Анетта Молли – Дархан. Забрать своё (страница 10)

— У нас никого не осталось, Дархан… Что мы будем делать?

— Не скули! — ору на Змея.

Хожу из угла в угол, сцепив зубы.

— Наличку в зубы и купи нам обычные кнопочные телефоны и левые сим-карты.

— Но там ночь почти…

— Иди! — хватаю Змея и почти выталкиваю из квартиры.

Звоню Борису и рассказываю последние новости.

— Дархан, я попытаюсь узнать, что задумал Малхаз… — начинает Борис.

— Что?! И думать забудь! Ты не сможешь защитить себя! Ещё одна невинная жертва мне не нужна! — перебиваю его.

— Но…

— Никаких но! Либо не скажу больше тебе ни слова о своих планах! Ты должен быть не при делах, понимаешь, Борис?! Иначе Малхаз убьёт тебя, что не успеешь даже слова произнести! Ты можешь быть полезен мне в другом, а не в глупой отваге! — кричу в трубку.

Борис сдаётся, пообещав, что не будет соваться.

— Не забудь изобразить скорбь, когда узнаешь о моей кончине, — напоминаю ему. Не представляю, что будет с моими друзьями, когда информация дойдёт и до них. И сообщить им не смогу, что всё в порядке. Шамиль — мой хороший друг — с ума сойдёт, когда узнает…

Через некоторое время возвращается Змей и достаёт два доисторических телефона. Вот оно слово техники — единственный способ в современном мире иметь связь, но быть анонимным.

— Скопируй все номера и уничтожь старый телефон, Змей.

— Дархан, могу хоть матери сказать, что я жив! Она умрёт с горя! — на истерике произносит он.

Шумно выдыхаю.

— Она хорошая актриса?

Змей кивает.

— Она что угодно сделает ради меня.

— Тогда пусть сильно расстроится, когда узнает о твоей кончине! Не хочу, чтобы всё полетело к чертям из-за твоей мамаши!

Змей начинает грызть ноготь, но не торопится ей звонить.

— Не буду… Она не умеет врать, если по правде, — решает он. — Надеюсь, мама простит меня когда-нибудь…

Я достаю свой телефон, швыряю на пол и наступаю на него несколько десятков раз. Нужно стереть все следы, чтобы Малхаз не нашёл сюда дорогу.

Глава 13

Я плохо сплю. Всё время ворочаюсь. Когда под утро всё-таки удаётся задремать, то мне снится страшный сон: некто гонится за мной и что-то просит отдать. Ещё немного и цепкие пальцы схватят и сомкнутся на моей шее…

Я резко просыпаюсь с быстро колотящимся сердцем. Соскакиваю и открываю окно. Кажется, что задыхаюсь. Жадно глотаю ртом воздух. Это появление Дархана так на меня влияет. Он заставляет моё сердце биться так отчаянно и быстро. За стенкой всю ночь я слышала его голос. Они с «братом» что-то обсуждали, но слов разобрать не удалось, кроме матерных ругательств. Что происходит в жизни Дархана? Может, он действительно оказался здесь не из-за меня?

Уняв сердцебиение, я выхожу из комнаты. Слышу, что мама уже на кухне шумит посудой.

— Ты сегодня рано, — говорю вместо приветствия.

— Мне не спалось и решила, что толку в бесполезном валянии? Вот, приготовила тебе на обед плов, — произносит мама, улыбаясь. Она смотрится в зеркало, поправляя макияж.

— Спасибо, но у меня же сегодня смена в пекарне, и я пообедаю там… — отвечаю, смотря на часы. Всего семь утра.

— Ну ничего. Значит, поужинаешь. Можешь парням занести, — предлагает она, пожав плечами.

Складываю руки на груди.

— А с чего ты к ним так прикипела? — спрашиваю, приподняв бровь. — Куда делась твоя циничность и сарказм?

Мама докрашивает губы и только потом отвечает:

— Я чувствую хороших людей.

— ЧТО?! — не сдерживаюсь.

Мама разворачивается ко мне.

— Я давно заметила, что внешность не определяет человека. Меня много раз предавали хорошо одетые и очень, казалось, милые люди. Парни же хоть и выглядят угрожающе, но я сердцем чувствую, что люди добрые. Не могу объяснить лучше…

Еле заставляю себя промолчать, чтобы не высказать всё, что думаю о Дархане и о его поведении. Вот бы мама удивилась, услышав такую правду.

— К тому же борцы. С такими точно не страшно будет ходить по улицам, — добавляет мама, улыбнувшись.

Я закатываю глаза, начиная понимать, почему она так к ним отнеслась. В молодости у мамы была большая любовь. На первом курсе колледжа она начала встречаться с парнем, который как раз занимался боксом. Его звали Артём. Мама любила его всем сердцем. Они мечтали, что поженятся, построят дом, нарожают детей… Все планы рухнули в тот день, когда родители этого парня сообщили маме о его кончине. Сказали, что Артём разбился на машине. Мгновенная смерть. Даже не удалось проститься, так как его семья решила устроить похороны в другой стране, из которой они были родом. Маме не удалось собрать деньги на перелёт и проживание там. К тому же родители Артёма всегда не любили мою маму и считали её не парой своему сыну. Его семья относилась к другой прослойке общества, и мама была им не чета…

— Не все борцы такие хорошие люди, как был Артём, — тихо произношу я.

Мама грустно вздыхает.

— Знаешь, я раньше много думала, как бы сложилась моя жизнь, если бы тогда не… — голос мамы срывается.

Я подхожу к ней и обнимаю.

— Хотя тогда у меня не было бы вас с Лизой, а это уже плохо. Вы моя жизнь, — добавляет мама, смахнув слезинку.

Мама ещё некоторое время вспоминает Артёма и прошлое, связанное с ним. Она улыбается, рассказывая приятные моменты.

— Ой, уже на работу пора, — произносит она, бросая взгляд на часы. Мама собирается, а я иду провожать её в коридор. — Чуть не забыла, я сегодня задержусь, так как у нас диспансеризация… Ну и всякое такое.

— Хорошо. Тебя встретить с работы? — спрашиваю я. Хочется как-то поддержать маму. Она выглядит грустной. Должно быть, разговоры об Артёме бередят её душу.

— Нет. Не думаю, что очень поздно закончу, — отказывается она.

Мама уходит на работу, а я иду завтракать. Сегодня выходной, а это значит, моя смена в пекарне начинается с самого утра.

Выходя из квартиры, я кошусь на дверь моего новоиспечённого соседа. Дыхание перехватывает от одной только мысли о том, что он так близко. Быстро спускаюсь по лестнице вниз. Не хочу признаваться, что хотела бы сейчас увидеть Дархана… Ну ничего. Вечером я зайду к нему и отдам планшет. Может, он ему и не нужен, но зато меня ничего не будет тянуть за душу.

До пекарни идти всего пятнадцать минут, и я наслаждаюсь утренней прохладой. Начало лета радует жарой. Хотя радовало бы больше, если бы я прохлаждалась на пляже, но на лето у меня другие планы…

Тётя Галя — просит называть её просто Галей и никаких тёть — встречает меня широкой улыбкой. Как ей удаётся всегда быть в хорошем настроении?

— Доброе утро, Олесечка. Сегодня опять жара, кажется, будет. Так что я уже закупилась ингредиентами для холодных коктейлей. Как тебе мой мохито? — Она протягивает мне высокий стакан со льдом, лаймом и мятой.

— М-м-м, вкусно! Освежает! — отвечаю, пробуя напиток.

Смена до обеда проходит спокойно. Мы с другими девчонками-официантками пробуем новые пироги от тёти Гали и сплетничаем. В кафе лишь редкие посетители и любители завтракать вне дома. Самый большой наплыв всегда в обед после того, как тётя Галя ввела комплексные обеды. Вот и сейчас, выглянув в зал, я беру свой блокнот и спешу принимать заказы. Замираю у стойки, узнав в одном из наших гостей Дархана и его «брата». Начинаю пятиться, понимая, что не знаю как мне вести себя с ним на виду у всех.

— Чёрт…

— Что стоим? — слышу за спиной бодрый голос тёти Гали.

Оборачиваюсь и криво улыбаюсь.

— Нет… просто в ногу вступило… — вру я и делаю маленькие шаги. Как назло, никто из официантов не подходит к столику Дархана.

— Эх, молодёжь, — смеясь, произносит тётя Галя.

В этот момент Дархан замечает меня и расплывается в улыбке.

— Мне кажется, или это моя любимая соседка? — громко произносит он и машет мне рукой.