Ани Марика – Самая длинная ночь в году, или В объятиях Зверя (страница 34)

Белогор

— Рад тебя видеть в добром здравии, брат, — улыбается конунг, хлопая по плечу.

— Здрав будь, — киваю хмуро.

Мы почти тридцать оборотов не виделись. И вряд ли Ярослав приплыл, потому что скучал. Тут явно личные мотивы. Страшится, что заберу его место. Только на кой оно мне сдалось, когда я своё уже нашёл?

Конунг величественно осматривает собравшихся, мой остров и раскинувшиеся вдали поля с сочной молодой травой. Одобрительно кивает. Сдержанно улыбается. К нам оборотень с ездовыми оленями подходит.

— Это Лазарь, мой будущий побратим, — знакомлю их, забирая за уздцы свой транспорт.

— Гой еси, Великий конунг, — бурчит волк.

— Невеста тоже оборотень? — прищуривается Ярый, бросая насмешливый взгляд на меня и специально вспоминая прошлое.

— Она человек, — отвечает Лазарь вместо меня. И весь подбирается, готовый броситься на защиту.

Ведьмаки редко вступают в брак с оборотнями и другими существами, у которых нет магии. Чтобы передать свои силы и тайны новому поколению колдунов. Да и Боги редко связывали оборотней с ведьмаками. Мой случай — исключение из правил мироздания.

Мы отделяемся от сопровождающих, Ярославу хочется осмотреть наш дом. Место, где мы когда-то росли вместе. Неспешно едем вдоль пляжа. Сворачиваем по тропе в поселение. Разговор не клеится, я мыслями сейчас далеко. Примерно там, где слышны девичьи песни и смех. Зараза моя в компании девиц к капищу идёт.

Хочется дёрнуть за уздцы и рвануть к невесте моей. Два дня будто два года тянулись. Как мог, нагружал себя эти дни. Старался быть подальше от этой зеленоглазой дьяволицы. К свадьбе готовился и Ягу искал, чтобы свести счёты с ведьмой.

— Я рад, что ты приехал, брат, — нарушаю слишком долгое молчание. Искренне говорю. Несмотря на наши прохладные отношения, скучал по родне. — Отдохнёшь с дороги аль присоединишься к охоте?

— Когда это я от охоты отказывался? — улыбается конунг. Да, по молодости часто мы с ним соревновались. Бахвалились перед предком, и никак Ярому не получалось меня переплюнуть.

— Так и думал, — хмыкаю я, направляя оленя к собравшимся селянам.

Ярослав осматривает скептически народ. Вижу, брату некомфортно с оборотнями идти охотиться. Не перед кем бахвалиться, разве что магию вход не пустит. Ведь волки всяко лучше людей охотники.

Нас отвлекают девицы, что с песнями да плясками возвращаются. Заходят через настежь распахнутые ворота. Угощают детвору остатками еды. Девичий щебет перебивает божественный звон волшебных гуслей Велеса.

Лазарь резко вскидывает голову, напряжение с побратима спадает. Оборотень ловит мой взгляд и улыбается. Мы оба знаем, что это значит. И ждали благословения нашего покровителя.

— Пора, — Данко подходит ближе и протягивает лук со стрелами. — Да благословит вашу охоту Святобор.

Кивнув, закидываю за спину колчан и натягиваю уздцы, сворачивая к лесу. За мной уходят селяне и свита конунга. Оборотни перекидываются в звериную ипостась и мчат по своим тропам.

— Приготовил уже дары невесте? Чем будешь зазнобу удивлять? — догоняет меня брат.

— Остров — чем не дар? — бросаю насмешливый взгляд, вижу недовольство и усмехаюсь. — Лучший подарок Заразе — комплект кухонной утвари. Всю посуду попортила, пока со мной воевала.

— Воевала? — переспрашивает Ярослав.

Киваю с кривой улыбкой, вспоминая, как раз за разом эта девица бросалась на меня то со сковородкой, то с чугунком. Да и не только на меня. Лазарю всю морду отбила. Огнянника в спячку отправила.

— Бесы, мне теперь не терпится с ней встретиться! — заразительно гогочет брат. — Я как знал, что ты о выкупе даже не почешешься, привёз с собой дары.

— Что ты там привёз? — напрягаюсь я.

Нас отвлекает волчий вой. Оборотни нашли добычу. Ярослав тянет за поводья и направляет оленя на звериный звук. Чертыхнувшись, устремляюсь за ним.

Меж деревьев мелькает рыжая шубка. Опешив, слегка отстаю. Отродясь на острове лисиц не было. Здесь только один хищник — медведь. Хотя я на охоту не выбирался, почитай, тридцать оборотов. Видать, появились и лисы.

— Видал, Гор? — Ярый останавливает свой транспорт и меня дожидается. — К бесам оборотней, словим рыжую? Будет для зазнобы твоей лисий воротник.

— Мы для обряда охотимся, — качаю головой, так и представляя на тоненькой шейке меховой воротник.

— Оборотни поймают для обряда, а ты — для невесты, — подначивает брат. — Хотя ты, поди, за тридцать оборотов позабыл, как охотиться! Я поймаю её!

Усмехнувшись, конунг направляет оленя в чащобу, туда, где промелькнул лисий хвостик. Прислушиваюсь к волчьему рычанию. Оборотни, похоже, уже загнали свою добычу. Плюнув, азартно хлопаю по крупу своего транспорта и догоняю родственника.

Мы бесшумно и медленно продвигаемся вперёд. Высматриваем следы маленькой хищницы. За очередным поворотом замечаю лисицу. Тянусь за стрелой. Зверь, услышав нас, морду вскидывает, смотрит прямо на меня, словно разумное создание.

Прицеливаюсь, натягиваю тетиву. Но нас отвлекает вспышка молнии и утробный рёв огнянника. Дёрнувшись, высматриваю дракона. Успел-таки побратим на собственную свадьбу.

— Бесы, сбежала! — чертыхается Ярослав и устремляется за лисой.

Зверь заводит нас всё глубже в лес. Азарт подстёгивает поймать рыжую. Мы теряем её из виду и решаем разделиться. Расходимся в разные стороны. Спрыгиваю с оленя, чтобы ни единым шорохом не спугнуть добычу. Бесшумно передвигаюсь. И удача поворачивается лицом. Вижу торчащий из-за кустов рыжий с чёрной кисточкой хвост.

Присаживаюсь на корточки, достаю стрелу и натягиваю тетиву. Куст шевелится, нужно без мучений убить одним выстрелом. Жду, затаив дыхание. Рыжая мордочка выглядывает из-за пышного куста и смотрит прямо на меня. Опять слишком внимательно. Замираю с натянутой тетивой.

Меж тем лиса полностью выбирается из укрытия, поджимает лапы, хвост и уши. И медленно идёт ко мне. Чем ближе она подбирается, тем сильнее ворочается во мне зверь. Медведь сознание перехватывает, бьёт по рёбрам и рычит. Руки дрожат, и прицел сбивается.

— Вика? — неверяще хриплю, опуская лук и выбрасывая стрелу.

Урчаще тявкнув, лисица увереннее бежит, хвост распушив. Краем глаз замечаю шорох с другого края. Вскидываю голову, смотря на брата, что натягивает своё оружие и целится.

— Стой! — кричу и сбиваю в сторону лисицу.

Стрела, выпущенная конунгом, находит новую цель. С рыком сгибаюсь, падаю навзничь.

— Гор! — орёт Ярослав.

На меня лиса прыгает, взбирается на грудь, осторожно лапками перебирает, стараясь не задеть торчащее древко. Всем своим тельцем прижимается, мордой в лицо тычется. Лижет нос и губы.

— Я тоже тебя люблю, моя рыжая бестия, — хриплю, поглаживая меж ушек, и целую в нос.

Глава 37

Стерва Яга превратила меня в лису и погнала в лес, прямо в лапы оборотней да князя. Ведьма была уверена, что Гор не узнает меня. Но он смог! Почувствовал, как я чувствовала его. В последний момент остановился. Оттолкнул и получил стрелу в грудь.

Магия ведьмы испарилась, когда жених поцеловал меня. Лису окутало серебристое облачко и вернуло моё тело. Правда, совершенно голое. Но я этого совершенно не замечаю.

— Гор, — всхлипываю громко.

Трясу моего неандертальца. Мужчина лежит хладным трупом. Из груди торчит стрела, а грубая рубаха почти вся пропиталась алой кровью.

— Если ты умрёшь в день нашей свадьбы, я тебе этого никогда не прощу. Сама оживлю и убью.

— В этом не сомневаюсь, — еле ворочая языком, улыбается обескровленными губами Гор.

Вздрагиваю от упавшей на плечи тяжелой накидки и вскидываю голову. Над нами склоняется незнакомый мужчина, отдалённо похожий на князя.

— Подвинься, — приказывает, присев на корточки.

Послушно двигаюсь, сжимая холодные пальцы моего всегда горячего неандертальца. Гор открывает глаза и смотрит на нас.

— Потерпи, брат. Будет больно, — трёт ладонями друг об друга незнакомец.

— Оставь. Во мне нет магии, Яр, — хрипит Белогор. Мужчина изумлённо замирает. — Я больше не ведьмак. Вынешь стрелу — истеку кровью.

— Не выну — всё равно истечёшь, — качает головой незнакомец.

Нас отвлекают прибежавшие оборотни. Увидев мужа, больше не сдерживаясь, реву. Он падает рядом, сгребает в охапку и крепко обнимает.

— Корней, беги за отцом! — требует Андро, подходя ближе.

— Лазарь, позаботься о Заразе. Она княжна. Ярослав, слышишь. Она княжна Кадьяк, — еле ворочает языком неандерталец.

— Не говори так! — кричу, слёзы по щекам размазывая. — Ты…

— Обернись, — совершенно спокойно перебивает Лазарь.

Поднимается и, перехватив меня удобнее, пятится. Остальные оборотни тоже отходят от лежащего князя. Ярослав непонимающе вертит головой.

— Давай, Белогор. Обернись в зверя! — приказывает Лазарь.