Анна Алексеева – Жестокие игры в академии драконов. Часть 2 (страница 2)

– Я чувствую какое-то “но”, – заметил Аллен.

– Но они сёстры. Близнецы. Мы взяли у обеих материал, чтобы отыскать кровных родственников, и медики сразу же доложили, что они и есть друг другу настолько кровные родственники, насколько это только возможно.

– Ты правда считаешь, что… – мой друг в искреннем изумлении рассматривал изображение на вещателе.

– Я ничего не считаю. Вместо того, чтобы считать, я попрошу Амели взять у тебя немного крови, и отнесу её в лабораторию. Завтра мы уже будем всё знать наверняка.

– Но ведь гончие… Ты ведь говорил, они не оставили никого!

– Возможно, мы чего-то не знаем, Аллен. И больше всего меня интересует то, о чём должен знать ты. О чём ты должен вспомнить.

Я посмотрел другу прямо в глаза и медленно спросил:

– Почему твои дочери могут иметь проблемы с резервом?

Он моргнул.

– Что-то есть, – шепнула Амели.

– Я… я не… – Аллен растерянно отвёл взгляд.

– Есть-есть! Я подтолкну его!

– Только осторожно, – попросил я.

Драконица встала со своего места и, растопырив пальцы, установила ладони над головой Аллена. Через линии силы из кончиков пальцев потекла её чистая клановая магия.

И тут я нахмурился. У Аллена, здорового взрослого ледяного дракона, на глазах появились слёзы.

– Что ты вспомнил? – нетерпеливо спросил я.

– Не знаю, – ответил он, качая головой.

– Хоть что-то? Любая информация может пролить свет на то, что произошло пятнадцать лет назад.

– Не знаю. Я ничего не помню. Но в голове теперь засела настойчивая мысль: “Не отдам. Не отдам. Не отдам.” И… – он замолчал, а потом тихо добавил: – Так… тяжело на душе.

– Блок очень серьёзный, – сказала Амели, прекратив воздействие на Аллена. – Его сознание в этой области буквально окутано тьмой. Боюсь, пока мы её не вытравим, он не сможет восстановить события.

Я с досадой почесал затылок:

– Да знаю, знаю. Работа над этим идёт, в Храме Золота достаточно пациентов, пострадавших аналогичным образом. Ладно, это всё, что я хотел. Амели, возьми у него кровь – и я отнесу её на экспертизу.

Вынув из второго внутреннего кармана своей кожаной куртки набор для забора крови, я протянул его драконице и отошёл к стеклянной стене, за которой проносились снежинки. Аллен что-то вспоминает. Значит, я дошёл до какого-то ключевого вопроса, а девочки и в самом деле могут быть его родными дочерьми, которые забыли не только отца, но и собственные имена. Которые потеряли свой резерв и связь с драконом. Я слышал о том, что силу можно запечатать внутри, но лишь как слухи, на уровне мифов. И тем более, ни разу не встречал подобного в жизни.

Если моё предположение верно, то простого всплеска силы для распечатывания будет недостаточно.

Амели коснулась моего локтя и подала пробирку с кровью.

– Почему вам так важно заставить его вспомнить о тех событиях? – спросила она, озабоченно выгнув брови. – Для него это только страдания. Если девочки и правда его дочери, они будут рады друг другу в любом случае.

– Потому что именно с того дня начались набеги гончих, – ответил я тихо. – И есть все основания полагать, что именно там мы сможем найти ответы на все наши вопросы.

Глава 2

Линаэль

– Ты тоже это видишь? – спросила я, торопливо зачёсывая пальцами волосы и укладывая их так же, как они лежали у Эрики.

– Первый раз вижу своего двойника, – проговорила она, глядя то на моё отражение в зеркале, то на татуировку на моей спине. – Такое, конечно, бывает, но какова вероятность!..

– А что, если…

– Не-е-ет, – протянула Эрика, недоверчиво качая головой. – Не может быть.

– Но ведь ты тоже сирота!

– Мало ли сирот в Виригии!

Я выхватила у неё из рук майку Тео, которую Лина стянула с меня пару минут назад, и напялила обратно. Такой себе предмет гардероба, но стоять совсем голой было как-то слишком уж не по себе. Мы подошли ближе к зеркалу, встав плечо к плечу и ещё раз критически осмотрели лица друг друга. Мне не слишком часто доводилось смотреться в зеркало. Дома у нас вместо него был кусок стекла, занавешенный старой тёмной тряпицей, а в такое импровизированное зеркало хорошо себя не рассмотришь. Поэтому в первый момент я даже не осознала нашего сходства. К тому же, причёска, в которую Эрика убирала волосы, и их цвет здорово меняли её образ, делая его совсем далёким от моего.

Но теперь, когда её локоны стали белоснежными и свободно падали на плечи…

– Слушай, один-в-один, – проговорила Эрика, вертя головой из стороны в сторону. – Даже родинка под ухом, как у меня.

Я повернула голову и действительно увидела довольно большую, заметную родинку под левым ухом, которую особенно хорошо было видно на бледной коже.

– Никогда бы не подумала, что у меня есть…

– Сестра, – кивнула Эрика, которая явно справлялась с ситуацией намного лучше меня. – Причём двойняшка. Кажется, нам есть о чём поговорить с мистером Ноа.

– Это глава клана?

– Он самый, – важно кивнула Эрика, а потом вдруг взяла меня за плечи, развернула и пихнула коленом в мягкое место: – Быстро умывайся и приводи себя в порядок, не заставляй меня мыть тебя силой! Учти, у меня не заржавеет!

Я почему-то поверила ей на слово и торопливо забежала обратно в душевую кабинку, где стянула с себя майку и накинула её на дверцу.

– Принесу тебе что-нибудь из одежды, – услышала я голос Эрики сквозь шум падающей воды. – А потом ты мне расскажешь, что произошло, от и до. Раз уж у меня появилась сестричка, придётся заняться её проблемами!

Последнее раздалось уже издалека и звучало скорее как ворчание, но я невольно улыбнулась. Поверить в происходящее было трудно. Но, каким бы ужасным не выдался вечер, он, как ни странно, принёс мне сестру, которой в моей жизни никогда не было.

Мы с Эрикой до поздней ночи сидели, забравшись с ногами на её кровать, и бурно обсуждали произошедшее. Делились воспоминаниями из детства, сравнивали судьбы. Удивлялись тому, насколько мы похожи, несмотря на то, что настолько разные. Строили предположения, что же могло нас разлучить и лишить семьи, но то всё были лишь догадки, которые трудно было подтвердить или опровергнуть. Мы обе не помнили ничего до шести лет.

Раньше мне казалось это нормальным. Ведь все люди плохо помнят себя в таком возрасте, а драконы – тем более. Но всё же, у каждого так или иначе всплывали какие-то смутные образы, яркие события из детства, которые сильно повлияли на них. А у меня – серая мгла. Будто я родилась сразу шестилетней.

Засыпая, я продолжала попытки вспомнить хоть что-нибудь, да так и уснула. А когда прозвонил будильник, то казалось, что едва успела закрыть глаза.

– Тьфу, драконята плешивые, – выругалась Эрика. – Чтоб вас всех в бездну с утренними тренировками.

– Чего ругаешься? – сонно протянула я. Эрика уже начала чистить зубы, накинув на плечо полотенце, и подошла к двери.

– Спать надо больше, – проворчала она с щёткой во рту, прежде чем скрылась за дверью.

Я со вздохом поднялась. Академия – мой шанс на нормальную жизнь, и даже несмотря на то, что произошло вчера, я должна хотя бы прийти на занятие. А там видно будет. Возможно, меня отчислят за то, что покинула Академию в учебный день. Тогда буду думать, что делать дальше. Сейчас же моя задача – выполнять максимум того, что входит в мои обязанности. В первую очередь – не опоздать на первую пару.

Заглянув в сундук, я вытащила из него учебную форму – единственный оставшийся комплект с очень короткой юбкой – и большую толстую тетрадь, которую выдал мне Райнер. Внутри, на корочке, было записано расписание. Сверившись с ним, я застонала.

Первая же пара – лекция по основам магии.

Я не готова встретиться с ним лицом к лицу так скоро.

Взяв со стола свой комплект банных принадлежностей и старенькое полотенце и положив их в ту же сумку, что и учебную форму, я поплелась за Эрикой в сторону душевой.

С другой стороны, – думала я по пути, – это ведь отличная возможность официально признать свою неправоту и извиниться.

– Слушай, он на тебя так смотрит, что по-любому простит, – уверяла Эрика ночью, приобняв меня за плечо. – Видела, как у него ноздри раздулись, когда он тебя в комнату притащил? Просто так, из-за какой-то случайной адептки он бы так не злился, а значит, ты у него на особом счету.

– Он мне ни слова даже не сказал, – я шмыгнула носом в ответ. – Даже не спросил, в порядке ли я.

– А по тебе не было заметно, – фыркнула Эрика, и я обиженно засопела.

– Главное, помни, – наставительно произнесла она, подняв указательный палец. – Он тебя отыскал на самом краю Бездны. А значит, искал. Волновался. Боялся опоздать.

Наверное, легко рассуждать о жизни другого человека, глядя со стороны. У меня не было такой уверенности, как у Эрики. Да вообще никакой уверенности не было! Я шла на первую пару, как в воду опущенная, и смотрела в пол почти всю дорогу, поднимая взгляд только в попытке сообразить, куда мне вообще идти. Впервые никто не провожал меня и не помогал отыскать правильный путь. Но я шла вперёд, словно чувствовала направление. Словно меня вело какое-то шестое чувство. И через несколько минут, крепко прижимая к себе тетрадь с карандашом, я неловко остановилась перед искомой аудиторией.

О, как же было страшно. Часть меня жаждала скорее войти, а вторая – убежать, куда глаза глядят. Другие адепты с уже знакомыми лицами проходили мимо, глядя на меня с откровенной насмешливостью, но я никак не решалась сделать роковой шаг.