Ангелина Коншина – Пробуждение последнего Стража. 1 часть. Сила рода (страница 9)

– Да, странная, очень странная история… – задумчиво произнёс Андрей, его взгляд скользнул по исписанным листам, – но, может, всё же, и правда пьянка…

– Может, и пьянка, конечно, – вздохнула Ольга Сергеевна, её голос звучал с грустью и ноткой горечи, – но как–то это всё связано, чувствуется какая–то общая, невидимая нить, как будто это нити одной паутины, сплетенные с другими происшествиями в лесу. В общем, смотрите сами, может, ваши глаза увидят то, чего не видим мы.

Андрей и Виктор приступили к изучению документов, а Ольга Сергеевна, оставив их наедине, уселась за свой стол, занимаясь какими–то бумагами. Разговор перешел в более тихую стадию, и в основном были слышны лишь шелест страниц и негромкий разговор.

Перед ними предстали подробности о пожарах, нарисованные угловатыми линиями схемы, с описаниями «странных» следов, которые будто бы нарочно пытались запутать и увести от истины, записи о погоде, которые противоречили друг другу и странно играли на контрасте, и описания миграции животных, которые словно рассказывали историю о бегстве от чего–то ужасного. Но все эти описания, явно выписанные под копирку, вновь сводились к естественным причинам, прикрываясь ложной логикой. Андрей и Виктор обратили внимание на несоответствия – какие–то фрагменты были казалось вырваны или зачеркнуты, словно кто–то пытался скрыть детали. Записи о погоде были специально искажены, не совпадали с данными метеостанции, вызывая подозрение и недоверие.

Внимание Андрея приковала медицинская карта пастуха. Там, среди сухих медицинских терминов, отмечались психоэмоциональная нестабильность, бессонница и странные видения, которые не поддавались логическому объяснению. Но никаких физических повреждений, кроме легкого истощения, будто измотали до последней капли, как в погоне за чем–то невидимым. Андрей обратил внимание на отсутствие медицинских заключений от психиатра, по–видимому пытаясь скрыть нечто более глубокое и мрачное.

В отдельной папке лежали жалобы жителей. Эти жалобы были более эмоциональными и пугающими, чем сухие фразы официального заявления главы администрации, и описывали не только жуткий вой и мерцающие огни, но и странные, искажённые фигуры, появляющиеся в сумерках, словно сошедшие со страниц страшных сказок. Андрей обратил внимание на повторяющуюся тему “Топтуны” в нескольких жалобах, словно какой–то зловещий шепот разносился из уст в уста, от жителя к жителю.

Андрей и Виктор провели в кабинете Ольги Сергеевны около трех часов, внимательно изучая каждый документ, делая пометки, и словно зацепляясь за каждую ниточку, обсуждая свои находки. Время от времени, их взгляды встречались, словно обменивались мыслями и общим беспокойством.

Ольга Сергеевна посмотрела на часы и, отложив бумаги, предложила:

– Думаю, вы уже достаточно потрудились на сегодня, пора бы и перекусить. У нас тут есть хорошее кафе, с традиционной русской кухней. Я вас провожу. – Она посмотрела на них с улыбкой. – Или вы предпочтете продолжить работу?

– Нет, – ответил Андрей, – обед – отличная идея, к тому же, я думаю, что разговор в неофициальной обстановке может быть более полезным.

– Тогда я с удовольствием вас провожу, – согласилась она и, отложив бумаги, пригласила их на выход.

5

Ольга Сергеевна проводила Андрея и Виктора до небольшого уютного кафе, расположенного в двух шагах от здания администрации. Запах свежеиспечённого хлеба и травяного чая наполнил помещение, создавая атмосферу домашнего тепла и уюта. Внутри было немноголюдно, лишь четверо местных жителей неспешно пили чай, обмениваясь новостями.

– Здесь у нас кормят по–домашнему, – сказала Ольга Сергеевна, жестом приглашая Андрея и Виктора за столик у окна. – Надеюсь, вам понравится.

Они сели за столик, и Ольга Сергеевна заказала для них обед, не спрашивая их предпочтений, словно точно знала, что им нужно. Пока они ждали заказ, разговор за столом пошёл более непринужденно.

– Скажите, Ольга Сергеевна, – начал Андрей, – а что вы сами думаете обо всём этом? О лесе, о странных происшествиях?

– Ох, Андрей Александрович, – вздохнула она, – я тут живу с рождения, знаю этот лес, от и до. Но что–то изменилось, что–то не так. Я не могу объяснить, что это, но чувствую, что там, в глубине, что–то нехорошее происходит. Я слышала от стариков про “Топтунов”, но всегда думала, что это сказки. Теперь… не знаю. Когда люди боятся идти на работу, это уже не шутки. А эти исчезновения… как Иван Петров.

– Да, это всё странно, – поддержал её Виктор, – но почему молчат остальные?

– Боятся, наверное, – ответила Ольга Сергеевна, – Боятся, что не поверят, скажут, что спятили. У нас тут народ простой, всему старается дать логическое объяснение. И еще… боятся навлечь беду. Тут у каждого в семье есть свои истории про лес, у кого–то про то, как кто–то заблудился, у кого–то про то, как звери себя вели странно.

В этот момент к их столику подошел Сергей Сергеевич, кивнув им в знак приветствия.

– Ольга Сергеевна, – сказал он, присаживаясь за свободный стул, – я тут решил присоединиться. Разговор у вас интересный, да и я не прочь пообедать.

– Ну что ж, Сергей Сергеевич, – улыбнулась она, – вот Андрей Александрович и его друг Виктор, как раз занимаются расследованием всего, что происходит в лесу.

– Да уж, – вздохнул Сергей Сергеевич, – чего только не происходит. С рабочими беда полная, никто в лес идти не хочет, а кто и идёт, всё по углам прячется. Все пуганные. Говорят, что и воет там что–то, и огни видят, и всякие чудища. Так и работаю еле–еле, план толком не выполняю. Не знаю, что делать уже.

– Вот видите, – сказала Ольга Сергеевна, обращаясь к Андрею, – это не просто страхи, это реальность.

– Я понимаю, – сказал Андрей, – мы как раз и пытаемся разобраться в ситуации. А вы, Сергей Сергеевич, давно работаете на лесозаготовках?

– Да уж лет двадцать, не меньше, – ответил Сергей Сергеевич, – всю жизнь в лесу провёл, да только такого никогда не видел, чтобы мужики так боялись леса, и что бы он таким темным и странным стал.

Подошла официантка и принесла их обед. После этого они еще немного поговорили о ситуации в лесу, о том, как она влияет на работу и жизнь людей.

Сергей Сергеевич, отложив приборы и откинувшись на спинку стула, словно ставя точку в разговоре, подытожил: – Надо вам самим в лес ехать, своими глазами всё посмотреть, а не по отчётам бумажным ориентироваться. Слова словами, а воочию совсем другая картина открывается, лучше поймете.

– Отлично, – согласился Андрей, кивнув, – я как раз и хотел посмотреть на переправу, да и узнать, как там с возможностью проехать, – он оглянулся на Виктора.

– Да, и состояние дороги в лесу тоже интересует, – добавил Виктор, – Нам бы не хотелось застрять где–нибудь на полпути, а то и помощи не дождёшься.

– Ну, дорога там, прямо скажем, не ахти, – ответил Сергей Сергеевич, поднимаясь со стула, – после весенней распутицы так и не успела местами просохнуть, а где и размыло. Но переправа сейчас уже более–менее готова, мужики настил сделали. Там старенький паром есть, мы на нем технику переправляли, вот на нем можно перебраться с автомобилем.

– А сейчас, – произнес он, хлопнув ладонью по колену, – пойдемте, я вам покажу дорогу к переправе через Сухону. Надо посмотреть, как там дела, да и с мужиками насчёт переправы вашей машины договориться. Я так понял, у вас полный привод, а то там, без вездехода, точно не проехать.

– Кстати, Сергей Сергеевич, – продолжил Андрей, – а вы сами не могли бы нас в лес завтра сопроводить? Чтобы вы показали нам дорогу и те места, где всё это происходит. Вы же там всё знаете.

– Ну, если время будет, то я не против, – ответил Сергей Сергеевич, – дела, конечно, есть, но не срочные.

– Вот и хорошо, – сказал Андрей, – тогда договорились. А пока, давайте посмотрим на переправу.

Они вышли из кафе и направились в сторону реки, где Сергей Сергеевич собирался показать им переправу. По пути к реке бригадир лесорубов, шагая впереди, словно проводник в незнакомом мире, рассказывал о том, как делали переправу после весеннего паводка. Он показывал им следы тяжелой работы – свежие бревна на настиле, уходящие в воду, места, где раньше бушевала река, превращая берега в месиво из грязи и глины. “Вода здесь стояла по пояс”, – сказал он, махнув рукой на размытый берег. “Еле–еле отбили, но и то, боимся, как бы снова не поднялась”.

– Мужики, конечно, намучались, – продолжал он, – по пояс в воде работали, а куда деваться? Работа есть работа.

Вскоре они вышли к реке. На берегу виднелась переправа – сколоченный из бревен настил и небольшой старый паром, покачивающийся на воде. Воздух был сырым и прохладным.

После осмотра переправы, оставив позади шум реки, они направились обратно в сторону села. Солнце почти полностью скрылось за горизонтом, и вечерние сумерки медленно окутывали деревню. По пути Сергей Сергеевич показал им, где находится «гостевой дом», про который упоминала Ольга Сергеевна. Это был добротный, на первый взгляд, вполне ухоженный дом с деревянными ставнями и уютным крылечком.

– Вот здесь и остановитесь, – сказал Сергей Сергеевич, указывая на дом, – У нас в селе нет гостиницы, а для командировочных выделили дом из жилфонда. Работает только, когда гости приезжают.