я могла бы спросить, но уже заранее знаю, что он не скажет. А может и вовсе взбесится и исчезнет, как тогда.

– Я всегда прав. – Винсент показал в улыбке свои слегка удлиненные клыки.

Я закатила глаза и громко цокнула языком.

– Ты прям кладезь раздражающих меня качеств, Ди-Горн.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.