Анхель Блэк – Падение Луны (страница 55)

– Альбрехт очень умен. И слишком хорошо нас всех знает, – тихо сказал Йохим. Вальтар сжал пальцы в кулаки сильнее при упоминании изобретателя, а затем расслабился и чуть опустил плечи.

– Количество приверженцев Ордо Юниус сильно уменьшилось после всех событий. Бо´льшую часть убили, а остальные перешли на сторону его высочества. Только это может сыграть нам на руку.

– Тем спокойнее нам будет уезжать из столицы, – проворчал Кейран.

– Главное, чтобы в рукавах Мирзы не осталось других козырей, – криво улыбнулась Мейбл.

– Пока мы потрепали орденцев, перекрыли поток энергии Мирзе, взяли контроль в столице, нужно не упускать шанс, – сказал Алоизас, скрестив руки на груди. От этого движения его ажурное жабо смешно встопорщилось, и Мастер поспешил пригладить его рукой. Хальвард высился рядом и молча слушал. – И нам очень повезло, что все это происходит в канун одного из важнейших праздников.

– Конечно же, – кисло проговорил Кейран, закатывая глаза, напомнив тем самым Грея. – Вы уже придумали все без нас, а сейчас ломаете комедию?

– Полно вам, Мастер Монтгомери, – мелодично пропел Хайнц, который все это время высокой фигурой стоял в тени книжного стеллажа.

Кейран на его слова только фыркнул, вяло отмахнувшись, и продолжил, обращаясь к Алоизасу:

– Говори прямо, что имеешь в виду Санкта Термину.

– Санкта Термину?! – хором возмутились Грей и Фергус, а затем переглянулись. Мейбл фыркнула в кулак, сдерживая смех от их синхронности, а затем стала серьезной и взволнованной, словно снова пропустила сказанное через себя.

– Праздник мира в Крестейре? Серьезно?

– Серьезно. Мастер Монтгомери прав, мы обсуждали все это, – ответил вперед Хайнца Алоизас и положил руку на плечо брата. – Словно сама судьба благоволит нам, потому что время Санкта Термины очень удачно для нас.

– Сейчас вам кажется это сумасшествием, это так. Но… поверьте, это единственный вариант, когда можно застать Мирзу врасплох. Потому что он решит, что у нас всех кишка тонка напасть в канун Санкта Термины и накликать на себя гнев Божеств.

– А как будто такой опасности нет, – фыркнул Фергус. – Я понимаю, что после Инкурсии все и так развалено дальше некуда, но давайте все же соблюдать традиции и не топтать то, что осталось.

– А ничего не осталось, Фергус, – тихо ответил Хайнц, и от Грея не укрылось то, как он скользнул рукой к закрытому высоким воротом горлу. – Нет никаких Божеств. Никто нас не покарает, а если и сможет, то это будет поистине чудом.

– Если это так, – Фергус несколько поутих, но продолжал недоверчиво хмуриться, – с чего ты взял, что Мирза не подумает так же?

– Не подумает, – ответил Хальвард. – Он решит, что мы побоимся нарушать правила.

– Ну, не знаю… После всех событий, может, и не подумает. – Грей неопределенно пожал плечами. Было непривычно так рассуждать об одном из Пяти Божественных Братьев, но жизнь в последнее время полна неожиданностей. – Опять же, не забываем про Альбрехта. Он точно расскажет ему все про каждого из нас.

– Я, к великому сожалению, кроме как здесь, больше не общался с изобретателем. – По голосу Хайнца было ясно как день, что он нисколько не сожалеет. – Но могу предположить, что все, что он о вас знал, он уже доложил Мирзе. Если он такой же приближенный, каким был я, Мирза прислушается к его словам, но сделает все по-своему. Тем более для него безумно важно сохранить оставшийся кристалл. Иначе все его многолетние старания рухнут.

– И кучка оставшихся иноверцев способна дать этому кристаллу защиту? – фыркнул Кейран.

– Смогут или нет, но они точно будут его защищать. К тому же Мирза не подпустит нас даже близко к храму. Паулина Обриэн была не человеком, и это не единственное существо, примкнувшее к орденцам, – сказал Хайнц. – Однако нападение в канун Санкта Термины все меняет. Нас никто не тронет, потому что так не принято.

– Все равно это звучит достаточно… – задумчиво протянул Вальтар.

– Богохульно? – дополнил его Хайнц с елейной улыбкой. – На войне все средства хороши. Нападем сейчас – слишком рано, позже – слишком поздно. До Санкта Термины остался месяц. Это идеально, чтобы подготовить все и разрушить кристалл. Мирза ничего не сможет сделать нам в этот день, если мы явимся в самый канун, вечером. Главное – успеть до полуночи.

– Гладко стелешь. И что еще вы придумали без нас? – хмыкнул Кейран.

– Только это. Потому что это то, что волнует нас всех в данный момент, – ответил Алоизас.

Хальвард на выпад Кейрана только хмыкнул и стал еще угрюмее. Все замолчали, переваривая предложенное и мысленно взвешивая. Глубоко внутри Грею откровенно было не по себе от такого.

Санкта Термина была праздником мира в Крестейре. На весь день, с ночи тридцать первого октября до ночи первого ноября, в мире прекращалась любая вражда. Запрещено было нападать как существам на людей, так и наоборот, даже Демоны чтили это правило, и тридцать первое октября считался самым мирным и спокойным днем, что бы ни происходило.

Сейчас же они, по сути, собирались осквернить старые традиции и накликать на себя гнев Королевы Теней, которая забирала в свой мир провинившихся без возможности переродиться.

Они все могли остаться проклятыми ею, если она не пропала так же, как остальные Пятеро Братьев Алторема. Королева Теней была забытым Божеством, оберегающим свой мир столь надежно, что лишь единицы могли знать его устройство. Грей узнал это из старых книг в библиотеке, а потом еще допытывал Фергуса, который знал о Королеве благодаря Хайнцу. Она была Матерью всех Грехов, она же их и забирала после изгнания к себе, превращая сущность в мертвые деревья на пустыре в Мире Теней. Ходил слух, что когда-то она была сестрой Пяти, но правды не знал никто.

Грейден вернулся мыслями к Санкта Термине и обсуждению. Он сжал перед собой ладони, упершись локтями в колени, и нахмурился под пристальным взглядом Фергуса. При мысли о совершении нападения в светлый праздник все еще было дурно.

– Вы же понимаете, что я и его высочество не сможем отправиться с вами? – спросил Вальтар.

Йохим, тенью застывший рядом с ним, нахмурился, словно был против, но потом расслабленно опустил плечи.

– Нам нужно присутствовать в Тэйлии, чтобы удержать территории и укрепить свою власть, – кивнул принц.

– Мы и не думали, что вы поедете с нами в Бигхвет, – сказал Кейран. – Осталось лишь решиться сделать это в Санкта Термину.

– Я поеду, – сказал Грей. – Мне, конечно, тоже не по себе от этого.

– Я тоже считаю, что план Алоизаса опасный, но хороший. Конечно, нас проклянут, но мы уже все так глубоко увязли во всем этом, так что поздно отступать, – заявила Мейбл.

– Куда Мастер Грейден, туда и я, даже говорить ничего не стану, – оскалился Фергус. Алоизас выдохнул, посмотрев на них троих с благодарностью, а потом перевел взгляд на Кейрана.

– Если этот план сработает, то я будущий глава Ордена, – сказал Кейран.

Монтгомери скривился так, словно съел горсть свежей клюквы. Михаэль навострил пушистые уши, перестав играться с карандашом, и посмотрел в сторону учителя. Грей знал, что Кейран отчасти не хотел в это лезть, чтобы не подвергать опасности Михаэля. И также он знал, что Йель ни за что на свете не отпустит учителя одного в это путешествие.

– Пойманы на слове, – неожиданно сказал Вальтар.

– Но, признаться, я согласен. За эти дни мы так ни к чему и не пришли, а медлить нельзя. Как раз хватит времени залечить раны и подготовиться.

– Отлично! – хлопнул в ладони Михаэль, садясь прямо в кресле. – Предлагаю начать обсуждение подробностей прямо сейчас.

Все вокруг несколько воспряли духом, а на лице Хайнца появилась довольная улыбка.

Грей знал, что они ступают на путь чего-то слишком рискованного и опасного, но поворачивать назад нельзя. Он понимал, что если они сейчас ничего не сделают, то следующий шаг будет за орденцами, и тогда вся их борьба будет напрасной, все вернется к начальной точке, а Мирза снова обретет силу иным способом. Врага надо добивать, пока он ослаб, иначе есть риск получить нож в спину. Такого они допустить не могли.

Пришло время освободить Крестейр от тени Инкурсии, а именно – уничтожить Ордо Юниус.

Глава 17

Бигхвет встретил их утренними заморозками.

По пустому перрону промозглый ветер разносил багровые листья, небольшие лужицы после прошедшего дождя сковало ледяной корочкой по краям. Кучи гниющих листьев у забора оплело тонкое кружево инея, покрывая пленкой влажную балюстраду. Усталый проводник желал всем приятного дня, украдкой зевая в облаченную в белую перчатку руку, и мечтал поскорее забраться обратно в теплый салон поезда.

Мастер Грейден проследил за тем, как вся их компания выбралась из вагона, а затем перевел взгляд на скромное, небольшое здание вокзала. Голубоватая краска слезла от времени, по цилиндрическим колоннам разошлись трещины, напоминая гигантскую паутину. На столбце у перрона изящными буквами на табличке было выведено: «Бигхвет». После оживленного в любое время дня огромного вокзала в Тэйлии здесь все казалось пустым и будто необитаемым.

– Ну и дыра, – проворчал Кейран, кутаясь в пальто. Его рука практически зажила, но Грейден знал, что под перчаткой кисть все еще обмотана бинтом.

– Это вам не Тэйлия, – присвистнул Михаэль, бодро осматриваясь. Его куртка была распахнута, а клетчатый шарф болтался незавязанным, как будто Цзиню холод был абсолютно нипочем. Мейбл, словно поймав мысль Грея, посмотрела на него шокированно и посильнее закуталась в пальто.