Ани Марика – Самая длинная ночь в году, или В объятиях Зверя (страница 32)

— Нужно осветить дом, чтобы домовой вернулся и богов позвать на нашу свадьбу. — заявляет он и медленно обходит крыльцо, разглядывая местность

— Нашу? — удивляюсь я и семеню за ним. — Ты меня вроде как замуж не звал. На колено не вставал, кольцо не дарил.

— Какое колено и кольцо? — Гор резко останавливается, отчего я бьюсь носом об его спину.

— Помолвочное, — потираю повреждённую часть тела и отступаю. — Что ты делаешь?

Неандерталец не отвечает. Пыжится, хмурится, пальцами двигает. Судя по всему ничего не получается, отчего он глухо рычит и глаза темнеют. Встряхнув руки, размяв плечи, Гор вновь пробует некое вуду. Ничего не происходит, только он сгибается. По-звериному рычит.

Испугано отпрыгиваю и на моих глазах мужчина обрастает шерстью, срывает набедренную повязку в виде клочка шкуры и ломая кости, превращается обратно в медведя.

— Твою мать, опять?! — всплеснув руками, обхожу ревущего зверя. На этот раз его оборот был как у оборотней, без всяких серебристых туманов и прочей магии.

Косолапый громко сопит, взрыкивает, кружится вокруг себя. Опять громко ревёт и медленно возвращается в человеческое тело. Подхожу к лежащему Гору, подогнув ноги, сажусь и перетаскиваю его голову на коленки. Мужчина тяжело дышит, весь покрылся холодным потом и мелко вздрагивает. Видимо от болевых ощущений.

— Я больше не ведьмак, — хрипит потеряно. — Ведьма, стерва, меня в оборотня превратила.

— А так можно что ли? — глажу жениха, волосы слипшиеся, со лба убираю.

— Нужно найти Ягу и уничтожить, — рычит Гор и отдышавшись, поднимается.

Придерживаю его за предплечье, шкуру подхватив, протягиваю. Обернув бедра, мужчина опять прижимает моё тельце к каменной груди. Что за любовь то, тискать меня.

— Так, почему это ты замуж за меня не пойдёшь? Часть обрядов уже прошли. На пляски пригласили, украли, в дом жениха с почётом привезли.

— Только жених оказался неандертальцем проклятым и невесту выгнал, — хмыкаю я.

Глава 34

Всё вокруг завертелось слишком стремительно. В первую очередь Гор созвал Совет Старейшин. И очень активно влился в свою княжескую стихию. Мужчина целыми днями пропадает, объезжает остров, заседает в ратуше. А в наш дом потоком хлынули неизвестные «помощники». Садовники облагораживают территорию, подстригают изгородь и деревья, вырывают сорники, сажают цветы да кустарники. Мастера занимаются кованными решетками, да мебелью. Даже каменьщики появились.

Азур так и не прилетел со священным огнём, хотя прошла почти неделя. Я очень за него переживаю. А Лазарь терпит выходки Гора ради меня. Тоже стараюсь не нагнетать. Понимаю, мужчина хочет вернуть свой прежний дом или дворец, уж не знаю каким он был, но судя по территории, большим.

Мы практически не видимся с неандертальцем. Он под видом подготовки к встрече с конунгом и нашей свадьбой всячески избегает меня. Возможно я просто нагнетаю и паранойю. Но последней каплей становится явившиеся с утра строители. И это не братья-вдвшники моего мужа. Совершенно незнакомые типы с материалами. Один из них, судя по всему бригадир, бодро командует, показывает на крышу и сверяется с чертежами.

— Князь велел закончить строительство, — заявляет этот тип, чем выводит меня окончательно.

— Дом достроен! — рявкаю я.

— Тебе лучше уйти, Архип, — останавливает Лазарь. Мой оборотень всегда спокоен и старается гасить мои порывы. У него уникальная суперспособность.

— Но ведь князь…

— Если вашему князю не по статусу жить здесь, пусть строит свой дворец в другом месте! А к этому дому вы не притронетесь! Можете так и передать. А теперь будьте добры — уходите.

Мужчины ворчат что-то себе под нос о скандалистке в моём лице и собрав инструменты, удаляются. Во мне же злость кипит. Гор даже не обсуждает ничего. Сам всё решает. И почти всю неделю я мирилась с его заскоками. Но надоело.

— Это его дом, Вика, — замечает Лазарь, притягивая к себе.

— Нет, свой дом он разломал. А это наш дом. Ты его построил. И в нём достаточно места для всех. Четыре комнаты, просторная кухня с белокаменной печкой, широкая веранда. Отдельная пристройка с баней. Что ему ещё нужно?

— Княжеские хоромы, — хмыкает оборотень.

— Я не против хором, но неплохо бы для начала обсудить это в кругу семьи. И потом мне нравится наш дом. Он просторный и самобытный. Ты с братьями вложил столько сил в него. С нуля построил для нас. — жмусь теснее к мужу.

— Придёт Гор, поговорим, — решает Лазарь.

— Ты прав, пойдём завтракать, — вздохнув, возвращаюсь в дом.

В кухне, на подоконнике сидит ворон со свитком. Радостно подскакиваю к птице, отвязываю с лап письмо и протягиваю кусочек рыбки. Каркнув, ворон забирает лакомство и улетает, а я разворачиваю свиток.

Азур наконец соизволил ответить. Дракон летит домой и всё с ним хорошо. Хоть одна добрая весть. С улыбкой перечитываю письмо, передаю Лазарю и накрываю на стол.

Гор появляется ближе к полудню. Хмурый и даже злой. Мы с Лазарем как раз собирались в город, а тут блудный жених на пороге торчит. И сверкает иссиня-чёрными очами.

— Ты вспомнил о нашем существовании, какая честь, — сарказм так и льётся из меня.

— Ты зачем прогнала строителей? — басит он, не обращая внимание на мою злость.

— Потому что ты должен был сначала посоветоваться со мной. Хочу ли я твои хоромы или нет.

— Что значит хочешь или нет? Кто ж не хочет хоромы? — усмехается неандерталец. — Сама ведь говорила, что нужно для невесты жилищные условия улучшить. Не помнишь?

— Я вообще не об этом, — раздражаюсь я. — Ты со мной проклятым больше общался, чем сейчас. За последнюю неделю сколько раз мы ели за одним столом? Сколько минут провели наедине? Ты избегаешь меня.

— Ты надумываешь, — фыркает Гор и мягкой поступью подбирается ко мне. — Я занимаюсь островом и жителями. Кроме меня остров тоже был проклят и нужно всё восстановить, отладить до нашей свадьбы. Чтобы с чистой совестью отправиться с тобой в свадебное путешествие.

— Это похвально, но ты даже не ночуешь со мной. — обиженно тяну, пятясь, — Даже медведь спал со мной, а ты…

— Если я останусь с тобой, то спать мы совершенно точно не будем. — широко улыбается неандерталец, аж врезать ему хочется, чтобы улыбочку стереть. — Ты заслуживаешь настоящей свадьбы. Побратимы лишили тебя этого. Лишили таинства первой брачной ночи. Поторопились.

— Я на них не обижаюсь за это. — бормочу, остановившись у стены и бросая взгляд на молчаливого Лазаря. — И для меня не так важны ритуалы.

— И всё же, я хочу дать тебе всё самое лучшее. Хочу, чтобы ты запомнила нашу ночь. Хочу, чтобы по утру ты не считала меня сном или призрачным видением. — мужчина запирает меня своим телом. Ладонями обхватывает лицо, заставляя смотреть на него. — Я хочу, чтобы ты помнила в чьих руках горела, кто целовал тебя в уста и ласкал твоё тело.

— Я помню, — шепчу, облизнув губы. Меня заводит его близость, хриплый тембр и невинные прикосновения.

— Ты бредила, а я воспользовался этим. — качает косматой головой и в его глазах я вижу сожаление. Как в то утро, после горячки и нашего секса. Я думала, он меня жалеет и сорвалась.

— Я хотела тебя, — выдыхаю, обнимая за шею и подтягиваясь на носочках. — Галлюцинации — это ведь наше подсознание. В моём бреду был не только ты. Но я рада, что ты оказался настоящим. И не жалею ни о чём.

Гор пристально всматривается в глаза и преодолев расстояние, целует в губы. Прикрываю глаза, оплетаю руками могучую шею. За эту неделю я безумно соскучилась по мужчине.

— Два дня, Зараза, — басит неандерталец, прерывая поцелуй. — Два дня и ты будешь моей навсегда.

— Ладно, — соглашаюсь покорно, глубоко вдыхая безумно притягательный запах сосновых шишек и ёлки.

— Вы куда-то собрались? — Гор отступает и поглядывает на Лазаря, что копается в холщовой сумке.

— В город, — коротко отвечает муж, протягивая мне шерстяную накидку. Хоть и заметно потеплело, всё же ветра довольно прохладные и пробирающие до костей.

— Да, сегодня последняя примерка платья. И нужно Глафире помочь, после пропажи Аглаи ей рук не хватает. Кстати, что-нибудь слышно о них с Миро?

— Папа получил очередное письмо от Глаши. Пишет, что с ними всё хорошо. Они живут в замке Кощея, но к полнолунию не приедут, проведут обряды у колдуна. — недовольно челюсть сжимает оборотень.

— И Миро согласен? — хмурится Гор.

— Что-то там не чисто. — качает головой муж. — Мне не нравится молчание Миро. Я волнуюсь за него.

— Постой, но ведь Глаша пишет, что всё хорошо. Зачем ей врать? Она ведь любит Миро. — недоумеваю я. Прекрасно помню отношения этой молодой пары. Столько нежности и заботы, они буквально светились и искрили любовью друг к другу.

— Так-то оно так, но можно врать во благо любимого, чтобы уберечь его. Кощей не добрый ведьмак. Он чистое зло.

— Он истинный Аглаи, каким бы плохим не был, не стал бы причинять ей вред. Значит и Миро в безопасности, — резонно замечаю я.

— Это меня и останавливает от поисков брата, — хмыкает Лазарь, — Пойдём, не будем заставлять швею ждать.

— Ты останешься, — Гор оттягивает оборотня в сторону. — А тебя отвезет кучер. Негоже жениху видеть невесту до свадьбы. До полнолуния Вика поживёт у Данко и Глафиры.

— Он вообще-то не жених, а муж. — хихикаю я.

— Гор прав, — внезапно встаёт на сторону неандертальца Лазарь. — Сделаем всё по правилам.