Анетта Молли – Гром (страница 34)

Я буду отрицать, что Гром волнует меня больше, чем хотелось.

В этот момент вспоминаю о Марке, который слегка касается моего локтя.

— Опять этот псих к тебе пристает? — бросает взгляд в сторону Грома, но тут же отводит глаза, будто обжигается. — Я могу отца попросить вмешаться, у него есть связи с кое-кем покруче, чем этот верзила, — еле слышно шепчет мне на ухо.

— Спасибо, не нужно, — отвечаю, косясь на Грома.

Тот даже не смотрит на Марка. Он просто стоит, расслабленный и уверенный, будто Марк пустое место. Но в его позе, в том, как пальцы слегка сжимаются, когда мой одногруппник заговаривает, я чувствую напряжение. Марк не дурак и замечает настроение Грома, поэтому потихоньку отодвигается, будто ненароком.

— Алиса, хотел сказать, что… сегодня не получится поужинать, мне нужно срочно домой, — бормочет он.

— Я понимаю.

— Завтра увидимся на парах, — произносит Марк и через несколько секунд растворяется в толпе.

Гром не шевелится. Не дразнит его вслед, не бросает колкости. Ему даже неинтересно. Но когда я пытаюсь отойти, его рука ложится мне на пояс. Легкое, но неоспоримое предупреждение.

— Ты закончила с патлатым? — спрашивает.

— Ты кем себя считаешь, Гром?

В его глазах вспыхивает что-то дикое, неукротимое. Он мгновенно реагирует, его руки обвивают мою талию, прижимая к себе.

Толпа снова взрывается, но мы уже не смотрим на ринг.

Мое сердце сейчас выскочит из груди. Лицо Грома снова так близко, все его шрамы. Мне хочется позаботиться о каждой царапине.…

— Тем, кто не будет ждать, пока ты одумаешься, — отвечает тихо, но так, что каждое слово отдается где-то внутри.

— Одумаюсь? — фыркаю, пытаясь вырваться. Его рука как стальной обруч. — Может, тебе самому стоит одуматься, прежде чем вести себя, как первобытный собственник?

Гром наклоняется ближе, и его дыхание обжигает кожу.

— Я не собственник, малолетка. Я — твоя новая реальность. И чем раньше ты это примешь, тем проще будет.

— Что за глупости? — шиплю, но голос дрожит.

Он усмехается.

— У тебя теперь есть я и тебе придется это принять, — уверенно произносит.

Чувствую, как его слова проникают в самое сердце. Пытаюсь блокировать, но не выходит.

И прежде, чем я успеваю ответить, его губы касаются моего виска почти невесомо, но с такой уверенностью, что у меня перехватывает дыхание.

— Вы что теперь типа вместе? — спрашивает Света, пытаясь перекричать толпу.

Весь ее вид сверкает любопытством. Ее взгляд скользит от меня к Грому и обратно, будто она уже рисует в голове свадьбу и троих детей.

Гром не убирает руку с моей талии, но и не удостаивает Свету ответом. Просто смотрит на меня, молчаливый и уверенный, будто говорит: «Ну, давай, объясни ей. Если сможешь».

Я открываю рот, но слова застревают в горле. Вместе? Это слишком громко.

— Мы.… просто… — начинаю, но Гром перебивает, не меняя выражения лица:

— Что, не видно?

Света хлопает в ладоши.

— Ничего себе! Поздравляю!

Маша пока не слышит последние новости, так как все ее внимание приковано к рингу, иначе она бы уже заваливала нас вопросами.

— Отпусти меня уже, — прошу Грома, когда Света отворачивается.

Раздается оглушительный рев толпы — кто-то из бойцов нокаутирован. Маша прыгает на месте, визжа от восторга, и только теперь замечает нас.

— О Боже! — ее вопль перекрывает шум арены. — Вы что, теперь вместе?!

Я закрываю лицо ладонью, а Гром лишь усмехается, намеренно медленно проводя большим пальцем по моему боку.

— Теперь все знают. Обратного пути нет, малолетка.

— Ты невыносим, — бормочу я.

Это игра, в которой Гром заранее победил. А мне остается только делать вид, что я еще сопротивляюсь.

— Давайте потом поговорим, — говорю подругам и, кое-как вырвавшись из объятий Грома, бегу на ринг, чтобы помочь проигравшему.

Руки дрожат, в голове сумбур. Как же все-таки хорошо, что отец решил уехать в отпуск раньше и не видит поведение Грома. Я не готова сказать ему о нас.

О нас….

Черт, неужели я хочу быть с Громом?..

Честно сказать, я удивлена, что он так проявляет себя. Я думала, нет, была уверена, что он сам же не захочет ничего продолжать после секса. К тому же я ничего не жду от него.

Мысли скачут с одной на другую, пока я привожу парня в чувства. После обрабатываю раны победителя. Он что-то рассказывает мне, так как мы давно знакомы, но я не слушаю. Все мои мысли о Громе и о его поступках.

А вдруг он так ведет себя только из-за моего отца? Не хочет вылететь из клуба, если вдруг я нажалуюсь на него или что-то типа того.

Случайное предположение портит мое настроение.

Решено — я скажу Грому прямо о том, что ему не о чем беспокоиться. Я не из тех, кто будет докучать ему или пытаться угрозами заставить быть со мной.

Я заканчиваю с участниками и оглядываюсь по сторонам. Грома не видно. Зато подруги машут мне руками, чтобы я подошла к ним, пока не начался следующий бой. Закатываю глаза и иду, готовясь к допросу.

— Как?! Расскажи! Когда вы успели! Хочу все знать! — тараторит Маша.

— Он так на тебя смотрит! Аррррр! — восторгается Света.

— Не выдумывай, Гром на всех так смотрит, — отмахиваюсь.

— Ли, ты давно стала такой скрытной? Не томи, что между вами?

Вздыхаю и снова оглядываюсь по сторонам. Куда, интересно, Гром делся?

— А Марк убежал как ужаленный. Не думала, что он такой трус, — презрительно говорит Маша.

— Прикалываешься? Марк на психа не похож. Что он сделает против такой машины? Толку пытаться, когда Гром рядом? — заступается Света.

— Ничего бы Гром ему не сделал. Таких сопляков, думаю, он не трогает, — смеется Маша. — Ли, а ты что скажешь?

— Я не должна была приглашать Марка. Вот и все.

— Нет не все. Что между тобой и Громом? То, что я думаю? — подруга играет бровями.

Киваю.

Они взвизгивают так громко, что на нас оборачиваются.

— Замолчите, умоляю, — шиплю.

— И как он? — театрально охая, спрашивает Маша.

Я улыбаюсь и закусываю губу.

Подруги снова взвизгивают.