Ани Марика – ( Не) Любимая жена (страница 63)

- Не убегай. Скажи простыми словами, прошу. Расшифровывать твои ребусы не умею.

Малакай посмотрел на мои пальцы, поднял голову, заглядывая своими невероятными голубыми глазами прямо в душу, и, притянув к себе, коснулся губами моих губ. Дёрнулась, отступила, но мужчина зарылся пальцами в волосы на затылке, не позволяя разорвать поцелуй, и жёстко вторгся языком в рот. Укусила его за губы и оттолкнула.

- Отпусти! – упёрлась кулаками в плечи.

- Ты думала обо мне, Лиля? – Малакай переместил руки и обнял ладонями лицо. - Ты рисовала меня?

- Это тебя не касается! Отпусти, мне уже пора. Не хочешь отвечать – не надо.

- Я тебе кое-что покажу, – он перехватил меня и прижал к груди.

Миг и его чёрные крылья закрыли нас от всего мира. Задержала дыхание, цепляясь за плечи. Четыре года прошло, а меня до сих пор завораживают его глаза, и дыхание перехватывает от близости чужого мужчины.

- Не смей меня похищать! Мужья ждут за дверью! – запаниковала я и стукнула по груди.

- Верну в целости и сохранности. Им полезно немного поскучать, – хмыкнул Малакай и, взмахнув крыльями, вылетел через открытый проём на потолке.

- Куда мы летим? – я старалась не выдать своего волнения и вертела головой, пытаясь разглядеть наш путь.

- Увидишь, - ответил он, и хватка на талии усилилась. Малакай прижимал к себе крепче и шумно дышал.

Летели мы недолго, всю дорогу я старалась думать о мужьях и не обращать внимания на отчётливый бугор, упирающийся мне прямо в промежность. Даже попыталась отстраниться, но ирлинг издевался надо мной и прижимал сильнее.

Он приземлился на балконе императорского дворца и позволил мне отпрыгнуть от него.

- Обратно поеду на машине, - проворчала я, поправляя разметавшиеся волосы.

- Пойдём, пока нас стража не засекла, - усмехнулся ирлинг и распахнул стеклянные двери, ведущие в комнату.

- Что мы тут вообще делаем? - вздохнув, зашла в большой зал и обалдело уставилась на собственные картины.

Малакай переплёл наши пальцы и потянул в сторону. К самой первой работе. Посмотрела на картину сада в доме Родерика и медленно прошла вдоль одной стены. Все холсты висели строго по нарастанию. От первой до последней. И буквально рассказывали мою историю.

- Всё это время Скайлер скупал мои картины? – развернулась к шедшему позади Малакаю.

- Да, но не это сейчас важно. Ты говорила: в тебе нет магии. Присмотрись. Вот твоя магия! Ты видишь будущее и передаёшь его в холстах. И ответы на свои вопросы ты получаешь именно из картин. Открой своё сердце, не борись с чувствами, не закрывайся от них. Прими все дары Праматери, тогда в твоем теле и душе наступит гармония. Магия раскроется и поможет удержать плод во чреве.

***

Малакай

После моих слов Лиля замолчала, опустила голову и отвернулась. Тема детей для неё всё ещё болезненна. Я отступил, оставил наедине разобраться в себе и вышел в коридор.

Четыре года я присматриваю за ней. Четыре года кружу и наблюдаю, не смея подойти ближе. Она воздвигла стены вокруг себя, закрылась, замкнулась. До сих пор держится за земную жизнь и не может отпустить прошлое. Я бы с радостью изменил её судьбу, вылечил от недуга и поставил на ноги, если бы это было в моей власти. Но и открыться ей не мог, повязанный проклятьем, что сковало по рукам и ногам. Там, в её земной жизни, напуганная Лиля смотрела с горящим взором.

- Пообещайте мне, что я буду жить! – срывающимся голосом потребовала эта сильная духом женщина.

Она знала свой диагноз, знала риски. Знала, что успешность операции крайне минимальна и несёт ряд последствий. Я поклялся ей, хотя до этого никогда такого не делал. Той же ночью, вернувшись в храм Богини, я получил запрет. Не приближаться к этой душе. Не открываться ей, пока она не будет готова.

Я, сын настоятельницы храма и бастард императора, несу проклятье родителей на своих плечах и служу Праматери вот уже больше трёхсот лет. Моя мама была матерью-настоятельницей в храме Праматери, и к ней частенько приезжал Корелис, император ирлингов. За советом от Всевышней. Ответно он жертвовал из казны деньги для храма, в котором трудилась мама. Она предала Праматерь ради власти, влияния и роскоши. Забеременела от императора, надеясь получить больше. Праматерь разгневалась и прокляла печатью вечного слуги Богини.

Я – посланник, перевозчик и палач. Был им до сегодняшнего дня. Праматерь отпустила меня, разрушила проклятье. Даровала свободу в обмен на душу Дадарио. Всепрощающая Богиня отправила его в другой мир, вместо Грани.

Теперь я мог открыться той, кто забрала мой покой там, в своей земной жизни. Мог добиться ответных чувств, завести семью, детей. Дом, в котором меня будут ждать.

- Ты что тут делаешь?! – меня отвлёк Скайлер, поднимающийся по лестнице.

- Стою. Разве не видно? – я прислонился к закрытой двери и скрестил руки на груди.

- Сюда посторонним нельзя. Как ты проник во дворец?! – начал заводиться император.

- Малакай, - за спиной открылась дверь и выглянула Лиля. Она ойкнула и округлила заплаканные глаза.

- Лия?! – удивился Скайлер.

- Я…мы..простите, Ваше Величество, - она попятилась, держась за мою рубашку. Пришлось пятиться с ней и закрывать от разгневанного императора.

- Кто тебя обидел? Почему ты плакала? – нахмурился Скай, остановившись, чтобы не пугать женщину.

- Вы купили все картины. Почему? – выпалила Лиля, выпуская из пальцев рубашку и обходя меня.

- Знакомился с тобой посредством твоих работ. Узнавал тебя ближе, слушал историю твоей жизни. Они не давали мне сломаться. Не давали мне разрушить себя окончательно. Я полюбил тебя через них. Полюбил душу, что творит прекрасные, яркие и живые картины.

- Полюбили? – переспросила женщина, затаив дыхание.

– Ничего не говори. Понимаю, ты не готова. Я очень хотел организовать выставку и показать миру твои работы. Мы с Арно обсуждали дату. Твой муж хотел после казни поговорить с тобой. Малакай испортил мне сюрприз, – Скайлер подошёл ближе и, вынув из кармана белый конверт, протянул женщине.

- Он это умеет, - пробормотала Лиля, посмотрев на меня. – Вы их выкупили и картины полностью ваши. Можете устроить выставку, я не против.

- Тогда задержись в Фестельхейме, – обрадовался император и, оттеснив меня, потянул Лилю в сторону.

- Хорошо, - согласилась она, опустив глаза.

Скайлер заправил за ухо выбившиеся волосы и погладил большим пальцем щёку. Лиля не отступила. Наоборот, качнулась в его сторону и позволила себя поцеловать.

- Тебя там вроде мужья ждут? – раздражённо проворчал я, вырвал её под свой бок.

- Да, точно. Нельзя ли воспользоваться вашим транспортом? Мы сюда прилетели без спроса, – затараторила Лиля, смущаясь.

- Как прилетели, так и улетим! – рыкнул и, подхватив на руки, расправил крылья.

- Стоять! – рявкнул Скайлер, попытавшись остановить меня. Но я прошёл мимо, к раскрытым настежь дверям, ведущим на балкон, и взлетел над дворцовым садом.

- Ты невозможный! - простонала Лиля, цепляясь за шею.

- Так ты рисовала меня или нет? – прервал её трепыхания.

- Да, - тихо призналась она через минуту тишины. Улыбнулся, почувствовал себя совсем юным мальчишкой. И тут же получил удар по груди. – Держи себя в руках, мы падаем.

- Я тебя никогда не уроню, - мурлыкнул и выровнялся. Что-то расслабился совсем.

Глава 11. Непростой разговор

Мы с час назад вернулись домой. Всё это время мужчины хранили тягостное молчание. И всё из-за выходки Малакая. Ирлинг просто приземлился прямо перед ними, и выглядело всё так, будто я сбежала с ним, оставив мужчин в ожидании. Они ведь не знают его историю с Праматерью. Соответственно, не знают, что ему можно заходить под крышу священного места. Конечно, никто из них и слово поперек не сказал, но мне впервые стало неуютно в их компании.

- Я должна признаться вам, – со вздохом начала тяжёлый разговор с мужьями и присела на мягкий диван.

Арно отложил скопившуюся корреспонденцию. Икер хмыкнул и налил себе чаю. А Йорген просто очень внимательно уставился на меня, развернувшись в кресле.

- Не знаю, с чего начать, - усмехнулась я, так как у самой в голове была каша. – В общем, Малакай не тот, кем является. Он посланник Праматери. Именно он перенёс мою душу в это тело по приказу вашей Богини. Поэтому ему можно заходить в храм.

- Вы летели со стороны дворца, - подметил Икер и протянул мне стакан с холодным чаем.

- Да, мы были во дворце, – подтвердила я и рассказала мужьям всё, что поведал мне Малакай.

Про магию. Если сначала скептически отнеслась к его словам, то, пересмотрев прошлые работы, поняла, что ирлинг прав. Большая часть того, что изображено на холстах, сбывалось. Я нарисовала каменный лес с тенью Икера и через пару недель встретила его там. Пейзаж, придуманный моей фантазией, позже я увидела эту локацию в Шермане. В более поздних работах, уже после замужества, я часто пририсовывала Малакая на небе. Его не узнать, если не приглядываться. Кто ж знал, что он на самом деле присматривает за мной. Также рассказала про неспособность выносить ребёнка и остальное. Мужчины не перебивали, внимательно слушали. Я же выговаривала, вываливала и не могла остановиться.

- Малакай сказал открыть своё сердце и не бороться с чувствами. – запинаясь, свернула на скользкую дорожку и опустила глаза на стакан в руке. – Я считала, что всё это в прошлом. Считала, что просто симпатия на грани интереса и ничего больше. Но мы встретились, и будто не было этих четырёх лет. Я вас очень люблю, безумно люблю. И не представляю своей жизни без вас. И я не знаю, что делать с чувствами к другим мужчинам. К тому же Малакаю и к Скайлеру.