Анетта Молли – Дархан. Забрать своё (страница 49)

Леся смотрит на меня большими и наивными глазами. Кивает.

— Я знаю, Дархан… Читала это в твоих глазах. — Она вытирает скатившиеся из глаз слезинки.

Я беру её лицо в свои руки и покрываю его поцелуями.

— Дата! Точно! Это же тот день, когда мы поругались, и ты уехал в Москву! — вспоминает Леся.

Киваю.

— Именно тогда я понял, что пропал. — Прижимаю Лесю к себе и снова целую. — Ты моя любовь. Моя птичка.

Леся утыкается в мою грудь.

— Никогда больше не оставляй меня. Обещаешь?

— Клянусь.

Мы ещё долго стоим в объятиях друг друга, пока нас не отвлекает звонок телефона. Леся начинает копаться в сумке.

— Да, тётя Галь? Да, мы с Дарханом уже едем. Конечно, будем на открытии пекарни. Мама с Артёмом уже у вас? Отлично. Мы выезжаем. — Леся кладёт трубку. — Нам пора. Мы совсем забыли о времени. Нам ещё нужно подготовиться к вечеру…

— А что вечером? — спрашиваю, стараясь вспомнить.

— Как это? Наша очередь устраивать барбекю. Придут твои старые и новоприобретённые братья с семьями, — напоминает Леся.

— Только при Шамиле не говори, что он старый брат. Это звучит как-то не очень, — говорю, хохотнув.

Мы подъезжаем к пекарне, где планируется грандиозное открытие. Я подключил все свои связи и не зря — желающих попасть туда уже толпа. Мы паркуем машину и спешим внутрь. В пекарне собрались все те люди, которые теперь стали как родные: Маша с внезапно воскресшим женихом, бабушка Леси, мелкая сестра птички, Галя, пару месяцев назад на радостях сильно прижавшая меня к своей груди, когда я сообщил о том, что дарю ей пекарню, и Змей с Катей. Последние, кстати, весьма сдружились. Если можно назвать дружбой то, что они постоянно друг друга лапают.

Галя носится как вихрь по пекарне, но замечает нас с Лесей и громко заявляет об этом присутствующим. Мы держимся с Лесей за руки и идём к ним. Я слегка волнуюсь, так как сегодня сделаю ещё кое-что. В правом кармане я сжимаю бархатную коробку. Надеюсь, птичка скажет мне «да».