Она. Да говорили уже! Не раз! Ничего не изменилось! Не хочу тебя! Не люблю тебя!
Свернул на обочину, встал на аварийку, повернулся к ней.
Она. Ужасно выглядишь...
Он. Из-за тебя.
Она. Пиши книгу.
Он. Не идёт.
Она. Вызови проститутку.
Он. Хочу по любви.
Она. Это — не ко мне.
Он. А к кому?!
Она пыталась разблокировать дверь.
Он. Панель управления — у меня. Так что не получится...
Она. Я не хочу тут быть! Что ты сделаешь?! Изнасилуешь?! Так хочешь брату отомстить?!
У неё лились слёзы.
Она. Ты так больно мне тогда сделал... Я так хотела, чтобы тебе было также больно...
Он. Я всё знаю, помню... Прости...
Она. В том-то и дело, что я — НЕ помню! Не хочу помнить! Стёрла! Забыла! Я Костю люблю! И он — мой МУЖ! У нас не было платья и клятв... Но я знаю, что любит меня! Чувствует! Не обижает! Он — мой первый... и единственный... То, что было между мной и тобой... это ошибка... Я принадлежу только ему!
Он. Ты ведь всё подстроила... Женила его на себе...
Она. Что за бред?!
Он. Ты скакала по этим ресторанам — искала меня. И не могла не знать, что он — владелец "Усадьбы"...
Она. Я не знала его фамилию. И слышала о нём. Но мало ли Константинов. Тем более, что он был мёртв... для меня...
Он. Ты, что, новости совсем не смотришь?! Об этом же по всем каналам говорили!
Она. О чём?
Он. Что известный миллионер застрелился. Какое-то время я скрывал, что он выжил. Потому что реально было неясно: выживет или нет. А потом слил инфу, что он выжил.
Она. Ну так почему я не заявилась с ребёнком? Могла бы стрясти алименты.
Он. И почему не явилась?
Она. Потому что не знала, что он жив!
Он. Ты не могла не пересекаться с ним в городе!
Она. Пересеклась! Один раз! В новогоднюю ночь! Когда пырнула его десертной вилкой! За то, что назвал меня "колхозницей, которая не сортится"! И меня как накрыло... Схватила вилку и...
Он. Ты злишь меня... тем, что принадлежишь другому... Специально замуж за него вышла... назло мне...
Она. Ты — больной?! Как бы я это провернула?!
Он. Умеешь ты втереться... так, что только о тебе и думаю...
Она. А что ты сделал?
Он. Так ты ждёшь... Хочешь...
Смотрит на неё, облизываясь. Глаза горят от желания...
Вырвал её пакеты, бросил на заднее сидение — чтобы убрать преграду между ними.
Она. От тебя. Я. Ничего. Не хочу.
Он. Что бегал за тобой, добивался, задаривал...
Она. Мне мужа хватает. И никто другой мне не нужен!
Он. Муж...
Касается кончиками пальцев её шеи. Пробегают мурашки. Отвращения.
Бьёт его по руке.
Она. Не прикасайся!
Он убрал пальцы. Глаза искрят. Он дрожит. Да что с ним?!
Она. Сколько раз мне надо сказать "нет"?!
Он. Пока ни сдашься.
Хватает её шею, притягивает к себе… и впивается губами в её губы...
Она кусает его за язык — за что получает шлепок по ягодицы — он уже успел обнять её и притянуть к себе, она вскрикивает — и он толкается языком в её рот.
Она отталкивает его, упирается ладонями в грудь — но он так крепко держит её, что ей не выпутаться.
Она. Ненавижу тебя!
Шипит, брыкается. А ему... забавно?!
Она. Я ЕГО ЛЮБЛЮ! ТОЛЬКО ЕГО! Ты для меня умер! Никто! Пустое место! Ненавижу!
Он. Теперь я знаю что такое "больно"... и нитакая...
Она. Твои проблемы! Я — не для тебя!
У него глаза влажные; отпустил её, отодвинулся.
Она. Ой. Плачешь что ли?
Он. Зря радуешься.
Она. Да не радуюсь! МНЕ! ПЛЕВАТЬ!
Он. Разбудила во мне что-то прекрасное...
Она. Я так не могу! Перестань! Не хочу всё это слушать!
Он. Нравится играть... Что сдашься — а я потеряю интерес?
Она. Замолчи! Зачем ты это говоришь?! Зачем это делаешь?!
Он. Злопамятная... Хочешь, чтобы я мучался... Выделилась в моём списке... И стал таким... из-за тебя...
А Полины лились слёзы. Она сдалась. Обмякла. Растеклась по креслу.
Она. Ты меня не слушаешь...
