Анетта Молли – Гром (страница 18)

— Мы видим, в какой ты форме. Чтобы так получить, надо просто стоять и хлопать глазами.

— Я, походу, совсем стал старый и даже не связал с девушкой. Думал, ты совсем того, раз по морде нравится получать.

Молчу, но улыбку сдержать не получается.

— О, значит, правда. Интересно, — Дархан радостно произносит.

Гора смеется, громко и раскатисто.

Дархан наклоняется вперед:

— Ладно, не говори. Но хотя бы скажи — она того стоит?

Киваю.

Гора хмыкает.

— Как узнали, где меня искать? — перевожу тему.

— Ты знаешь, что я найду все, что угодно, если надо, — отвечает Гора.

— Факт. А просто спросить не варик?

— Сюрприз решили сделать.

— В семь утра? — выпиваю залпом стакан воды. Голова трещит неимоверно. Судя по тому, что вижу я плоховато, глаз опух еще сильнее.

— Не терпелось увидеться, — подмигивает Гора.

Смеюсь.

— Не загоняй. Свалили ночью под шумок, так? Что женам наплели?

Дархан переглядывается с Горой.

— Правду.

— Прям всю?

— Ну про клуб умолчали. Сказали, что навестить старого друга.

— Ага, особенно он, — киваю на Дархана.

Он резко становится серьезным. Мы с ним виделись пару раз и все. О дружбе и речи нет.

— Да, мы мало знакомы, но я хотел поддержать тебя. Правда, не успел. Тебя выперли…

— Сам виноват, — отрезает Гора. — Его бы не выперли, если бы ножом не стал махать.

— А ты бы не махал, если бы бывший Лены нарисовался, а у нее, херак, и голову от него снесло? Она ж замужем была, когда вы познакомились, так? Вот представь, что он взял и разрушил вашу семью.

Взгляд Горы говорит лучше любых слов.

— Гипотетически, — Дархан не уступает ему в характере.

— Малек, ты за базаром следи.

— Да чего ты такой тугой, Гора! Фантазируем, чтобы рассуждать с позиции Грома!

— Мне не нравятся такие рассуждения, — отрезает Гора.

— Хватит мусолить эту тему, — произношу и включаю кофемашину.

— Погоди, — Дархан вошел в кураж. — Хорошо, давай тогда на моем примере. Если бы к птичке прискакал ее бывший Антошка, наплел бы ей о любви и, например, она бы повелась, то я бы, не раздумывая, оторвал ему башку. Гром еще очень интеллигентно, можно сказать, себя повел.

— Вера повелась, потому что всегда любила Черепа, Дархан, — мой голос сквозит отчаянием. Ненавижу себя за это. — Сомневаюсь, что твоя Олеся так бы поступила с тобой.

Повисает молчание на несколько минут.

— Дархан прав, — произносит Гора.

Разворачиваюсь. Он не смотрит на меня. Уверен, удивление написано на моем лице, так как Гора никогда особо не высказывал свое мнение на этот счет. Да, он отделывался общими фразами, но на этом все.

— Любой из нас на твоем месте поступил бы точно так же. Хотя вру. Даже хуже. Я хорошо представляю, что ты чувствовал и чувствуешь до сих пор. А все эти херовы моралисты просто лицемерят.

— Вот и я о том. Ты про Барса с Саяром? Они все такие правильные, когда дело не касается их. Да, нож типа подло и бла бла. А не подло трахать девушку друга? — поддерживает Дархан.

— Мы уже не были друзьями с Черепом. Давно.

— Ладно, бывшего друга, но все же.

Наливаю им кофе и ставлю на журнальный стол. Свой выпиваю залпом.

— Даже если вернуть все назад, я бы не сделал Черепу ничего. Даже о том ударе жалею.

— Ну и зря.… — Дархан не сдается.

— Вера любит его, Дархан. И всегда любила. Хорошо, я бы убил его и что дальше? Думаешь, мы жили бы счастливо? Нет. Она родила от Черепа ребенка. Разве я мог лишить Аврору шанса узнать своего отца? В ситуации было слишком много подпунктов, которые было нельзя игнорировать. Я не дикарь, чтобы уничтожить все, что мне не нравится. Да, я психанул тогда на ринге, но большего себе не позволил. Пусть от меня все отвернулись, я смирился.

Гора отпивает кофе.

— Я не отвернулся. Не скрываю этого, чтоб ты знал. Мне похер на их мнение, — произносит, смотря на меня.

Киваю.

— Да и пошли они, — Дархан подмигивает. — Вот увидишь, сюда будет набег всех этих моралистов, чтобы признать, как ты был прав.

Хмыкаю.

— Ладно, дайте мне две минуты, я оденусь и пойдем пожрем.

Глава 9

Сижу в своей квартире и не могу сосредоточиться на учебе. Я благодарна отцу за столь щедрый подарок, хотя поначалу отказалась от него. Гордость, упрямство, дурной характер. Чуть позже я стала раздражать саму себя, вспомнила маму, которая была очень гордой, но очень бедной. Она никогда бы не приняла такой подарок. Она бы отказалась, сказала что-то резкое и ушла, хлопнув дверью. Но мама умерла, так и не пожив в своей собственной квартире, и смогла принять помощь только в последние дни.

В итоге я согласилась и заселилась сюда.

Отец выбрал квартиру не случайно — лучший район, лучший вид. "Чтобы ты ни в чем не нуждалась. И еще, Алиса, тебе нужно научиться принимать подарки", — сказал он тогда.

Мне нравится здесь. Прихожая утопает в запахе лаванды — я всегда вешаю здесь саше, чтобы, возвращаясь, чувствовать уют с порога. Большое зеркало с лампочками — подарок подруг на день рождения, на полочке под ним — беспорядок: ключи, чек из кофейни, засохший букет роз. Он остался после свидания с Марком. Не знаю, почему не выбрасываю. Мне всегда жалко цветы. Кстати, Марк теперь боится на меня даже смотреть. Не то, чтоб я расстроена, просто не думала, что Гром его настолько напугает. Хотя сложно его судить… После моего рассказа о его безумстве на ринге Марк, уверена, в клуб теперь даже не сунется.

В гостиной на бежевых стенах я повесила наши фотографии с мамой. Она такая красавица, улыбается. Еще не знает, что болезнь уже захватывает. В углу я расположила большой стеллаж, заваленный книгами — от классики до современных романов, которые я перечитываю, когда мне грустно или нужно найти какие-то ответы. Книги всегда помогают мне. Шкаф с книгами всегда был мечтой мамы, но так как мы часто переезжали из одной съемной квартиры в другую, то ее мечта так и не осуществилась…

Рядом стоит большой диван, на нем подушки с вышивкой. Их делала мама.

Еще я обожаю свою маленькую кухню. На полках я собираю баночки с пряностями, так как очень люблю готовить. Раньше, мы с мамой часто что-то пекли. Здесь я провожу вечера, экспериментируя с новыми рецептами, когда в клубе нет боев.

В спальне я редко бываю. Мне как-то одиноко в ней. Часто засыпаю прямо в гостиной. Не знаю, почему. Гостиная более уютная. Мне нравится торчать здесь на балконе. Там я выращиваю мяту и розмарин. Иногда, если очень повезет, по ночам вижу звезды.

Это не идеальный дом. Но он — мой.

Впервые я могу назвать что-то своим. Нам с мамой пришлось не сладко. Случалось очень много различных ситуаций, когда нам нужно было переезжать. У нас не было никого, кроме друг друга. Родители мамы перестали с ней общаться после того, как узнали, что она «нагуляла» ребенка. Мама так и не простила их. Своих бабушку и дедушку я никогда не видела. Да и не хочу, если честно. Может, если бы они не отвернулись, то у моей мамы не была бы такая тяжелая жизнь и болезнь не смогла бы так стремительно забрать ее.

Жаль, что она не застала весь этот комфорт.…

Интересно, может, у Грома тоже случилась какая-то трагедия, поэтому он хочет отключить все эмоции и чувства?..

Мысли скачут с одной на другу. И все бы ничего, если бы в них не появился Гром. Что он забыл в моей голове? Ему тут не место.