Ангела Арно – Измена. Ты много хочешь, милый (страница 2)
– Дарья Николаевна, платье само упало…
– Конечно, милочка. И на колени ты встала, чтобы его подобрать, а не удовлетворить моего мужа орально.
Они реально меня за идиотку принимают? Цирк, да и только. Потерев переносицу, решила, что пора этому цирку закругляться. Единственный зритель теряет последнее терпение и самоконтроль.
– Хотите правду? Скажи ей, Мишенька.
– Да. Скажи мне, Мишенька, – мои брови резко поползли вверх.
Ух, какая смелая Мира! А Мишенька-то хвост поджал.
– Мира… заткнись. Даша, давай выйдем и поговорим. Нормально, – на последнем слове он жёстко вцепился в моё предплечье, утягивая за собой к входной двери. – Приведи себя в порядок и уходи, Мира.
– Но куда? Мы же номер сняли на двоих…
– Пусти, Белоусов. Всё ясно и так, – вырвала руку и снова вернулась к кровати. – Смелости твоему Мишеньке не хватит. Видимо, кишка тонка. Так давай тогда ты выкладывай.
– Дарья Николаевна, полегче. Вам не двадцать лет, чтобы так нервничать. Ещё сердечко раньше времени прихватит. Мне Миша много рассказывал про вашу болезнь, поберегите себя.
– Мою болезнь? Очень интересно… Продолжай.
– А что тут продолжать? Мишенька устал от вас и обещал после этой сделки подать на развод, – мерзавка встала во весь рост и откинула подушку в сторону, выпячивая свои прелести. Дрянь. – Мужчинам всегда нравится молодое, подтянутое и красивое женское тело. И я два года дарю себя и своё тело Мише.
– Мира! Да заткнись же ты!
Два года. Ещё один удар… и он похлеще первого. В то время, когда я боролась с опухолью в самом главном женском органе и не могла позволить себе телесные радости, моя стена и опора решил поискать удовольствия с другой. И продолжает до сих пор. Мне словно в голову выстрелили. Вот только жаль, что замертво упасть не могу.
– Два года…
Повторила на автомате и двинулась к выходу, попутно хватая сумку с вещами. Больше не могла и не хотела видеть этих двоих. Они меня наживую расчленили, вырвали сердце и порезали его на мелкие кусочки. Одна душа громко воет внутри. Срочно уйти, не дать им права издеваться и тем более жалеть.
– Даша, родная, постой. Ты куда? – Миша перегородил дорогу, хватая за плечи. – Мира сейчас свалит, и мы поговорим. Она чушь несла, ничего я такого ей не обещал!
– Пусти…
Не было сил поднять голову и посмотреть в когда-то любимые карие глаза.
– Нет. Куда я тебя в таком состоянии пущу? Ты моя жена, мать моего единственного ребёнка. Та, которую я люблю. И уж точно не отпущу. Останься со мной.
– Разве ты не понимаешь, что меня тошнит от тебя и твоего вранья? Дай мне пройти.
– Даш, не делай глупости. Уже поздно. Почти ночь. Чужой город.
– Мне плевать, лишь бы не рядом с тобой. Прочь! – толкнула его в грудь. Но это как пытаться многотонную глыбу сдвинуть. – Продолжай начатое со своей подстилкой, а я видеть тебя не могу.
– Хорошо. Давай сделаем так. Отпустить тебя я не отпущу, но дам тебе возможность прийти в себя без меня. Мы спустимся на ресепшен, я сниму тебе ещё один номер. Ты спокойно отдохнёшь, а утром мы поговорим.
В его словах был смысл, но разговаривать я уже не собиралась. Да и зачем? Он всё разрушил. «Нас» больше нет. И мне срочно надо остаться одной, чтобы успокоиться и начать действовать. Я так просто не сдамся. Миша меня плохо знает.
– Хорошо, сними мне номер.
Глава 3
Всё время, пока я решал вопрос с ещё двумя номерами, Даша стояла в стороне. Она всячески старалась вести себя так, словно я для неё чужой человек и само моё существование на планете ей омерзительно.
Охренительно я влип! Профокапился по полной! И что теперь делать, даже не представлял.
– Твой ключ-карта, иди к себе, Мира.
Вернувшись в номер, чуть снова не зарычал. Ну почему с женщинами так сложно? Моя рабочая любовница лежала на кровати во всей своей нагой красе. И ведь ей было что показать и что предложить. Отлично проработанная силиконовая грудь, не прикопаешься. Губы бантиком, глазища огромные, ноги от ушей… Таких с первого взгляда хочется трахать и не думать, что у этой куклы в голове. Хоть полный вакуум. Странно, что такая красотка в разводе, но это никогда меня не парило.
– Я тут подумала, дорогой… Ну, раз уж всё так удачно вскрылось, – она по-кошачьи стала подбираться к краю, прогибаясь в спине, – мы можем спокойно продолжить. Я до сих пор жду твоего наказания.
– С ума сошла, Мира?! Твою мать! Одевайся!
Кинул ей платье и отошёл к окну. Злость на дуру заполняла грудь. Вот какого чёрта она вообще открыла свой говняный рот? Я бы успокоил Дашу. Всеми способами умаслил её, нашёл бы ту точку, на которую смог бы лаской и нужными словами надавить. Теперь же… Теперь я не знал, что мне делать и особенно что говорить.
– Мишенька, не всё так плохо. Ты сам мне сколько раз рассказывал, что с женой у тебя не такой яркий секс. А я тут, с тобой рядом…
– Идиотка! Я люблю жену. Она единственная, кто мне нужен! – снял её руки с груди и резко повернулся, прожигая взглядом. – Сколько тебе лет? Напомнить?
– Спасибо, помню.
– Вот! Тебе, твою мать, уже тридцатник! И могла бы научиться определять ложь ради секса от истинных слов. Я, – нагнулся к её лицу, выплёвывая правду, – нёс всякую чушь, чтобы ты чаще и больше мне давала. И должность тебе дал, чтобы ближе ко мне была. Разве не этого ты хотела?
– Я… я думала…
– Не думай, тебе не идёт. С тобой я сливал своё неудовлетворение.
– Я тебе унитаз, что ли?
– Думай как хочешь, но рот открывать тебе никто не позволял.
Ухмыльнулся её дрожащим губам и отошёл к двери, показательно открывая.
– Не была бы дурой и свалила б, как сказал, сейчас бы не пускала слюни. Проваливай.
– Зря вы так, Михаил Романович. Я ведь на многое ради вас готова… Но я подожду, и мы снова будем вместе.
– Всё, Мира, уходи. Домой добирайся сама. И не вздумай пересекаться с Дарьей Николаевной!
Очень рассчитывал, что мои слова достигли цели и не придётся любовнице угрожать. Может, она не такая тупая и сможет прочитать предупреждение между строк.
Молча выдержал театральное надевание платья на голое тело и ждал, пока Мира подхватит остальное барахло с туфлями и выйдет.
У меня была всего ночь, чтобы придумать, как выпутаться из узкого ректального местечка с минимальными потерями. Я не хотел рушить семью. Видит бог, не хотел и максимально пытался скрывать свою слабость. И принёс же чёрт Дашу именно сейчас!
Сколько раз порывался порвать с Мирой, но каждый раз меня ждал провал. Сочная тридцатилетняя женщина, которая готова на любые приключения со мной. Разве такое не вскружит голову, не снесёт все принципы и уставы к чертям собачьим?
Пять лет назад за Миру попросила свояченица Юлька. Возьми хорошую девочку, ей после развода тяжело, работа нужна такая, чтобы не скучала и на ноги быстро встала. Пошёл навстречу, помог и быстро забыл, спихнув новенькую на опытного менеджера. Тогда мы ещё с Дашей вдвоём рулили. А когда она стала часто носиться по докторам и в один прекрасный день ошарашила жуткой новостью, решил, что жене нужен покой и отдых. Всё же недвижка – это ещё тот стресс.
Дашка ушла в здоровье, дочь уехала на учёбу, а я с головой – в работу. Дни летели, лечение жене толком не помогало. Видел, как страдает, хоть и пытается держаться передо мной сильной и здоровой женщиной. Поддерживал, как мог. С ума сходил от мыслей, что могу жену потерять. Но хуже становилось, когда мужское здоровье прям било в голову, как по наковальне. Терпел, пытался справляться сам…
И тут Мира стала чаще на глаза попадаться. То зайдёт в облегающей юбочке, бёдрами покачивая. То случайно столкнётся со мной после работы и сиськами перед глазами мельтешит. Сорвался и отвёл душу. Мира клялась в любви и вечной доступности, лишь бы был с ней рядом, а я… А я решил, что пока Дашка не поправится, буду справлять нужду на стороне, не мелькая злым лицом перед женой.
И эта командировка должна была быть финальной в интрижке с Мирой. Слишком затянул, слишком много себе и этой девушке позволил. А ведь мог уже спокойно наслаждаться любимой женщиной, не боясь разоблачения. Понимал, хотел и не успел. Жалел, корил себя? И да, и нет. Я взрослый мужик, который должен понимать, что именно я накосячил, а значит, мне всё исправлять.
– Да твою ж!.. – откинулся на кровать, ладонями растирая лицо.
Ну всё же шло хорошо, по плану. А теперь дурдом какой-то. С чего Мира взяла, что я разводиться собрался? Дура полная. Ещё про болезнь Даши вспомнила. В ту минуту готов был её удушить. Из хаотичных мыслей вывел звонок входящего. Снова нацепил очки и пошёл на звук, не совсем понимая, где мой мобильный.
– Пап! Ну хоть ты на связи! Привет.
– Привет, Алис. Что случилось? Только не говори, что уже рожаешь.
Звонкий смех дочери слегка расслабил натянутые нервы.
– Не смешно уже. Ты с самого начала моей беременности подкалываешь, вот тебе последнему позвоню, и то только когда рожу. Я маме не могу дозвониться. Она вроде должна быть дома, всегда на связи…
– Э. Так она ко мне приехала, – не буду же я врать дочери, но и всю правду не скажу. – Сейчас уже спит.
– Ого. Родители решили пошалить? Ну, здорово.
– Ага. Есть такое. Может, ей что-то потом передать? Ну… как проснётся.
Знал, что Дашка не станет впутывать дочь. Не в её характере. Тем более Алиса на седьмом месяце. А значит, пока минус одна проблема.