Ангелина Шэн – Гвихоль. Том 1. Красные чернила смерти (страница 15)

– То есть солнца вообще никогда нет? Потрясающе!

Я досадливо поморщилась. Что за место такое… Этот парень здесь уже около двух недель, но я не хотела, не собиралась задерживаться в этой дыре так долго.

Мимо нас в разных направлениях прошли несколько безликих: девушка в школьной форме, мужчина в офисном костюме, женщина с группой детей примерно лет по десять-одиннадцать… но это если судить по росту. Лиц-то не было.

Я сдержала порыв зажмуриться, лишь поспешно отвела взгляд.

– Айщ, как же бесит… Давай отойдем куда-нибудь, – я неопределенно взмахнула рукой, – подальше.

– Идемте, – кивнул парень и, посмотрев по сторонам, повел меня в неизвестном направлении.

Мы прошли около пятидесяти метров и завернули на более узкую улицу, после чего, пройдя чуть глубже, вновь свернули и остановились за углом одного из зданий. Судя по стойке для меню, стоявшей рядом с отсутствующей дверью, это было кафе с разнообразием пибимбапов[21]. Людей вокруг пока не было, и мое изрядно пошатнувшееся за последние минуты самообладание несколько восстановило устойчивость.

– Две недели, говоришь? Но как ты сюда попал? То есть что перед этим с тобой случилось? – стоило нам остановиться, спросила я. – И кстати, как тебя зовут?

Я поняла, что, засыпая незнакомца вопросами, даже не узнала его имя и сама не представилась. Невежливо, хотя мне пока было не до вежливости.

– У Сончхоль. А ваше имя?

– Меня зовут Хван Йерим. И кстати… сколько тебе лет? – с легким подозрением уточнила я, ведь под влиянием эмоций все это время говорила совершенно неформально. Сончхоль выглядел не старше меня, но мало ли…

– Мне девятнадцать, – помедлив, ответил он.

Мысленно я выдохнула: что ж, я старше.

– Ясно… Мне двадцать два. Так что там насчет моего вопроса? – Я вернулась к куда более важной теме. – Что с тобой произошло в «мире людей»? – Я, поморщившись, передразнила слова того психа Ханыля.

– Вы… вы мне не поверите… – протянул Сончхоль, отведя взгляд.

Я невольно взмахнула руками:

– Я сейчас спасла тебя от бешеных лис в не-Сеуле, над которым висят две луны, а по улицам гуляют люди, у которых нет ни глаз, ни носа! Не говори мне, что я чему-то сейчас не поверю!

– А если вам скажут, что вы умерли? – Теперь в голосе Сончхоля я уловила беззлобную издевку и ответила на нее мрачным взглядом.

– Это другое, – отрезала я. – Ответь на вопрос. Я тебе жизнь спасла, можешь отплатить хотя бы парой ответов.

– Хорошо-хорошо! – Сончхоль приподнял руки в примирительном жесте. – Не хотел вас обидеть. Я шел по улице и увидел… сон-гакси[22]. А после этого уже ничего не помню. Только как открыл глаза здесь.

– Сон-гакси? Серьезно? – удивилась я.

– Я же говорил, вы мне не поверите.

– Я не говорю, что не верю, просто… ты на самом деле видел духа? И как ты понял, что это именно сон-гакси? Нет, не так. Почему ты вообще ее увидел?

Поверить словам Сончхоля о том, что он увидел духа, оказалось для меня не так уж и сложно. И не только из-за всего происходящего. Я с детства если и не верила в потустороннее всем сердцем, то по меньшей мере допускала вероятность его существования. А теперь и подавно… Меня всегда интересовал шаманизм, увлекала мистика, вот только мама это, мягко говоря, не одобряла. Она не просто ни во что подобное не верила, даже малейшее упоминание, к примеру, какого-нибудь шаманского обряда во время праздника ее до жути злило.

Хотя по моим смутным, затуманенным как почти десятком лет, так и болезнью воспоминаниям… один раз мама в этом своем принципе допустила исключение. И отвела меня к шаману. Вроде бы. Я плохо помню тот день, возможно, он вообще был или моим сном, или плодом разгоряченного странной болезнью воображения. Я пыталась узнать об этом у мамы, но она каждый раз на корню обрубала любые подобные разговоры, превращая их в ссоры… И я перестала спрашивать.

Я привыкла жить с мыслью, что не могу отделить часть своих воспоминаний от старых болезненных кошмаров. Которые вновь напомнили о себе в последние несколько недель.

– Не знаю, верите ли вы в подобное, но я медиум. – Голос Сончхоля, спокойный и мягкий, прозвучал уверенно. Будто он не беспокоился, что я могу посмеяться над ним за такие слова или же назвать лжецом. – Поэтому и вижу духов. И не только. А сон-гакси узнать легко. Девушка с длинными черными волосами в белоснежном ханбоке…[23] у того духа на лице даже были следы кровавых слез, – с сожалением вздохнул Сончхоль. Кажется, ему было искренне жаль ту сон-гакси.

– Она могла стать причиной того, что ты попал сюда? Или дело в том, что ты медиум? – задумалась я.

– Не знаю, – признал Сончхоль. – У меня не было наставника или еще кого-то, чтобы о таком рассказать. Я лишь вижу духов. И про это место не имел ни малейшего представления. Вернее, не знаю, что это и как отсюда выбраться. Но некоторые его особенности уже успел понять, – обнадеживающе заверил он. – Так что, если позволите, могу вам помочь.

– Спасибо… – рассеянно поблагодарила я, занятая размышлениями.

Сончхоль – медиум. Но я-то нет. Или да, просто не знаю об этом? Хотя за всю свою жизнь я ни разу не видела ничего сверхъестественного. А то… Нет, это другое. То были галлюцинации. И все равно во время них я не видела духов.

Вряд ли, если… раз духи существуют, я просто ни с одним из них не столкнулась. Нет, здесь что-то другое.

– А что произошло с вами? – поинтересовался Сончхоль. – Если это, конечно, не секрет.

От этого вопроса меня в одно мгновение затопила злость, готовая вылиться изо рта не самыми красивыми словами. Но злость не на Сончхоля, а на того маньяка… Сейчас он был далеко, так что страх из глубин моей души не поднялся, разве что ненавязчиво напомнил о себе легкой саднящей болью в груди. Но вот гнев… он меня буквально душил.

Я едва не заскрежетала зубами, но вдруг почувствовала, как защипало глаза. От слез, которым я не позволю пролиться.

– Госпожа Хван, с вами все хорошо? – озадаченно спросил Сончхоль, и в его голосе мелькнул намек на волнение.

Я тряхнула головой и попыталась улыбнуться. Судя по лицу Сончхоля, все такому же обеспокоенному, вышло у меня так себе.

– Меня похитили, – нарочито невозмутимо ответила я. – Не знаю кто и зачем… Похитил и запер в каком-то подвале. А затем вырубил. Пришла в себя я уже здесь.

– Какой кошмар… – выдохнул Сончхоль, округлив глаза. – Надеюсь, с вами на самом деле все в порядке.

– Намекаешь, что я действительно могу быть мертва? – возмутилась я. – Даже не вздумай!

И все же такая мысль появилась и у меня… Но я не позволяла ей засиживаться в голове.

– Нет, что вы, – возразил Сончхоль. – Просто… непонятно же, что с вами, что со мной… Мало ли…

Я смерила его предупреждающим взглядом, недвусмысленно намекающим, что я и слышать не хочу о смерти, а после поежилась от холода. Как он мне надоел.

– И как ты не мерзнешь? – удивилась я.

Мне от одного взгляда на Сончхоля становилось холоднее: он был одет в свободную светло-зеленую футболку и джинсы.

– На самом деле очень даже мерзну, – поморщился тот и потер ладонями худые предплечья. – Но приходится терпеть холод. Одежду здесь взять негде.

– Негде взять одежду? – Я едва не застонала от недовольства и разочарования. – А что насчет еды? Я не ела… Да я даже перед тем, как меня похитили, толком не ела, а сколько с того времени прошло? Умираю с голоду.

– Понимаю, – хрипло отозвался Сончхоль, и его взгляд заметно потемнел, но лишь на пару мгновений. – Еда есть, но только…

– Кстати! – перебила я, когда в голове ярким фейерверком взорвалась неожиданная и одновременно довольно очевидная мысль. – Вот еще подтверждение, что я жива! И ты тоже. Я голодна и мерзну. Ты мерзнешь?

Сончхоль кивнул.

– А есть хочешь?

Он вновь ответил кивком.

– Вот видишь! Те, кто умер, не должны чувствовать ни голод, ни холод!

– Обнадеживающая логика, но, боюсь, ошибочная, – коротко улыбнулся Сончхоль и обхватил себя руками. – Что тогда говорить о концепции ада? В разных религиях и верованиях. Души мертвых страдают и от огня, и от холода, и от голода…

– Хватит, – теперь уже действительно застонав, попросила я. – Просто скажи, ты думаешь, что умер? Сам же спросил, жива ли я!

– Нет, конечно, нет, я просто сказал… Если уж размышлять, то не сворачивая и не углубляясь в заведомо неверных направлениях, – теперь уже с широкой улыбкой заметил он.

– Мне бы твой оптимизм, – пробормотала я и уже громче добавила: – Ты что-то говорил про еду… Поможешь?

– Разумеется! – с готовностью откликнулся Сончхоль. – Это меньшее, что я могу сделать, чтобы отблагодарить вас за спасение, госпожа Хван. И к вопросу о голоде и жизни… Местным духам тоже нужна еда. Правда, не всем.

– Духам нужна еда?

– Да. И для нас единственный способ найти здесь еду точно такой же, как и для них. На столах с подношениями.

– На… – Я прервалась, поняв, что вновь едва не переспросила Сончхоля. – Холь, что за…

Я же не мертвая. Но могу питаться только едой-подношением… для мертвых?

– Но я ведь жива. Никто не будет чтить мою память и устраивать чесу![24]

– Не переживайте, – поспешил успокоить меня Сончхоль. – Подойдут любые подношения. Просто… придется их поискать.

Он почти виновато пожал плечами.