Анхель Блэк – Падение Луны (страница 27)

– С той стороны никого, – тихо сказал Йель.

– Надо обыскать верхние этажи. Тут не так много места, чтобы эта тварь смогла спрятаться от вас двоих, – сказал Грей, указав на Цзиня и Греха.

– Этот район постоянно переходит от нас к орденцам и обратно. Храм из-за этого стоит в запустении, – неожиданно сказал Кейран, глядя на статую Эрхи с обломанными крыльями. Его светлое, доброе лицо казалось неуместным в такой мрачной, угнетающей обстановке.

– Интересно, правда ли то, что сказал Хайнц? Про то, что Братья сейчас не в Алтореме, – тихо проговорила Мейбл.

– Мы не можем знать наверняка, – ответил Кейран. – Да и что ему верить?

– Тем не менее никто из них не отвечает, – тихо сказал Грей.

Все задумчиво замолчали и посмотрели на статую. Эрха смотрел на них сверху все тем же нежным и безмятежным взглядом и молчал.

Молчал в каждом храме Крестейра, молчал в ответ на мольбы и подношения.

– Мы проверим второй этаж. Пройдитесь здесь и… – начал Кейран и тут же запнулся. Михаэль вцепился в его плечо так, словно Мастер мог сразу же сорваться с места и убежать, и настороженно прижал алые уши к голове.

Грей почувствовал, как Фергус встал ближе, и прислушался. Со стороны второго этажа раздавалось мелодичное пение. Обычному человеку могло бы показаться, что там поселилась юная девушка, которая сейчас пела за работой, не услышав посетителей храма. Но Мастера не сговариваясь вооружились, вглядываясь в полутемные навесные балкончики с резными балюстрадами.

– Разделимся. Мы по правой стороне, вы – по левой. – Кейран указал на Мейбл, Грея и Фергуса.

Из-за сводчатого потолка пение будто раздавалось со всех сторон и из каждого пустого помещения. Их небольшие команды разошлись по сторонам и направились к винтовым лестницам, скрытым за тяжелыми, изъеденными временем и разрухой портьерами по краям. Скрежет стекол и штукатурки под ногами отскакивал эхом от стен и смешивался с пением, отчего в храме становилось шумно.

– Ты можешь определить по запаху, где находится Кровоглот? – тихо спросил Грей Фергуса, когда тот решил пойти впереди.

– Нет, к сожалению. Кровоглот такой же хищник, как я. А хищники лучше чувствуют добычу, нежели конкурентов. – Грех обернулся и клыкасто улыбнулся.

– Давно уже пора начать писать собственную работу о Грехах, – озвучил свою мысль Грей, ничуть не изменившись в лице. Каждое новое сражение вместе с Фергусом сопровождалось открытиями.

– По этой же причине Кровоглот не почувствует меня. Я для него вообще пустое место, поскольку у Грехов нет запаха, – продолжал тихо говорить Фергус, первым шагнув на винтовую лестницу. Та издала жалобный стон, прямо из-под подошвы ботинка Греха в воздух взметнулся клубок пыли.

Они втроем замерли, прислушиваясь к пению, но голос не дрогнул и не затих. Кейран и Михаэль по другую сторону помещения на такой же лестнице застыли и вслушивались в звуки. Йель дернул головой, приблизился к Кейрану и затем махнул им рукой, предлагая идти дальше. Фергус махнул в ответ и принялся подниматься осторожнее, пока Грей и Мейбл шли за ним практически след в след.

– Как это у Грехов нет запаха? Невозможно ничем не пахнуть, – шепотом продолжила Мейбл.

– Возможно, Мейбл. Он ничем не пахнет. Вообще, – ответил Грей и, прежде чем Фергус обернулся к нему, уже знал, что тот нагло улыбается.

– Мастер… – начал нараспев Фергус, но тут же получил легкий тычок костяшками пальцев в поясницу.

– Иди давай, – проворчал Грей.

– Это поэтому от него так пахнет духами, – сделала вывод Мейбл за спиной.

– Да. Заставил дома всю полку ими.

– Я подбираю их под настроение! – шепотом возмутился Фергус.

Винтовая лестница вывела их к распахнутой двери с филигранно удаленным из нее механизмом замка – видимо, собирались менять. Деревянный ящик с инструментами был накрыт куском брезента, заперт на обычный подвесной замок и стоял тут, судя по количеству пыли, уже давно. Дверь чуть поскрипывала и двигалась от сквозняка и шагов. За ней их ждал коридор, больше напоминавший галерею. На отделанных дорогим деревом стенах отчетливо виднелись следы от висевших некогда картин. Грейден никогда не бывал в этом храме дальше святилища, но нетрудно было догадаться, что пропавшие полотна – изображения Пяти Божественных Братьев и Благодатных садов Алторема.

Через вытянутые остроконечные окна с витражами днем сюда наверняка красиво проникал свет и плясал разноцветными бликами на картинах, но сейчас этот коридор больше напоминал пыльную пустую коробку с темными квадратами пятен на выцветшем дереве стен. За окнами сгущались сумерки, и свет солнца давно погас. Жутковатое пение твари раздавалось будто бы совсем близко.

– Кажется, оно здесь. – Фергус поднял руку и ткнул пальцем в сторону двери впереди. Когти на пальцах удлинились, кожа почернела и с тихим, но каким-то неестественным шорохом, Грех вытянулся еще выше на ставших волчьими лапах. Он чуть согнулся, хотел пойти вперед, но Грей придержал его, прижав трость шафтом к обнаженному животу.

– Не торопись.

Мейбл по правую сторону от него суетливо полезла в поясную сумку, доставая красный мелок, камешки рун и пергамент.

– Мейбл, – тихо позвал Грей, продолжая удерживать Фергуса, хотя тот смирно стоял рядом.

– Что?

– Спустись вниз и начни чертить пентаграмму. Если Кейран уже будет там, пусть поможет тебе, а мы пригоним эту тварь вниз. Тут слишком мало места для всех нас, – сказал Грейден, наконец убирая трость.

Мейбл удивленно вскинула брови, посмотрела на них со смесью тревоги и доверия, но все-таки решила спросить:

– Вы справитесь?

– Конечно, – самодовольно отозвался Фергус.

– Хорошо. Буду ждать внизу. Будьте осторожны. – Мейбл хотела было дотронуться до плеча Мастера, но в последний момент отдернула пальцы и просто махнула ладонью. Сжав в руках все извлеченное из сумки, ведьма тихой поступью отправилась обратно к лестнице, а Грейден двинулся вперед.

Тварь притаилась прямо за дверью, среди обломков. В тусклом свете затухающего дня Грей видел ее голую костлявую спину и жидкие тонкие волосы, сквозь которые просвечивал затылок. Она сидела на полу, сжавшись в комочек и покачиваясь, и ее нежное жалобное пение заставляло сердце сжиматься.

Фергус навис над левым плечом. Грей почувствовал исходящее от него желание броситься на монстра и разодрать на куски и снова выставил руку с тростью поперек его живота, придерживая. Грей много читал о Кровоглотах и сталкивался с ними на заданиях, хотя еще до Инкурсии. Они были так же сильны, как Крестуры, умны и расчетливы, а их голоса сбивали с толку не только Мастеров, но даже себе подобных чудовищ и существ. Чаще всего Кровоглоты обитали в лесах или на их окраинах, где заманивали путников своим прекрасным пением и выпивали их кровь.

Мастер достал парочку фулу и шепнул заклинание себе под нос, отчего киноварная роспись на пергаменте амулетов вспыхнула. Кровоглот вздрогнул, развернулся, и его маленькие глаза, подернутые молочной пленкой, словно слепые, презрительно сощурились. Широкая, от уха до уха, пасть распахнулась, демонстрируя два ряда острых как бритва зубов и длинный извивающийся язык.

– Назад, – успел скомандовать Грей, прежде чем швырнул связку фулу в тварь и отскочил. Фергус дернулся в противоположную сторону, практически вжимаясь в стену, и угрожающе зарычал, когда Кровоглот бросился к ним.

Грейден обнажил клинок из трости и развернулся, встречаясь взглядом с тварью. От него смердело гниющим мясом, но, прежде чем монстр успел броситься на сталь клинка, когтистая лапа Греха вцепилась в его череп и отшвырнула прочь по коридору. Кровоглот прокатился по осколкам витража, расцарапывая спину в кровь, жалобно завыл и вскочил на ноги. Длинные волосы свесились вперед, скрывая впалую грудь с обтянутыми кожей дугами ребер.

– Фергус! – окликнул Грей.

– Я заманю его вниз, к пентаграмме. – С этими словами Фергус бросился вслед за завывающим существом, попытавшимся сбежать на лестницу.

Грех врезался в Кровоглота, будто таран, и, впившись когтями в тощее тело, буквально вынес его спиной дверь, вываливаясь наружу. Грей поспешил следом, на ходу подготавливая пергамент с пентаграммой.

Винтовую лестницу ощутимо потряхивало от того, что два чудовища пытались вцепиться друг другу в глотки, царапая когтями. Фергус изловчился и схватил Кровоглота за тощую шею, сдавливая пальцами и поднимая высоко перед собой. Внизу послышалась ругань Кейрана и пораженный возглас Мейбл, а в следующий миг Кровоглот уперся длинными, словно кроличьими, ногами в грудь Фергуса и истошно зарыдал. Его плач походил на завывание убитой горем молодой женщины. От него внутренности скручивало в морской узел, к горлу подкатывала тошнота, а перед глазами плыло. Грей остановился, зажимая уши, и попытался проморгаться, чтобы сбить пелену с глаз.

Фергус пошатнулся, вцепился одной рукой в череп у уха, и этого хватило, чтобы Кровоглот изо всех сил оттолкнулся от его груди и выскочил из хватки.

– Осторожно! – крикнул Грей, зажимая одной рукой ухо, а второй кидая вслед спикировавшему монстру пергамент.

– Вот сука! – прорычал Фергус, проводя черной ладонью по кровоточащим царапинам на груди, которые с шипением медленно затягивались. Грей вцепился руками в перила и проследил за тем, как Кровоглот приземлился на мраморный пол, выпрямился, а затем обернулся и распахнул пасть словно в насмешке. Его зубы походили на острые иглы.