Аньес Ледиг – Я возвращаюсь к себе (страница 28)
– И ты не выдержала, когда сестра объявила о своем решении.
– Скажем, я немного устала от того, что люди, которых я люблю, уходят.
Блум оказался возле нее. Почувствовал. Она смеется и плачет одновременно.
– У твоей собаки особый нюх на мои печали.
Она принимается его гладить, затем подсаживается ко мне на диван. Я распахиваю объятия. Теперь моя очередь. Мы так сидим какое-то время. Она беззвучно плачет. Скала, из которой вытекает тоненький ручеек. Я время от времени вытираю ей щеки своей футболкой. Она уткнулась лбом мне под подбородок, и я чувствую на шее ее теплое дыхание. Переплетенная нежность, как две идеально подогнанные деревянные детали, плотно прилегающие друг к другу.
Эту застывшую, подвешенную тишину нарушает громкое урчание моего наглого живота, как я его ненавижу… Она тут же вскакивает и спрашивает, с чем я буду блины.
С медом, конечно…
Глава 56
Отойти в сторону
Стремительно приближается Рождество. Ненавижу это время. Притворялся только ради племянниц. Думаю, в детстве именно этот праздник заставил меня осознать, как по-разному мать относилась к нам с братом. Некоторые родители стараются поддерживать баланс, чтобы детям всего доставалось поровну: внимания, подарков, поблажек, чтобы ни один ребенок не чувствовал себя обделенным. У нас разница бросалась в глаза. Мама всегда знала, что подарить Жан-Батисту, чтобы порадовать его, но со мной все было мимо. А отец недостаточно участвовал в нашем воспитании, чтобы это заметить. Он был дальнобойщиком, часто уезжал. Из своих поездок в Восточную Европу или Испанию он всегда привозил нам какие-нибудь безделушки. Чтобы долго не думать, дарил одинаковые мягкие игрушки или брелки разного цвета.
Этот праздник научил меня ничего не ждать.
Со смертью Жан-Батиста зимние праздники стали совсем безрадостными. Я думаю о своей мышке. Она проведет их с семьей, мужем, детьми, родителями и свекрами. Она предупредила, что ей будет трудно освободиться во время этого праздничного марафона.
Я иду под вторым номером.
Это нормально…
И больно.
Глава 57
Путь медоносных цветов
Сидя на большом бежевом диване, Капуцина вертит в руках телефон, надеясь, что он зазвонит.
Она все думает о вчерашнем дне. Как приятно было бегать не одной. Какой забавный этот Блум, у него все эмоции как на ладони – она никогда не видела собаки с такой выразительной мордой. О починенном замке. Решение оказалось совсем простым.
О том моменте, когда они обнялись и она излила на него бочку горя. Просто прижались друг к другу и вместе дышали.
Она снова ощущает трепет, как вчера, когда Адриан положил ей руки на плечи, пока она разогревала блинчики. Время словно остановилось – пока не запахло горелым. Они смеялись и грызли тонкие хрустящие угольки.
Ей понравилось, что ему понравился ее тирамису. Единственный десерт, который ей всегда удается. И понравилось, что он помог ей вымыть две тарелки.
Сердце сжалось, когда они уходили. Мягкие губы прикоснулись к ее лбу. «Надеюсь, до скорого». Она махала, пока они не скрылись за углом. Вернулась через главный вход, спокойная, думая о следующей встрече и даже – с благодарностью – об Адели, из-за которой забыла чемодан. Они могли бы не встретиться с Адрианом. Никогда. А ей так хорошо с ним.
В следующую секунду ей становится страшно привязаться слишком быстро, слишком сильно, быть обманутой, совершить ошибку. Она боится обязательств, того, что будет дальше, боится потерять ориентиры.
Хватит с нее сражений, взрывов и падений в пропасть. Она смотрит на книгу и мысленно просит у пчелиной королевы своим изящным танцем показать ей путь к медоносным цветам.
Глава 58
Оскар между ними
Адриан, привет.
Спасибо за приятный день.
Никогда не бегала вдвоем.
Точнее, втроем.
Что тоже неплохо…
Обнимаю!
Рад стараться!
Я тоже никогда не бегал с большим красным помпоном, маячащим вдали в качестве мотивации.
Тебе не с кем бегать?
Ты хочешь знать, есть ли у меня подружки или есть ли у меня парень?
Проблема с человеком, который понимает тебя без лишних слов, в том, что он понимает и то, что ты до конца не решаешься сказать… (Хе-хе.)
Подружки у меня есть, но они так быстро не бегают.
Впрочем, они вообще не бегают.
И у меня есть Оскар.
Он добрый и внимательный.
И много для меня значит.
Ясно…
Глава 59
Мулат
– Ненавижу себя.
Так Капуцина начинает сеанс. Я почувствовал, что она злится, еще в холле, по тому, как она встала со стула и посмотрела на меня. Тихая ярость. Беспокойство, частое дыхание, суровый взгляд. И эта складка между бровями.
– Я ведь говорила вам об Оскаре, да?
– Говорили.
– Теперь Адриан думает, что мы вместе.
– Это не так?
– Так! Но не в том смысле, в каком он понял. А он ответил: «Ясно».