Ангелина Коншина – Пробуждение последнего Стража. 1 часть. Сила рода (страница 8)

Машина наконец-то выехала на прямую, и главная улица Полдарса, тихая и немноголюдная, словно коридор времени, привела их прямо к зданию администрации. Дома по обе стороны улицы, как будто выстроились в ряд, чтобы поприветствовать их.

– Что ж, приехали, – Виктор, притормозив у съезда с дороги, выключил двигатель и повернулся к Андрею, – кто бы мог подумать, что мы с тобой встретимся вот так, спустя столько лет. – В его голосе звучала неподдельная радость.

Выходя из машины, Андрей невольно остановился, окинув взглядом дома Полдарса – простые и непритязательные, но по-своему уютные, словно хранившие в себе тайны нескольких поколений. В его душе смешались ностальгия по прошлому и нарастающее внутреннее напряжение, словно он стоял на пороге чего-то неизведанного. На здании администрации висела табличка «Административный центр Опокского сельского поселения и Опокского сельсовета».

3

Андрей и Виктор вошли внутрь и оказались в довольно большом помещении, напоминающем приемную. Посреди комнаты стоял длинный стол секретаря, заваленный бумагами, но самого секретаря на

месте не было. На двери было написано «Глава Сельского Поселения

Опокское Жигалин Николай Алексеевич». Дверь в кабинет главы администрации была приоткрыта, и через щель виднелось, что за большим деревянным столом сидели люди и что–то обсуждали. Царившая в комнате атмосфера напряженности свидетельствовала о том, что здесь, скорее всего, собралось всё местное начальство. Судя по обрывкам фраз, долетавших до Андрея сквозь неплотно прикрытую дверь, они как раз заканчивали совещание по поводу наболевших проблем: реконструкции социальной инфраструктуры – ремонт школы и фельдшерского пункта, который требовал срочного вмешательства, обсуждение плачевного состояния дороги до села, из–за которой все поставки затруднялись, отток молодежи в город и, конечно же, вопрос с лесозаготовками, который, казалось, был постоянной головной болью для местных властей.

Виктор, постучав в дверь, приоткрыл её и пропустил Андрея вперед.

– Извините, что прерываем, – сказал Виктор, стараясь улыбаться, – но у нас тут… – он запнулся, глянув на Андрея, давая ему возможность представиться.

В этот момент возле стола забеспокоилась девушка, явно секретарь, которая до этого разносила какие–то бумаги. Заметив незваных гостей, она быстро направилась к ним, стараясь, как бы оттеснить их к выходу.

– Простите, совещание еще не закончено, – сказала она, стараясь говорить вежливо, но настойчиво, – вам нужно подождать.

– Простите, – ответил Андрей, – но мы по срочному делу, и ждать никак не можем.

– Да, – поддержал его Виктор, – у нас тут дело не терпит отлагательств.

Секретарь на секунду замялась, но затем, понимая, что спорить бесполезно, махнула рукой, сдаваясь.

Андрей, войдя в кабинет, увидел за столом несколько человек, лица которых выражали усталость и раздражение. Он сразу понял, где глава администрации – мужчина лет пятидесяти с уставшими глазами сидел во главе стола, словно хозяин положения. Рядом сидел мужчина в потертом пиджаке, явно главный бухгалтер, с осунувшимся лицом и потухшим взглядом, и женщина средних лет в строгой блузке, казалось, связанная с социальной работой, и излучающая деловитость.

– Добрый день, – сказал Андрей, стараясь говорить как можно более официально. – Меня зовут Андрей Александрович Попов, я из Министерства… – он запнулся, решив не уточнять, из какого конкретно, – по вашему запросу прибыл для рассмотрения вопросов, связанных с ситуацией в лесу.

В комнате повисла тишина. Глава администрации, приподняв брови и обменявшись недоумевающим взглядом с главным бухгалтером, посмотрел на Андрея, потом на Виктора.

– Не понял, – сказал он, хмуря брови, – Какое министерство? У нас вроде все вопросы закрыты.

– Да, – поддержал его главный бухгалтер, сдвинув очки на переносицу, – мы же все отчёты отправили, вроде всё решили. Или нет? – его голос звучал раздраженно.

– Но мы же не решили ничего! – воскликнула женщина в строгой блузке, – мы только перенесли всё на бумагу, а проблема с рабочими осталась, да и лес так просто сам заготавливаться не будет, как бы мы ни хотели.

– Это да, – подтвердил мужчина, сидевший ближе к выходу, – они только и могут, что отписки писать, а людям работать надо и как–то жить тоже, – он с досадой махнул рукой.

– Тихо, Сергей Сергеевич, – сказал глава администрации и снова повернулся к Андрею, – Из какого министерства вы всё–таки?

Андрей, стараясь сохранять спокойствие и не выдавать своего раздражения, достал из портфеля служебное удостоверение и официальное письмо, и протянул их главе администрации.

– Как видите, я уполномочен разобраться в сложившейся ситуации, – его тон был вежливым, но твердым.

Глава администрации, взяв документы, внимательно их изучил, несколько раз перечитав приказ, словно сомневаясь в подлинности. На его лице читалось замешательство и, возможно, легкое раздражение, но в глазах мелькнуло понимание, что от него не отстанут.

– Ну, если вас прислали эту историю расследовать, то кто мы такие, чтобы вам мешать? – наконец сказал он, стараясь скрыть свою досаду, – Мы, конечно, будем помогать чем сможем в вашем расследовании, – его голос был официальным, но в нем чувствовалась неискренность.

– Да, – кивнул сидевший рядом мужчина в потертом пиджаке, – чем сможем поможем, конечно, но имейте в виду, что у нас тут все отчёты как по маслу, так что… – он добавил с нескрываемым сарказмом.

– Надеемся на плодотворное сотрудничество, – перебила его всё та же женщина, словно стараясь наладить ситуацию, – и не забудьте о проблемах с ремонтом, это также очень важно. – Она повернулась и закончила фразу, глядя прямо на главу администрации, давая понять, что он не должен забывать о ее проблемах.

– Ну, хорошо, – сказал Андрей, – благодарю за понимание. Надеюсь, что мы сможем вместе разобраться в этой ситуации. А начать хотелось бы с тех документов, на которые вы ссылались в вашем первоначальном заявлении.

– Хорошо, – сказал глава администрации, – Варенька, – обратился он к секретарю, – проводи Андрея Александровича в кабинет Ольги Сергеевны, там все документы и лежат. – Он добавил это, словно стараясь поскорее от него избавиться.

4

Варенька, секретарь, привела Андрея и Виктора к кабинету, на двери которого было написано: «Специалист по социальной и культурно–массовой работе Жигаева Ольга Сергеевна». Она остановилась, ожидая кого–то, глянула на них с немного усталым выражением лица, и, видимо, решив, что их путь окончен, собиралась уйти, как вдруг они услышали приближающиеся шаги. Обернувшись, они увидели, как их догоняет та самая женщина в строгой блузке, которая сидела рядом с главой администрации и казалась единственной, кто был на их стороне. Она представилась Ольгой Сергеевной и доброжелательно улыбнулась.

– Простите, что не смогла вас сама проводить, дела как понимаете, – сказала она, отперев дверь и пропуская Андрея и Виктора в кабинет. – Я, как вы уже поняли, курирую социальные вопросы в администрации. Располагайтесь, пожалуйста. Варенька, – она повернулась к секретарю, – пожалуйста, побеспокойся об устройстве наших гостей на время их пребывания. Распорядись чтобы подготовили гостевой дом.

Варенька кивнула и, словно получив долгожданное разрешение уйти, поспешила прочь. Ольга Сергеевна, открыв один из шкафов, достала из него толстую папку, перевязанную бечевкой.

– Это, – сказала она, и, словно открывая шкатулку с тайнами, положила толстую папку на стол. – Здесь собраны заявления и жалобы местных жителей, а также отчёты наших специалистов. Я постаралась собрать всё вместе, чтобы было удобнее копаться в этой путанице. Здесь есть и протоколы опросов, и показания свидетелей, в которых больше страха, чем фактов, и много чего ещё. Вы можете изучить их внимательно, возможно, найдёте то, что ускользнуло от нашего внимания. – Она немного замялась, взвешивая свои слова, и добавила, понизив голос, почти шепча, – И не только тех, кто обращался по официальным запросам. Я понимаю, что не всё, что здесь происходит, попадает в сухие строки отчётов. Люди просто боятся говорить открыто.

Она порылась в папке ещё немного, словно вороша прошлое, и извлекла на свет несколько отдельных листов.

– А это, – сказала она, протягивая листы Андрею, – копии отчётов участкового по поводу пропажи грибника, Ивана Петрова. Он жил на самой окраине Сухонского, мужик, словно медведь, ходил в лес как на работу – с утра и до вечера, ну, как говорится, лес его кормил. Хоть он и злоупотреблял спиртным, но лес знал, как свои пять пальцев, каждый кустик, каждую тропку, и бесследно исчезнуть вот так, просто так, не мог. Ушёл за грибами в прошлом году, в августе, и как в воду канул, ни следа, ни весточки, только тишина, которая стала еще более зловещей.

– Да, это странно, – задумчиво произнёс Виктор, прокручивая в голове этот случай, – если он так хорошо знал лес, то не мог же он просто взять и потеряться.

– Вот и я о том же, – согласилась Ольга Сергеевна, её взгляд потускнел, словно она сама вспомнила что–то неприятное. – Участковый, конечно, особо не усердствовал, списал всё на пьянку, да так дело и заглохло, затерялось в стопках похожих дел. Но, на мой взгляд, здесь что–то нечисто, что–то не так, как кажется на первый взгляд. Я ещё помню, как его жена приходила, в слезах, говорила, что это лес его забрал, как будто проглотил, не оставив и следа.