Анита Феникс – Сказания о Странствующих Колдуньях. Книга 1 (страница 2)

– А что у младшего с рукой? – спросил Эгорд, чтобы хоть как-то заполнить повисшую паузу.

Старичок словно того и ждал – резво соскочил с крыльца и подошёл ближе, на ходу по-свойски погладив уже утолившую жажду лошадь.

– Чудная история с его культяпкой, – интригующе проговорил дед. – Ведьма ему магией пальцы отрубила. Да, правда-правда, сам видел!

– Какая ведьма? – спросил Эгорд, заранее зная, какой ответ услышит.

– Да кто ж их поймёт, нечисть бездомную, – пожал плечи старик. – Рыжая, вернее даже красная на магической лошади, приехала к нам четыре ночи назад. Самое интересное, что Сарик ей ничего не сделал, просто так пальцев мальца лишила. Мне не то чтобы жаль его, он шалопай ещё тот, но всё же…

– Не может быть, чтобы просто так, – перебил старичка Эгорд. – Что он делал в тот момент?

– Да ничего такого, на ведьму эту не глядел даже, над котёнком слепым потешался. У Эльвинки кошка окотилась, крысоловка дай Бог каждому, котят вмиг разобрали. А один слепой оказался, ну она и выбросила его, как стало понятно, что уже не прозреет. Вот Сарик над ним и забавился. Свиным ухом перед носом крутил, потом убирал – а котёнок мало того, что слепой, так и голодный до жути, бегал кругами, искал, откуда едой, стало быть, пахнет. Ну в этот момент ведьма как раз мимо проезжала на своей магической кобыле, увидела, слезла, подошла ближе. Секунда, – старик резко рассёк воздух ребром ладони, – и пальцы уже на земле валяются. А ведьме-то мало, она их ещё и сапогом расплющила, видимо, чтобы знахарка не пришила уже, стало быть. Котёнка забрала, никак на опыты свои нечистые. Они, эти бездомные ведьмы, со скотиной всякое непотребство творят – кому кровь выпускают, кому ещё какие страсти…

Бездомными ведьмами необразованный деревенский люд называл странствующих колдуний, колесящих по свету в поисках новых знаний и прироста магической силы. Впрочем, не все относились к ним плохо – для многих появление такой вот странницы в деревне оборачивалось возможностью вылечить больную скотину, собрать более богатый урожай или обзавестись ладной одеждой. Помогали колдуньи не бесплатно, но цену всегда назначали посильную.

– А вы не знаете, где эта колдунь… ведьма остановилась? – поинтересовался Эгорд, когда рассказ старичка подошёл к концу.

– Отчего ж не знать, знаю. На другом конце деревни у Агафки – у неё корова второй день всё никак разродиться не может, помереть собирается. Вот Агафка ведьме ночлег и предложила в обмен на помощь. Ничего, дура старая, не боится.

– А вы меня проводить к её дому сможете?

Судя по выражению лица старичка, он согласился бы с превеликой радостью, его явно забавляло происходившее вокруг визита ведьмы оживление – мало в деревне развлечений, так что удивляться не приходилось. Однако ответить дед ничего не успел: из дома, где некогда скрылись Ират с братом, послышались женские крики вперемешку с мужской речью, а следом из распахнутой двери вылетела низенькая пухловатая женщина с толстой светлой косой до пояса.

– И на кой ляд эта тварина вам сдалась?! – проревела женщина, сощурив и без того небольшие глаза на Эгорда. – Она мне сына искалечила, а вы что, о помощи собрались её просить, деньги платить?

Следом на крыльце появился коренастый мужчина за сорок, это была словно состарившаяся копия паренька Ирата, как называл его дед.

– Извините, – басовито проговорил мужчина, оттесняя жену обратно в дом. Та и не думала сдаваться, продолжая выкрикивать оскорбления и угрозы в адрес странствующей колдуньи.

– Пойдёмте, я вас провожу, – сказал мужчина, спускаясь с крыльца и не обращая внимания на вопящую жену. Эгорд ошарашенно кивнул и направился за быстро идущим человеком, вслед им летели визги не унимавшейся женщины, отчего лошадь Эгорда недовольно храпела. – Вы простите её, уж больно она к младшему сыну привязана, – недовольно проговорил мужчина, – дочку хотела, вот и растит теперь его, словно он баба какая. С пальцами колдунья и перегнула, может быть, но в целом Сарик давно на серьёзное наказание напрашивался, глядишь, хоть поумнеет немного теперь.

Эгорд ничего не ответил, лишь неопределённо угукнул, и дальше они шли молча. Завернув в очередной поворот, провожатый остановился и указал на небольшой дом с прямоугольным пристроем.

– Вон туда вам, – кивнул мужчина и, не дожидаясь ответа, развернулся и пошёл обратно. Парень поблагодарил, но тот не обернулся, быстро скрывшись в тёмных пятнах, зияющих между огней уличных факелов.

Идя к дому, Эгорд раздумывал, что скажет хозяйке, как объяснит, зачем ему её гостья, однако ни одна из заготовленных речей не понадобилась. Не успел парень добраться до крыльца, как дверь пристроя открылась и на улицу вышла колдунья. Она была одета в чёрную блузку, подхваченную маленьким корсетом, и чёрные штаны, сбоку поблёскивала брошь из желтоватого металла в виде паука, брюшко которого являло собой округлый янтарь. Несмотря на ночную тьму, её было видно ясно, как днём, благодаря светло-желтому шару, плывущему над её левым плечом и освещающему всё в радиусе метра. Эгорд даже сощурился поначалу от столь яркого свечения. Рукава шёлковой блузки были закатаны до локтей, а светлая кожа рук почти полностью покрылась кровавыми пятнами, кисти и вовсе имели буровато-алый оттенок. Создавалось впечатление, что колдунья только что разорвала голыми руками животное размером никак не меньше поросёнка. Вдобавок к и без того страшенному виду на правом плече ведьмы сидело чёрное существо со светящимися красными глазами. При ближайшем рассмотрении чернильное нечто оказалось всего лишь котёнком, но горящие огни его глаз не переставали вызывать холодок на коже.

Увидев Эгорда, колдунья притормозила и, изменив направление движения, пошла ему навстречу. Прищурившись, спросила:

– Мне кажется или ты из Были? Брат той девочки, страдавшей от гриппозы.

– Всё верно госпожа, – слега поклонился Эгорд.

– Далековато от дома тебя занесло, – усмехнулась колдунья. У неё была прекрасная улыбка.

Бледное с намёком на скулы лицо выгодно контрастировало с карминовым оттенком прямых волос, собранных в беспорядочный узел на затылке. «Так тоже красиво», – заворожённо подумал Эгорд и тут же отругал себя за непотребные мысли.

– Я приехал сюда за вами, госпожа, – ответил он.

– За мной? – вскинула коричневатые брови колдунья. – А за чем… – она оборвала сама себя и, бросив взгляд на перемазанные в крови руки, предложила, – вижу, разговор будет долгий. Заходи в дом, мне бы не помешало для начала привести себя в порядок, – она покрутила запястьями. Котёнок на плече, когда опора под его ногами задвигалась, поднялся и злобно зашипел на Эгорда. – Тише, – шепнула колдунья и ласково потёрлась о зверька щекой. Тот моментально успокоился и уселся по-прежнему.

– Ну что? – на идущую впереди девушку с порога кинулась средних роста и комплекции женщина. Увидев кровь, тут же отпрянула и издала булькающий звук – не то боли, не то грусти. – Умер? – продолжая всхлипывать, спросила женщина.

Это, очевидно, была хозяйка дома Агафка, о которой упоминал разговорчивый старичок. Она была настолько сильно поглощена результатами работы колдуньи, что даже не заметила Эгорда, неловко мнущегося позади на пороге.

– Живы оба, – холодно бросила колдунья, огибая Агафку и проходя к стоящему на табурете тазу с водой.

Женщина с облегчением выдохнула и только теперь заметила чужака.

– А ты кто? – нахмурилась она.

– Мой помощник, – ответила за Эгорда колдунья, не прекращая полоскать окровавленные руки в тазу. – Если бы он вовремя не сбегал за указанными мною травами, помер бы твой новорожденный телёнок.

Взгляд Агафки тут же смягчился, и она принялась рассыпаться в благодарностях, поворачиваясь то к колдунье, то к Эгорду.

– Ужин готов? – будто не заметив похвалы, спросила ведьма, заканчивая с водными процедурами и обтирая руки полотенцем. Котёнок, все это время сидевший на её плече, даже не дрогнул, несмотря на довольно активные манипуляции руками. Не возникало сомнений, что без помощи какой-то поддерживающей его на плече магии не обошлось.

– А как же, госпожа, всё в печи горяченькое, токма вас и ждёт! Подавать?

– Угу. И оставь нас, поговорить нам надо с глазу на глаз.

– Как скажете, госпожа, – закивала Агафка, уже раскладывая ароматно пахнущую еду по тарелкам. Эгорд тут же почувствовал сильнейший приступ голода, но не двинулся с места. – А я в пристрой пока Мульку с дитём проверить схожу. Можно ведь уж? – суетливо спросила хозяйка дома у уже усевшейся за стол колдуньи.

– Можно, – кивнула та, – только телёнка с лежанки никуда не передвигай, ему нужно лежать ещё дня три. Женщина понимающе закивала, выставила на стол всю заготовленную еду и скрылась за дверью.

– Чего встал? – лениво спросила колдунья, подцепляя на вилку маринованный огурец. – Не видишь, еды на двоих положили. Раз уж ты мой помощник, – девушка усмехнулась, – то милости просим к столу.

Эгорд неуверенно отлепился от стены и сел на лавку напротив.

– Зачем вы сказали, что я ваш помощник и якобы помог вам? – спросил он, берясь за вилку. Аромат от еды стоял такой, что подавлять голод было просто невозможно.

– А иначе она бы тебя вытолкала взашей. Меня она терпит, кормит, поит, потому я ей с хворой скотиной управиться помогаю. И то, как только телёнок её на ноги встанет – вышвырнет меня и куска хлеба не даст. Люди все по большей части такие: лебезят перед тобой, пока ты им полезен, а как кончится выгода, стухшей похлёбки для тебя пожалеют. Так что пользуйся, пока возможность есть, – волшебница поднесла ко рту огурец и откусила часть, затем сфокусировала взгляд на вилке и скривилась.