Ани Хоуп – Как пахнет ветер (страница 2)
Что до меня, то тошнотворное волнение не отступило до тех пор, пока кресло не подхватило и не понесло нас вверх. Ева и Бри умудряются фотографироваться на высоте, я же стараюсь запомнить все до мелочей – неприступные вершины, заснеженные верхушки гигантских сосен и лиственниц, защитные полипропиленовые сетки то ли оранжевого, то ли красного цвета на крутых поворотах трассы
Я плечом чувствую, как напряглась и вытянулась Ева – перед нами с подъемника спустилась последняя группа туристов. Я собираюсь с мыслями, чтобы сделать все правильно и не стать посмешищем на весь мир. Чудом мне удается плавно заскользить по снегу и остановиться в нескольких метрах, дабы дождаться подруг. Однако их встречает инструктор и вместе с остальной группой увлекает за собой. Мне же предстоит найти своего.
Дельце проще простого – его костюм кислотно-желтого цвета видно, откуда ни посмотри, но он меня не дождался и начал урок с какой-то красоткой. Если бы ее видела Бри, то наверняка сказала бы, что та вовсе не случайно напялила бюстгальтер-пулю, символ сексуальной революции сороковых, и распахнула парку. Так за что винить беднягу, попавшего на коварный крючок?
Я осматриваю себя в зеркальные панели небольшого павильона, где продают горячий шоколад и свежую выпечку, и лишний раз убеждаюсь, что лыжный комбинезон и на мне сидит недурственно, хотя и не так впечатляюще.
– Привет! – я машу рукой, но, видимо, инструктор не сильно заинтересован в уроке со мной. Что ж, его проблемы. Занятие оплачено.
– Ногу ставим вот так… Вторую вот так, – говорит он выдающейся местами ученице. Я наблюдаю, как он обнимает ее сзади, а она явно не возражает. Меня никто не обнимает, поэтому мне ничего не остается, как просто повторять за ними.
– Палки берем вот так. Толкаемся… Да! И тихонечко едем…
Повторяю за ним и…
– А-а-а!
Кажется, я слишком сильно оттолкнулась и теперь лыжи сами несут меня с горы.
– Как тормозить? Эй?! – кричу, не оборачиваясь. Я помню из какой-то статьи, что это чревато падениями, а в моем случае почти со сто процентной вероятностью равно травмам.
Меня переполняет отчаяние. Передо мной проносятся цветные точки. Догадываюсь, что это другие лыжники или дети.
Лыжи, как по щелчку, развернулись. Я затормозила и упала на четвереньки. Медленно ощупываю себя, все на месте, я цела.
– Ну это ты пошутил, Господи!
Опираясь на палки, медленно встаю и слышу:
– Эй! Берегись! Bada!
Прямо на меня на всей скорости летит сноубордист. Не знаю как, но делаю несколько шагов в сторону. Внутри закипает злость, я срываю маску, чтобы высказать ему все, что думаю. Тем временем сноубордист резко тормозит, я вижу, как из-под его доски поднимается плотное облако снега, словно разбившаяся волна об волнорез, и мое лицо обжигает ледяной шрапнелью. Меня накрывает с головой, и под белесым куполом я только и думаю, что попала в дурацкое шоу на выживание. Снег залепил мне глаза и попал за шиворот, я стягиваю перчатки и энергично смахиваю с окоченевшего лица прилипшую «маску». Бри клялась своими кисточками, что ни с одной реснички ее брендовая тушь не потечет, но как это проверить?
Вижу, что виновник моих бедствий также снимает очки и катится ко мне.
– Да вы хоть видите, куда вы…
У меня не хватает сил закончить. Из-под густых черных ресниц на меня смотрит пара глубоких зеленых глаз. Их владелец что-то говорит, но я как завороженная не могу отвести взгляд. Я разглядываю его губы и ямочку на подбородке…
– Вы в порядке? Слышите меня?
«Эби! Хватит таращиться! Ответь что-нибудь!»
Мы смотрим друг на друга, как кобра и заклинатель змей – одна готовится больно ужалить, другой изловчиться ее приручить.
– Так, иди-ка сюда! – первым заговаривает незнакомец, незаметно перейдя на «ты», отстегивает доску и подходит ко мне ближе. Осторожно дотрагивается до плеча, пытаясь привлечь внимание, а я все…
«Какие глаза!»
Он немного медлит, затем снимает перчатку и касается моей щеки горячей рукой.
– Прости, ты появилась из ниоткуда. Я не хотел тебя окатить. – Он все говорит, говорит. – Ты вся замерзла, разреши я… – В следующую секунду он берет мое лицо в свои ладони, и волнующее тепло проникает под кожу.
«Эби, тебя лапает мужик! Хоть и донельзя красивый…»
Сознание возвращается ко мне, и я отталкиваю его.
– Прекратите немедленно! Мало того, что чуть не сбили, так еще и руки распускаете!
Я собираюсь уехать, сохранив последние капли достоинства, но попытка оборачивается крахом: лыжи предательски не слушаются и катятся вниз по склону, увлекая меня за собой.
– О-ох…
Реакция незнакомца незамедлительна, он хватает меня за руку и с улыбкой заявляет:
– Кажется, тебе нужен хороший учитель.
– Был у меня один учитель, и вот я здесь!
– Если хочешь, я могу…
– Как-нибудь обойдусь! – Я сама удивляюсь той резкости, которой наполнен мой голос, и пусть Ева мной гордилась бы, сама я себя отругала. Чтобы быть последовательной, я снимаю лыжи и бреду прочь, вверх по склону, уворачиваясь от новых столкновений.
Отличное начало отдыха.
Спустя несколько часов мы встречаемся с Евой и Бри на склоне: они как всегда оживленно обсуждают какие-то новости, я же еле волочу ноги. Не смирившись с поражением, я поступила так, как поступила бы Магдалена Фрост – потребовала выделить нового инструктора, заинтересованного в работе. Вместо молодого подтянутого парня ко мне приставили возрастного тренера с большим опытом, и он оттренировал меня так, что я пожалела о своем упрямстве.
– Эй, детка, как твой урок? – вдохновенно интересуется Бри, но я не разделяю ее радости.
– Никак! – буркнув в ответ, я вспоминаю свое унижение.
– Что-то пошло не так? Идем, перекусим.
Мы выпили чая в местном кафе и растянулись на деревянных лежаках, подставляя намазанные защитным кремом лица зимнему солнцу. Вокруг веселятся туристы, со всех сторон звучит незнакомая речь. Почувствовав себя в безопасности, я рассказываю о том, что со мной произошло, и, наверное, зря – с этой минуты сноубордист значится главным героем навязчивых фантазий Бри.
– Он хоть красивый? – не унимается она.
Глаза… Губы… Ямочка…
– Да ну тебя!
Ни у одной из нас больше нет желания кататься, и общим собранием мы решаем отправиться в центр города, чтобы поужинать.
– Заодно подберем вам купальники!
Вечер. Расцветает ночная жизнь на главной пешеходной улице Корсо Италия: модные бутики зазывают за зимними коллекциями, ювелирные лавки выставляют лучшие украшения для щедрых мужчин, сувенирные отделы живут особой, беззаботной жизнью, потому что каждый турист, даже если не собирается, обязательно привозит из путешествия какую-нибудь безделушку.
Бри отыскала магазин нижнего белья премиального итальянского бренда и буквально затащила нас с Евой внутрь. К нашему удивлению, стенд с бикини оказался внушающих размеров. Выбрав себе по несколько моделей, мы расходимся по примерочным.
Первой справляюсь я, чем заметно радую уставшую продавщицу. Рассчитавшись на кассе, я кричу подругам, что прогуляюсь до базилики. Услышав дружное угуканье и пыхтение в кабинках, я выхожу на улицу. Над головой теплым светом мерцают гирлянды в виде звезд. С неба безмятежно падают редкие снежинки.
Зима вдохновляет, хотя многие еене жалуют и по возможности перебираются в местечки потеплее. Я зиму люблю. Говорят, природа в это время засыпает, а я сравнила бы ее со взрослой женщиной, которая знает, когда нужно что-то сказать.
Не спеша бреду к Миноре-дей-Санти-Филиппо-э-Джакомо, как считалочку проговаривая про себя ее длинное название. В пакете с недавней покупкой шуршит упаковочная бумага. Улыбаюсь затее Бри, пускай и не горю ею.
Людей не так много, все заняты делами. Еще пара дней и все круто изменится. На домах встречаются новогодние украшения – венки и фонарики.
Свернув за угол, я наконец вижу колокольню. С детства у меня захватывает дух от церковного пения или звона колоколов. И первым делом по приезде мне хотелось прийти именно сюда.
Я стою у подножия храма и, закрыв глаза, произношу про себя единственную молитву, которую знаю.
Я молю о гармонии.
Мне не на что жаловаться – за исключением бешеного ритма жизни, у меня все хорошо, но именно гармонии сейчас просит сердце.
– Ну здравствуй, женщина-катастрофа! – раздается позади меня низкий мужской голос с легкой хрипотцой. Я оборачиваюсь и вижу…
Глаза… Губы… Ямочку…
Передо мной стоит высокий привлекательный мужчина лет тридцати или чуть старше. У него темно-русые волосы и короткая стильная стрижка. Под удлиненным теплым пальто у него белая рубашка, оттеняющая загорелую кожу. Он прячет руки в карманах.
– Что? – я свожу брови на его необоснованное приветствие.