Анетта Молли – Гром (страница 64)
— Когда можно к ней?!
— Сейчас пациентке нужен покой, она будет до утра набираться сил. Идите домой и приходите утром.
— Я никуда не уйду.
Голос звучит хрипло, но так, что врач сразу понимает — спорить бесполезно.
Он вздыхает, поправляет очки:
— Тогда хотя бы переоденьтесь и приведите себя в порядок. Осмотреть бы вас, кстати.
— Не нужно. Со мной порядок.
— Я пошел за кофе, — говорит Череп.
Киваю.
Череп приносит нам с Горой стаканы. Молча пьем. Ночь будет длинной.
Впервые в жизни я боюсь. По-настоящему. Не за себя. За нее.
До утра остается еще пять часов.
Но я не сомкну глаз.
Не отойду ни на шаг.
Глава 21
Сознание возвращается медленно, будто я всплываю со дна темного океана. Сначала — тупая боль в висках. Потом — пронзительная ломота в боку.
Я пытаюсь пошевелиться, но тело не слушается, словно налитое свинцом.
— Малолетка? — слышу хриплый, но такой родной голос.
От него по спине пробегают мурашки.
Гром.
С трудом разлепляю веки. В палате тусклый утренний свет, а рядом он.
Сидит на стуле, в помятой футболке, с красными от недосыпа глазами. Все лицо в ранах и запекшейся крови, нос распухший. Хотя, уверена, сейчас я выгляжу не лучше. В руках он держит мою ладонь так крепко, будто боится, что я испарюсь.
— Ты.... как... — пытаюсь говорить, но горло пересохло.
Гром тут же наклоняется, подносит к моим губам стакан с трубочкой.
— Пей.
Вода холодная, сладкая. Лучшее, что я пробовала в жизни.
— Марк....? — выдыхаю, вспоминая обрывки вчерашнего. Сердце тут же увеличивается мощно в объеме.
Лицо Грома мгновенно каменеет.
— Патлатый жив, отделался парой синяков, — отрезает.
— Я долго была без сознания? И как ты нашел меня?
— Я же сказал, что найду тебя, где угодно.
Гром рассказывает, как думал, что меня украли люди, от которых сбежал отец, затем догадался, что я с Марком, как приехал туда, где произошла авария, как увидел меня на носилках.
— Как себя чувствуешь?
Морщусь от боли в боку.
— Бывало и лучше. Долго мне здесь валяться? Что у меня? Ребра сломаны?
Гром фыркает.
— Настоящий врач. Да, и ушиб головы. Пока ты под наблюдением.
— Чьим? — даже остается сила на кокетство.
— Моим в том числе, — серьезно произносит Гром, подносит мою руку к губам и целует. — Я так испугался.
— Я легко отделалась… — хочу сохранить позитивный настрой. — Как твой нос?
Гром сжимает мою руку.
— А если бы нет?! Алиса, я жизнь без тебя не могу представить! — эмоционально произносит.
Пульс зашкаливает.
Я почему-то начинаю плакать.
Гром осторожно забирается ко мне на кровать и обнимает. Бережно. Только сейчас до меня начинает доходить, что я чуть не рассталась с жизнью из-за какой-то глупости.
— Я.... я даже не думала, что все так серьезно... не думала, что эта ночь может так закончиться. Просто хотела позлить тебя, — вырывается сквозь слезы.
Его дыхание горячее у самого виска, а сердце стучит так громко, что я чувствую его сквозь одежду.
— Ты вообще не думала! — ворчит, но в голосе нет злости, только испуг, который пробирает до мурашек. — Сесть в машину к пьяному... Ты хоть понимаешь, что могло бы...
Он не договаривает, просто зарывается лицом в мои волосы.
— Прости... я не сразу поняла, что он пьян, — шепчу, цепляясь за его футболку.
— Не извиняйся. Главное, что ты вернулась ко мне.
— Я не могла иначе, ведь обещала, что мы не расстанемся, — произношу это и голос надламывается.
Гром отстраняется, смотрит мне в глаза — темные, серьезные, немного влажные.
— Я тебя чуть не потерял... — признается так тихо, что еле слышно.
В этот момент что-то щелкает внутри. Я притягиваю его к себе и целую — нежно, медленно, как будто пытаюсь передать все, что не могу сказать словами.
Обида, которая горела во мне несколько часов назад, испаряется. Сейчас, я вижу, как дорога ему.
Гром отстраняется и заглядывает в мои глаза.
— Я хотел сказать…
— Что?
— Тебе удалось.
— Что удалось, Гром?
— Починить механизм.
Перестаю дышать.
— А как же прошлое?
Гром слегка улыбается.