Анна Ахматова – День поэзии. Ленинград. 1967 (страница 82)

Когда берешь военные понятия, Так по-солдатски отвечай за них. Да, поиск, он не на паркетной местности. А рация жила среди боев, Чтоб у нее училась муза честности И мужеству училась у нее. Прием порукой связан с передачею. И на ошибки места нету в ней: Идет за шифром строго обозначенный, Единственный подтекст для батарей. А уж когда открытая позиция, Когда шинель осколки теребят, — В открытом тексте скажется традиция Разведчиков, погибших до тебя.

У ПЕРЕПРАВЫ

Мне на память приходит нередко: От победной весны вдалеке Пехотинцы, цепляясь за ветки, Валунами сползают к реке. А над нею, до горечи вешней, Разрывая к спасенью маршрут, С топорами саперов успешно Состязанья снаряды ведут. Значит, только держаться осталось, И пехота уйдет от реки, Подминая тупую усталость, В глину врезывая сапоги. Помирать никому неохота, Но покуда снаряд не настиг, У саперов одна лишь забота — Протащить сквозь разрывы настил. Протащить... И ложатся лесины Над клокочущей, рваной водой. Тонкий голос визгливее мины Разрывается за спиной: — Эй, за вас подыхать мы не будем! Переправу давай!—                              И на миг Разогнутся усталые люди И глазами прицелятся в крик. Он метнется от берега к чаще, Чтоб исчезнуть, как мышь, без следа, Но покажется людям, что чаще У настила взлетает вода. Мне бы выбрать иную картину Из великой, как совесть, войны. Только крик тот, ударивший в спину, Не дают забывать крикуны.

ВЛАДИМИР КУЗНЕЦОВ

ТРОЕ

Туман предутренний прорезав, В тиши полей Проплыл тягучий скрип протезов, Стук костылей. Проплыл и у холма крутого Внезапно стих. И тишина накрыла снова Людей троих. Они молчат, обняв друг друга, Как в дни войны. И нет ромашкового луга, Нет тишины, А танки с черными крестами В кровавой мгле, Вновь извергая сталь и пламя,