Анджей Ясинский – Ник-9 (страница 7)
Так вот, летающий дрон Ричарда заметил в десятке километров пять бедуинов или как их там, в белых халатах и небольших тюрбанах, закрывающих почти всю голову и лицо, оставляя открытой только узкую щелочку для глаз. Они величественно восседали на верблюдах, неспешно и даже как бы сонно переставлявших свои ноги. Ноги кораблей пустыни. И направлялись они примерно в нашу сторону. Забавно, за плечами у всадников располагались какие-то ружья, определенно огнестрельные, а еще у каждого на боку висела сабля. Прикольное и давно забытое зрелище. Впрочем, пусть их. Еще далеко, да и не опасны они.
– Вы спокойно можете побродить тут, осмотреться, – сказал я и направился вниз к одной из пирамид, верхушка которой торчала из песка где-то на полметра. Дети успокоились и тоже пошли гулять, впрочем, далеко не удаляясь от меня. Ну а мне надо было произвести кое-какие расчёты. И я вывел перед собой трёхмерную схему местности над песком и под ним.
Рабах спокойно оглядывал привычный покров пустыни, отмечая малейшие нестыковки или просто места, цепляющие взгляд. Любая незамеченная мелочь могла стоить ему и его спутникам жизни. В принципе, эти места считались не особо опасными на последствия последней войны, и людей тут практически не бывает, но на Аллаха надейся, а верблюда привязывай. Так говорит Даниял, а он очень умный, а еще Аллах был всемилостив к нему и одарил редким умением прозревать будущее. Слабенькое, прямо скажем, умение, но несколько раз оно сильно выручало, а может и спасало жителей их деревни.
Один раз, когда Даниф собрался пересечь Серую Полосу и пройтись по южной части Египта – говорят, жизнь там течёт почти такая же, как до войны и до того времени, когда небо дрогнуло и смялось, – Даниял сказал, что нельзя, ибо там смерть, но Даниф не послушал. И, конечно, умер. Рабах видел, как недалеко от Данифа взметнулся небольшой шлейф песка, и он упал, рассечённый пополам. А потом буквально за один час от него ничего не осталось на песке. Даже бурнуса.
Другой раз он предупредил, что с юга придёт человек и принесёт на себе смерть. Поэтому его надо встретить задолго до деревни и убить. Издалека, не приближаясь. Так и сделали. И был чернокожий истощённый путник, бредущий под раскалённым солнцем, и убили они его издалека. Кто знает, был ли он заразным или нет, но плохого пока от слов Данияла не было. И ещё было несколько ситуаций, о которых Рабах предпочитал не вспоминать.
В этот раз Даниял был очень возбужден, когда настаивал на далеком для неторговых целей походе Рабаха – аж на несколько дней за пять ночных переходов. Дал подробную карту, чтобы обойти опасные места и зону контроля нескольких других деревень, встреча с которыми могла привести к нехорошему. Сказал, что Рабах сам поймет, что делать, когда достигнет цели. Но посоветовал внимательно наблюдать и потом рассказать, что видел. Хотел сам пойти, да старый больно – не выдержит дороги.
Странно это было, очень странно.
И вот появилось старое место. Очень старое. Не мумины (правоверные мусульмане) они были, но все же предки. И место хоть и старое, но неопасное, да и веет тут чем-то спокойным, умиротворяющим. Это и была их цель. Что Даниял хотел тут увидеть – непонятно. Они смогут тут побыть не больше пары дней – просто еды не хватит. А главное – воды.
Рабах остановил своего верблюда и почесал ему спину с правой стороны от горба – ему там нравилось. Спутники сзади тоже остановились. Медленно осматриваясь, Рабах на ощупь достал из холщового мешочка несколько мелких кусочков вяленого мяса и стал их по очереди рассасывать и медленно жевать.
Неожиданно из-за торчащей недалёко из песка верхушки пирамиды вышла девочка и остановилась, глядя на них. Рабах замер с недожёванным куском мяса во рту. Европейка, подумал он. Точно европейка. Вживую он их ещё не встречал. Нет, они не были дикарями, и кое-какая связь с внешним миром у них оставалась. В основном односторонняя – вроде древних спутников, непонятно почему ещё бесплатно транслировавших кое-какие информационные каналы на землю. Да и пара старых приёмников у них были. Но всё, что по ним показывали, было где-то там, далеко, и казалось сказкой. А тут такое. Торговцы, конечно, тоже бывали, но такие же как они, почти соплеменники и одной с ними веры.
Рабах молчал, и его спутники тоже молчали, ожидая, что решит их походный аи (вождь).
Меж тем к девочке присоединился мальчик. Это было интересно. Мелькнула мысль взять их с собой – пригодятся. Девочку в наложницы или жены, пацана тоже пристроить. Но торопиться Рабах не стал: слишком странным был этот поход – в никуда, с непонятными целями. Тем не менее они медленно двинулись к детям, которые, к слову, совершенно не испугались их. Это тоже было странно, как и их одежды, не предназначенные для пустыни – чего только стоят их непотребно голые ноги и непокрытые головы!
Приблизившись на такое расстояние, что стали видны лица детей, Рабах резко остановил своего верблюда, из-за чего тот недовольно крикнул и задрал голову. А остановиться было от чего – только сейчас Рабах заметил, что глаза детей отливают первозданной чернотой, а между глаз на лбу у них блестит небольшое металлическое пятно. А тут еще песок перед детьми взметнулся и из-под него выскочила огромная, перетекающая формой и меняющая цвета фигура. Закрыв собой детей, фигура обрела стабильную форму и черный цвет. Рабах услышал, как его спутники загомонили и, повернув немного голову, увидел, как они упали с верблюдов и растянулись на песке в позе покорности.
Сам Рабах сумел удержаться от такого же поступка, но главное – от постыдного желания обмочить седло. Он узнал это существо по картинкам, что как-то мельком видел. Это был египетский бог Анубис с вытянутой головой собаки, человеческим телом и прикрывающей срам небольшой накидкой. Мышцы существа перекатывались, будто жили своей жизнью, а взгляд светился неприятным красным светом.
Наваждение спало, когда из-за бога вышли недовольные дети, а мальчик даже пнул ногой Анубиса. Рабах посчитал, что вряд ли бог мог позволить такое обращение с собой, если только дети не являются теми, кому подчиняются сами боги. Тем не менее Рабах посчитал нужным и политически правильным слезть с верблюда, заставив того предварительно опуститься на колени. Он надеялся, что в его движениях дети и их спутник не увидят суетливости и страха. Утвердившись на ногах, Рабах обозначил поклон, проведя рукой по груди и сказал:
– Приветствую вас, путешественники, на древней земле Судана.
Судан
– Что это с ним? – Сергей поглядел на девочку, но та пожала плечами, потом хмыкнула:
– Да просто испугался. Ты посмотри на нас: глаза чёрные, а Ричард пугает своими размерами и поведением. Кстати, ты включил переводчик в УНИКе? Прекрасно работает.
– И чего он хотел? – спросил мальчик, следуя совету и включая нужную программу.
– Поприветствовал просто, – Катя пожала плечами и посмотрела в ту сторону, где вдалеке виднелась неподвижная фигура дяди Ника. – Интересно, что он делает?
Так, похоже, объёмная картинка готова. Передо мной крутилась трёхмерная схема прилегающей местности за вычетом песка, в основном полностью закрывающего эту красоту. Пожалуй, можно начать первый этап.
Проверив пакет информации ещё раз, отправил его ближайшему воздушному элементалю. В принципе, ничего сложного в нём не было, да и какие-то моменты уже были отработаны на Луне, хоть и немного по-другому, но всё же. Разве что конфигурация и цель были иными. И пока элементаль начинал потихоньку закручивать смерч, вбирающий в себя мешающий мне песок, я переместился поближе к детям.
И снова: при любой возможности – пробовать новое. Сейчас эта местность полностью в автоматическом режиме просчиталась, сформировалась как бы мелкоячеистая сетка с координатами, так что я просто посмотрел на Катю с Сережей, из посчитанной базы всплыли нужные координаты, и я спокойно телепортнулся к ним. То есть у меня теперь есть такой режим – в любом месте у меня биокомп автоматом просчитывает ближайшие точки – где можно, просто снимает частотно-волновые характеристики, где-то их аппроксимирует по отлаженным алгоритмам, дополняя глобальную карту, и, по сути, получается, что я могу прыгать по ближайшей местности, просто выбирая взглядом нужную точку в пределах видимости (дальше – просто по карте). Ну, это полкилометра примерно. Для постоянного использования в автоматическом режиме – нормально, а на большее расстояние всё-таки расточительно тратить вычислительные ресурсы. Надо будет – отдельно запущу уже по основной карте в следующем квадрате. Просто маленькая фуська, призванная привнести дополнительный комфорт.
Гости явно растерялись, когда я оказался рядом с детьми, и немного подались назад.
– Не обижают? – я кивнул на них, оглядываясь на уже отчетливо видимый смерч. Меня кольнуло воспоминание, когда на Лунгрии я впервые почти так же поднял в воздух большое количество песка, освобождая артефакт Дронта.
– Не, просто поздоровались и стоят, смотрят, – отчиталась Катя.
Я огляделся и обнаружил довольно большой скрытый холм, не очень сильно покрытый песком. Здесь уже я сам с помощью воздушной магии расчистил его, обнажив каменную основу. Дал команду Ричарду, и он одним движением подхватил детей и пристроил их себе на плечи, которые тут же изменили форму и подстроились под тощие детские задницы – его размеры позволяли делать такие фокусы. Катя как всегда промолчала, хотя первоначально что-то еле слышно сдавленно пискнула, а вот Сергей не удержался и весело закричал: