Ани Марика – Измена. Я ее не брошу (страница 4)

— Привет, Ника, — басит незнакомец, пересекая комнату.

Глава 6

Ника

Я просто киваю, теснее вжимаясь в подушки, и перевожу взгляд с мужчины на лечащего врача. С этим типом никуда идти не хочу. И не верю, что могу быть ему женой. Он старше меня как минимум лет на пятнадцать. И пугает габаритами, внешностью, даже взглядом чёрных глаз.

— Выписку взяли? Пойдёмте, напишу ещё необходимые препараты, а девочки пока оденутся, — Павел Геннадьевич показывает на дверь и подталкивает этого бугая, оставляя нас с Валей наедине.

— Ну? — тянет девушка, протягивая длинное платье в пол. — Сердце-то ёкнуло?

— Ёкнуло, — киваю, только вот ёкнуло оно от страха. Сделав дыхательное упражнение, собираю все силы, хватаю интерна за кисть и максимально чётко произношу: — Я с им не поеу.

— Почему? — удивляется Валя. — Ты узнала его?

— Нет, я его не знаю, — разделяя каждое слово, очень стараюсь высказать своё мнение. Насильно ведь меня ему не отдадут. Не имеют права. Я в своём уме. Да, потеряла память. Да, передвигаюсь с помощью медперсонала и специальных старческих ходунков, но в остальном прекрасно соображаю и осознаю всё.

— Так познакомишься заново, — хихикает девушка. — Я бы хотела со своим парнем заново познакомиться, заново пройти этот конфетно-букетный период и влюбиться. Романтика.

— Вая! — стону, жмурясь. Злюсь на то, что не могу нормально объясниться. — Я его боюсь! Я остаусь десь!

— Ник, я, конечно, скажу Пал Генадичу, но если Твой не захочет платить за лечение, нам придётся тебя отправить по месту прописки в бесплатную больницу, — понижает голос Валя.

— Скажи, Пал Ген… — морщусь от усталости. Слишком много слов произнесла за сегодня.

— Хорошо. Сейчас сбегаю, — сдаётся нечаянная подруга и убегает из палаты.

Тянусь к тумбочке и смотрю в раскрытую сумку. Несколько платьев простого кроя, бельё новое, с биркой, но совершенно простецкое, хлопчатобумажное. И в небольшом пакете сандалии. Все эти вещи не мои. Я это просто знаю. Ну не могла я быть настолько скучной и безликой. Мне же двадцать три! Во всяком случае, в медкарте так написано.

Дверь в очередной раз распахивается и появляется мой как бы муж. Хмурый, здоровый, бородатый. Вытягиваю шею, высматриваю Валю или Павла Геннадьевича. Но их нет.

— Домой поедем, Ник. Реабилитацию проведем. Вспомнишь всё обязательно, — довольно миролюбиво предлагает мужчина.

— Мы правда женаты? — выдавливаю и даже буквы не проглатываю, вот что делает страх с человеком.

— Вот, смотри, — бородач подходит ближе и протягивает свидетельство о браке со штампами из Петербургского загса.

— Мы жили в Пет… — тыкаю пальцем на печать, слово тяжело выговорить.

— Да, — кивает он. И почему-то в это я верю. Не помню, правда ли это, просто чувствую, что я из Петербурга. И там осталась моя жизнь. Мне необходимо вернуться. Вдруг это подстегнет память. Павел Геннадьевич говорил, что любое событие из прошлого может запустить процесс.

— Подожи, я одеусь, — решаюсь, наконец, довериться этому незнакомцу. Ну, вряд ли бы мужчина стал возиться с покалеченной девушкой. И вряд ли я дочь олигарха, которую ищут с собаками, а это мой похититель. Такое только в кино бывает.

Здоровяк кивает и выходит, а ко мне заходит миловидная медсестра. Она помогает переодеться в платье, подтягивает кресло инвалидное и выкатывает из привычной и такой безопасной палаты.

— Как тея зовут? — спрашиваю, поднимая голову.

— Саид, — коротко отвечает мужчина, с невозмутимым видом толкает вперёд коляску и даже не смотрит на меня.

Устало глаза прикрываю, виски пульсируют, и тело немного ноет. Но меня больше расстраивает то, что имя моего как бы мужа не вызывает никакого отклика в душе. Он всё ещё пугает меня.

На залитой солнце парковке Саид останавливается возле чёрного джипа. С лёгкостью подхватывает меня на руки и пересаживает в салон. На переднем сиденье сидит женщина. Запах её дорогих духов витает в воздухе, и этот запах мне кажется ужасно знакомым.

Новое действующее лицо разворачивается ко мне. Эффектная взрослая женщина-брюнетка. Чем-то похожа чертами лица на моего как бы мужа. Тоже восточной крови. На ней безупречный брючный костюм, волосы уложены в стильную причёску, на носу большие круглые солнцезащитные очки, на ушах и запястье золотые украшения. Она излучает роскошь и богатство.

— Узнала? — спрашивает, снимая очки. Мотаю головой, почему-то именно ей не хочу показывать собственную немощность и слабость. — Значит, познакомимся заново. Я Дина. Мы подругами были, пока ты не решила броситься под колёса… — замолкает, будто пристыжено. — Дурацкая шутка. Саид, поехали, опаздываем.

Мужчина садится за руль и газует. С тоской провожаю взглядом клинику и, нервно сцепив пальцы в замок, просто решаю отпустить ситуацию и не паниковать раньше времени.

В салоне устанавливается напряжённая тишина прерываемая шелестом бумаги. Женщина изучает некие записи, под нос себе что-то бормочет, не прислушиваюсь. Расслабившись, почти впадаю в дрёму. Всё же сил ещё немного и даже небольшой путь из палаты до машины отнял их.

— Генетический тест не делали, что ли⁈ — истерично спрашивает Дина, слегка пугая окриком.

— Сделали, там поищи внимательнее, — бурчит Саид, посматривая в зеркало заднего вида на меня.

— Смотри-ка, 99,9 %, — с каким-то торжествующим ликованием бормочет брюнетка. — Высади меня на Патриках. Я уже прошла за вас регистрацию, с билетами и ожиданием в аэропорту заминки не будет, — разворачивается ко мне и улыбается почти искренне, хотя взгляд остаётся холодным. — С вами полететь в тёплые края не могу. Муж не пустит, сама понимаешь. Но уверена, брат позаботиться о тебе. Правда, Саид?

— Угу, — поддакивает немногословный товарищ, продолжая крутить руль.

А я немного расслабляюсь, до этого гадала, кем приходятся друг другу эти двое. Можно было бы догадаться, они похожи. Правда, вновь напрягаюсь. Как тёплые края? А Петербург? А дом?

Глава 7

Ника

— Саид, мне нельзя летать, — тихо и по слогам напоминаю, как только мы остаёмся в машине одни. — И ты гоорил о доме.

— Твой врач разрешил, домой вернёшься после того, как… выздоровеешь, — отрывисто отвечает, и эта небольшая заминка заставляет напрячься. От меня явно что-то скрывают.

— Чем я занималась в Петере? — мне хочется поскорее все узнать о себе, о нас. Возможно, ответы дадут некий толчок и я вспомню.

— Дома сидела, — бурчит Саид и тяжелым взглядом окидывает через зеркало заднего вида.

— А мои родители? Мы можем с ними увидеться?

— Нет их у тебя. Никого нет. Только я и моя сестра.

Мне больно становится от такого простого факта отсутствия хоть каких-то родственников или друзей. Может быть, я не зря под машину бросилась, как сказала Дина? Видно же, что муж меня не особо любит, а сноха относится пренебрежительно.

— Почему мы поженились? — спрашиваю, затаив дыхание.

Саид заруливает на аэропортную стоянку и разворачивается всем корпусом ко мне. Пытливо всматривается в лицо бледное. Шершавыми пальцами щеки касается, убирает выбившиеся волосы за ухо. Его действия не вызывают никакого отклика, кроме страха.

— Красивая ты, Ника, — выдаёт мужчина, — и покладистая. Слушалась меня, поэтому и женился. Будешь такой и дальше, всё у нас срастётся.

Отличная перспектива. Сглотнув, опускаю голову, стараясь увернуться от чужих прикосновений.

— Не бойся, не трону я тебя, — по-своему понимает Саид и тянет за подбородок, чтобы в глаза посмотреть. — Если сама не придёшь, — пухлые губы растягивает, будто точно знает — приду. Внутренне передёргивает даже мысль об этом.

Ещё немного поразглядывав, мужчина отворачивается и выскакивает из машины. Вытаскивает из багажника инвалидное кресло и пересаживает меня.

Он явно спешит, потому что двигается очень быстро. Постоянно оглядывается и резковато сворачивает. Приходится вцепиться в подлокотники кресла, чтобы не вывалиться. В такой тряске даже не могу двух слов связать, чтобы попросить притормозить. Только влившись в толпу таких же улетающих, Саид сбавляет скорость.

— Что кушать будешь? — спрашивает, когда мы заходим в зал ожидания. Мотаю головой, говоря тем самым, что не голодна. Просто сейчас точно не смогу выговорить хоть что-то. Мужчина хмурится и садится на корточки передо мной. — Перед тем как принять лекарство, нужно поесть. И мы вроде договорились, ты не капризничаешь.

— Я не кап… кап… Сыта вот и всё! — злобно шмыгнув носом, пихаю кулаком в грудь, оттого что не могу нормально высказать всё, что думаю.

Саид, слегка пошатнувшись, останавливает себя и удивлённо смотрит на мой кулак. Переводит взгляд на лицо. Замираю, вдруг меня сейчас пихнёт в ответ. Но теперь мне приходится удивиться. Потому что этот бугай улыбается.

Быстро встав, отходит куда-то за мою спину, в наплечной спортивной сумке копается. Верчу головой, пытаюсь разглядеть, что он там делает. Меж тем мужчина куда-то уходит, и я теряю полностью его из виду. Правда, через минут десять возвращается.

— Держи, — протягивает воду и таблетницу с синенькими капсулами. — И вот это. Не можешь говорить — пиши.

— Спасибо, — бормочу удивлённо, вертя в руках блокнот с ручкой.

— Таблетку прими, Ник, — напоминает бугай. Кивнув, принимаю. Правда, такие в клинике не давали. Может быть, это именно для полётов предназначены?