Анна Ахматова – День поэзии. Ленинград. 1967 (страница 16)

и выстрелы по Зимнему с «Авроры», и глуховатый голос Ильича. Мой возраст можно высчитать по кольцам, по веткам, по наплывам янтаря. Плакат «Ты записался добровольцем?» мне заменял страницы букваря. За мной стоят трагедии и драмы, не год, не два, а целых сорок лет накапливались ссадины и шрамы, рождался мой сегодняшний портрет. Другой глядит и морщится: калека. Не знает он, бежавший от огня, что все невзгоды нынешнего века ломали и калечили меня. Ну некрасив, ну небезгрешен — каюсь, суди меня хоть с носа, хоть с хвоста, но от того, чем жил, не отрекаюсь, как сукин сын, не помнящий родства. Я не беру назад свои улыбки, не путаюсь в трех соснах, как в лесу, и каждый день за прежние ошибки по всем статьям ответственность несу. Мне прошлое не в тягость, не в обузу, как старая котомка за спиной: оно собой мою питает музу и до конца останется со мной. Живу, тружусь, оттачиваю слово и с настоящим утверждаю связь, не забывая своего былого и в общее грядущее стремясь. 1958

МАРИЯ КОМИССАРОВА

ПОДРУГИ

Постарели мои подружки, А давно ли, казалось мне, И задиры, и хохотушки, Распевали свои частушки И невестились по весне. Им с миленышами давно ли Было любо с глазу на глаз В их веселой девичьей доле Целоваться по стольку раз, Задаваться и красоваться Не в шелках, камнях дорогих, И красавицами казаться В пестрых ситчиках полевых. Время косы их не щадило Золотые, совсем как рожь, Раньше срока посеребрило, Побелило пылью порош. И, надев на подруг шинели И армейские сапоги, Время гнало их сквозь метели, По фронтам, где враги, враги. Смерть кружила над переправой, Над черемухами в цвету... Умирали они со славой На железном своем посту. Сиротели они, вдовели... Только гляну — и вспомню вдруг, Как себя они не жалели, Как впрягались на пашне в плуг, Как детей без отцов растили, Дни и ночи одни, одни, Ждали писем, судьбу молили: