Анес Ре – Закон родства (страница 9)

Иногда он пугал её, заставляя её думать, что скрывается под его доброжелательной оболочкой. Его поведение и реакции порой казались слишком нечеловечными, слишком чужеродными, будто всё его поведение шли вразрез с тем, что она привыкла считать нормой. Иногда это вызывало беспокойство, особенно когда он проявлял такие странные черты характера, но было то что перекрывало всё это, нечто большее, что заставляло её ощущать себя в безопасности рядом с ним.

Вчера, когда она была на грани очередного срыва, когда воспоминания о погибших родных снова нахлынули, он стал её единственным утешением. Он не пытался утешить её словами, как все обычно делают. Нет, он просто был рядом. В его объятиях она ощутила то тепло, которое когда-то дарил ей её отец. Это было странно, но в то же время настолько естественно. Его присутствие было тем укрытием, которого ей так не хватало. Несмотря на все её инстинкты, которые иногда шептали, что этот человек опасен, а сегодня что он и вовсе не совсем человек, Ханна не могла отрицать одного – он спас её. Дважды.

Он подставился под удар вместо неё, не думая о себе. Он рисковал собственной жизнью, чтобы защитить её. Он был готов пожертвовать собой, чтобы она осталась в живых. И что бы ни было с ним, каким бы монстром он не оказался, она ощущала в нём своего защитника. Возможно, она позже пожалеет о своём решении довериться ему, но сейчас, в этот момент, она не сомневалась. Она была готова положиться на него, на этого странного, опасного и в то же время удивительно прекрасного парня, кем бы он ни был.

Некоторое время спустя.

Когда мы подошли к деревне, нас встретила напряжённая картина. Жители стояли на улице, их лица выражали смесь страха и тревоги, а взгляды были устремлены в сторону леса. Воздух был пропитан глухим напряжением. На дороге нас встретил староста в сопровождении нескольких охотников. Увидев меня, измазанного кровью, он нахмурил и без того морщинистое лицо, а глаза сузились от подозрения.

– Что случилось? – спросил он, голос звучал твёрдо, но с оттенком беспокойства.

Ханна взяла слово. Она коротко и сдержанно рассказала о нашей встрече с монстром и ожесточённой битве, при этом умолчав о том, как именно я разорвал его на части. Однако она упомянула странное ядро огра, и я, выудив его из кармана, протянул старосте.

Староста сначала потянулся было к ядру, но, приблизив руку, замер и резко отступил. Прищурившись, он склонился ближе, чтобы рассмотреть его. И вдруг его нижняя губа затряслась, лицо побледнело, а тело мелко задрожало. Он быстро отступил на несколько шагов.

– Это не просто ядро, – пробормотал он, и голос его дрожал. – Оно… проклято тёмным магом. Скорее всего, он обосновался в Мрачных Уступах. Это объясняет, почему монстр подошёл так близко к деревне.

Староста сделал глубокий вдох и оглянулся на охотников.

– Это плохо. Очень плохо. Я видел нечто подобное много лет назад. Чёрное пятно в ядре – не просто проклятие. Это метка. Тёмный маг придёт сюда по ней.

– Тогда надо просто уничтожить ядро, и всё, – прорычал один из охотников, сжимая рукоять своего топора.

– Нет! – рявкнул староста так, что тот вздрогнул. – Уничтожить его здесь – значит оставить метку в земле. Почва пропитается тёмной магией, и это место станет проклятым навсегда. Ядро нужно отнести подальше, как можно ближе к Мрачным Уступам, и оставить там. А я сообщу в гильдию. Они вышлют сильных авантюристов, чтобы разобраться с этим магом. Сейчас главное – продержаться.

– А кто понесёт это ядро? – спросил второй охотник, обводя собравшихся взглядом.

Первый охотник фыркнул, махнув рукой в нашу сторону:

– Они его сюда притащили, пусть сами и несут обратно.

Этот тип начал меня раздражать. Встретившись со мной взглядом, он поёжился и поспешно отвёл глаза.

Староста нахмурился:

– Уже вечереет. Идти ночью в лес – чистое самоубийство. Пойдёте утром. Хьёрн был резок, и вина не на вас, но ответственность всё же есть. Я бы отправил с вами охрану, но у нас сейчас только авантюристы железного ранга. Они будут больше мешать, чем помогать.

Он посмотрел мне прямо в глаза, будто искал знак согласия. У меня было два варианта: отказаться и позволить им самим возиться с этим ядром, или взять на себя эту задачу. Отказ испортил бы мою репутацию, а перспектива сразиться с тёмным магом казалась слишком заманчивой, чтобы от неё отказываться.

Я улыбнулся.

– Я отнесу ядро. Эта деревня стала мне почти родной. Как я могу сидеть и ждать, когда ей грозит опасность?

Староста облегчённо кивнул, и в его тускло-голубых глазах мелькнуло уважение.

– Ты храбрый парень. Деревне повезло, что ты здесь. Я помолюсь Светлому Пантеону о твоём благополучии.

Рядом я почувствовал, как Ханна нервно сжала мою руку. Её пальцы дрожали. Я обернулся к ней и, заметив в её глазах беспокойство, мягко погладил её по пушистой голове.

– Не волнуйся. Я справлюсь. Ты же видела, как я сражаюсь, – сказал я, стараясь звучать как можно увереннее. – Я обязательно вернусь.

Она подняла на меня свои фиолетовые глаза, в которых блестели слёзы.

– Обещаешь, ня?

– Обещаю, – подтвердил я, нежно проведя ладонью по её щеке. – А теперь давай домой. Мне завтра рано вставать.

– Хорошо, ня, – сказала она, и, не стесняясь, подхватила меня под руку. Мы двинулись обратно, но я чувствовал, что мысли о завтрашнем дне преследуют нас обоих, вот только я уверен, что они были абсолютно разными.

Когда мы вошли в дом, Ханна тихо прикрыла дверь, прижалась к ней спиной и на мгновение закрыла глаза. Она выглядела измученной, а её нервные движения только подчеркивали это. Я, в свою очередь, спокойно сбросил вещи у входа, бросив на себя взгляд. Одежда была пропитана кровью, от меня несло так, что даже я сам поморщился.

Ханна украдкой бросала на меня взгляды, будто боролась с собой, чтобы что-то сказать.

– Нужно отмыться, ня, – наконец прошептала она, её голос дрогнул. – Ты… весь в крови, ня.

Я выдержал паузу, словно обдумывая её слова, а затем добродушно улыбнулся.

– Ты права, – ответил я мягко, кивнув, стягивая куртку, которая тут же упала на пол с тяжёлым шлепком, оставив кровавый след. – Но если я просто пойду в дом в таком виде, то испачкаю всё вокруг.

– Э-это… ничего, ня, – сказала она, опустив взгляд и нервно поигрывая хвостом. – Я помогу.

Её неожиданное предложение заставило меня приподнять брови. Ханна уже направилась вглубь дома, а я последовал за ней.

Она принесла таз с водой и чистую ткань, поставив всё у очага. Тёплый свет огня освещал её фигуру, и я невольно отметил, как трепетно она к этому отнеслась. Мы решили начать прямо здесь – проще всего смыть кровь сразу, пока она не впиталась окончательно. Хотя я понимал, что даже после этого специфический запах ещё долго будет меня преследовать.

– Снимай рубашку, ня, – сказала она. Её голос был мягким, но дрогнул.

– Ты уверена? – усмехнулся я, начиная снимать остатки окровавленной одежды.

Её взгляд метнулся к моему торсу, и она тут же отвернулась, густо покраснев.

– Н-не смотри на меня так, ня, – пробормотала она, опустившись на колени рядом с тазом.

Я решил больше её не дразнить и молча сел напротив. Она осторожно смачивала ткань в тёплой воде и начинала стирать кровь с моих рук и плеч. Её движения были мягкими, но я чувствовал, что она напряжена.

Неожиданно, сам не зная почему, я задал вопрос:

– Ты правда не боишься меня?

Ханна замерла и подняла на меня свои фиолетовые глаза.

– Иногда боюсь, ня, – честно призналась она, её уши слегка дёрнулись. – Но… ты спас меня, ня. Ты заботишься обо мне. Я знаю, что ты не причинишь мне зла.

Когда кровь наконец была смыта, я нежно убрал прядь из её лица, придавая своему взгляду максимум тепла.

– Ты удивительная, – произнёс я мягко.

Она сжалась, но не отстранилась, лишь прошептала:

– Хватит так смотреть, ня…

Позже, когда ночь окутала дом, Ханна нерешительно подошла ко мне.

– Ты… не мог бы… поспать рядом со мной, ня? – её голос дрожал. – После всего…

Я добродушно улыбнулся, изображая понимание.

– Конечно. Я не оставлю тебя одну после такого дня.

Она благодарно кивнула, её взгляд был полон облегчения. Мы поднялись наверх, и я улёгся на кровать. Она устроилась рядом, сжавшись в комочек, словно нуждаясь в защите.

Спустя какое-то время, когда я уже почти думал, что она уснула, она повернулась ко мне.

– Ты вернёшься, ня? – её голос был тихим, почти неслышным.

Я обнял её, притянув ближе, словно пытаясь успокоить.

– Обещаю, – сказал я мягко, глядя ей в глаза.

И прежде, чем она успела ответить, я наклонился и поцеловал её. Она замерла, но уже через мгновение неловко ответила на поцелуй. Я чувствовал, как она тает в моих руках, как это сближает нас ещё сильнее.

Разорвав поцелуй, я мягко улыбнулся, погладив её по голове.

– Спи. Завтра важный день.

Она обвила мой торс рукой, уткнувшись лицом в грудь.

Я смотрел в потолок, обдумывая свои следующие шаги.