Анетта Молли – Карим (страница 28)

Встрепенувшись, иду в ванную и включаю воду. Огромная ванна наполняется медленно. В голову лезут непрошенные мысли. Интересно та приставучая дамочка зашла к нему ночью или нет? Как поняла, она разместилась в казино. На том же этаже, что и я.

Сев в задумчивости на край ванны, не могу выкинуть это из головы. Понятно, что я не единственная с кем он спит. Но сколько их? Десять? Пять? Думать об этом неприятно. Как чужие губы целуют его… обнимают…

– Чёрт! – ругаюсь, стукнув ладонью по краю. Ненавижу себя за дурацкую привязанность к Кариму. Он обесчестил меня гнусным образом и продолжает развращать, а я вместо того, чтобы возненавидеть его привязалась. Что со мной не так? Будто у меня есть запасное сердце, которым можно будет заменить разбитое вдребезги.

– Ты ещё и ругаться умеешь, – говорит Карим, заходя в ванную.

Я трогаю воду рукой.

– Ты любишь погорячее? – спрашиваю, поворачиваясь к нему.

Карим начинает расстёгивать рубашку. Он показывает глазами, чтобы подошла к нему.

– Раздень меня.

Я сглатываю и принимаюсь за ремень на брюках. Он из грубой кожи и твёрдый. Затем пуговица и молния. Щёки горят. Карим снимает рубашку и бросает на пол. Я снимаю с него брюки и вижу чёрные боксеры, в который уже огромный бугор.

– Живее.

Тяну за лямку трусов и тяну их вниз. Член выпрыгивает. Возбуждённый. Большой. Я глубоко дышу, находясь в странном смятении и возбуждении. Я смотрю, как заворожённая на его прекрасное тело. Карим хмыкает и залезает в ванну.

– Твоя очередь, – говорит он с хрипотцой.

Я опускаю голову, не зная, как сказать.

– В чём дело?

– Я… у меня эти дни и поэтому…

– Делай, что говорят! – командует он.

Что?! Как это?! Это же… но…

– Повторять не буду!

Покраснев от макушки до пяток, начинаю снимать с себя халат, а потом ночнушку. Хорошо, что поставила тампон, так как было бы совсем стыдно. Оставшись в одном белье, не решаюсь снять его.

– Подойди.

Подхожу осторожно. Карим приподнимается и стаскивает с меня трусики. Я не могу даже смотреть на него. Тело полностью сковано такой ненормальной ситуацией. Чем я могу быть полезна в месячные? Абсурд…

Залезаю к нему в ванную. Карим протягивает мне мочалку.

– Помой меня, Стефания.

Выливаю немного геля на мочалку и оказываюсь рядом с Каримом. Начинаю осторожно намыливать его плечи, спину, шею. Он закрывает глаза, позволяя себе расслабиться. Его рука оказывается на моей попе, поглаживая.

Когда снова хочу намылить мочалку, Карим привлекает меня к себе, усаживая между своих ног. Спиной чувствую его огромное возбуждение. Чувствую его сердцебиение. Одновременно он так близко и так далеко…

Его руки начинают ласкать грудь, направляясь всё ниже. Я рефлекторно сжимаю ноги, стараясь напомнить, что у меня эти дни, но Карим дёргает их стороны. Дрожу, когда проводит подушечками пальцев по внутренней стороне бедра.

Начинает целовать в шею. Я на секунду позволяю себе закрыть глаза, как вдруг, чувствую, что он дёргает за верёвочку. Чёрт! Резко открываю глаза, видя, как Карим швыряет тампон, попадая в унитаз.

– Но… это… – не нахожу слов, желая провалиться сквозь землю. Какой стыд!

– Это всего лишь кровь, недотрога, – говорит он, разворачивая меня и усаживая на возбуждённую плоть.

– О-о-о, – срывается с губ.

Всё мое тело во время менструации стало чувствительней в несколько раз, и я это ощущаю. Стоит ему начать посасывать мои соски, как по телу пробегает ток. Замечаю, что сегодня Карим более осторожен со мной. То ли вошёл в моё положение, то ли у него такое настроение.

Толчки размеренные. Медленные. Но от этого только приятнее. Удовольствие сладкой истомой расходится по телу. Даже вылетает из головы ненормальная, с моей точки зрения, ситуация. Но думать об этом буду потом. Сейчас есть только я и он. Он во мне и это приятно.

Глава 36

Улыбаюсь, как идиот, вспоминая смущение недотроги. Какая неискушённость поразительная. От этого нравится её еще больше. Хотя куда больше?! Похоже, я сдался. Полностью сдался, эмоциям позволив верх взять. Буду наслаждаться, пока хочу. Пока не надоест. Пока не станет покорной кошкой, готовой на всё.

Когда выхожу из её комнаты, в лоб сталкиваюсь с Карой. Она в обтягивающем чёрном платье с торчащей грудью.

– Ты дверью ошибся, Карим? – спрашивает, подходя вплотную.

Хлопаю её по заду, продолжая идти вперёд. Она стоит, непонимающе хлопая глазами.

– Пошли выпьем кофе, – говорю ей, поворачиваясь и зовя за собой.

Кара улыбается и, стуча каблуками, направляется за мной. В кабинете становится душно от посылаемых на меня флюидов.

– Может сходим куда-нибудь, Карим? Мне так скучно. Ты не хочешь меня развлекать…

– Кар, я же сказал, что занят! – отвечаю грубо.

Эта ситуация начинает мне надоедать. Кара, зная меня и моя характер, благоразумно замолкает.

– Хорошо, тема закрыта, – отвечает, моментально перестраиваясь из игривой в серьёзную даму. – На кого ставки делаешь? По вчерашнему прогнозу, после того фулла, который выложил Арслан, многие ставят именно на него.

Спустя два часа вдоволь наобщавшись друг с другом, сбагриваю Кару на Макара. Он найдёт чем занять эту вертихвостку. К тому же он давно по ней тащится. Пусть покайфует старик.

Стефания приносит мне кофе, и я опять залипаю на ней. Притягиваю к себе и целую. От неё снова пахнет ванилью. Сладко. Сексуально. Самая сексуальная чёртова вещь, которая попадала в мои руки.

– Я хочу знать, – заявляет Стефания, отстраняясь от меня.

– Что ты хочешь, недотрога?

Она облизывает губу, собираясь с духом. Видно, что её тревожит какой-то вопрос.

– Почему ты сказал, что мой брат не вернётся? – выдаёт, пристально смотря в глаза. – Ты сделал с ним что-то? – голос срывается.

Она пристально смотрит, но я молчу.

– Я не забыла ту фразу, которую сказал тогда в квартире: «Он не вернётся! Замолчи!» – так ты сказал. Что это значит? Боялась задать тебе этот вопрос, так как не готова услышать ответ… но я должна! Должна знать!

Огромные голубые глаза смотрят на меня со страхом и ожиданием ответа.

– Я не знаю, где твой брат, недотрога. Я отпустил его тогда, как и договаривались.

Смотрит на меня. По лицу ответ ищет. Вдруг, выражение её лица меняется.

– Ты врёшь!

В шоке с заявления. Либо на понт берёт, либо… Да никто и никогда не знает, когда вру, а когда как на духу выдаю.

– Следи за словами!

Стефания отходит и направляет на меня свой маленький палец.

– Если ты что-то сделал с ним, то я превращу твою жизнь в ад! Я пойду на всё, чтобы выполнить своё обещание! Это мой единственный родной человек! И если ты причинил ему вред, то поплатишься за это! Что ты сделал с ним?! Где мой брат?! – начинает кричать, переходя на слёзы ярости.

– Ты озверела?! Что за истерики?!

Подхожу к ней и беру за плечи, встряхнув. Стефания начинает плакать, стуча мелкими кулаками по моей груди.

– Душегуб! Убийца! – продолжает кричать, заливаясь слезами.

Первым желанием было перекинуть через колено и выпороть истеричку. Как смеет так себя вести со мной?! Вместо этого отшвыриваю от себя.

– Вот как ты обо мне думаешь?! Отлично, недотрога! Что же тогда ты стонешь подо мной каждый раз?! Если, по твоим словам, я убил твоего брата, то какого хрена подпускаешь к себе?! А?!

– Я боялась задать тебе этот вопрос, но ответ увидела в твоих глазах! Ты врёшь и знаешь где он!