Анджей Ласки – Остров звезд (страница 12)

У меня перехватило дыхание. Получилось! Ну, почти получилось!

Еще вчера я был готов размазать ублюдка о ближайшую стену, если бы встретил его где-то в городе. Я бы просто раскатал этого самовлюбленного шута в любой подворотне, а после обоссал бы его поганую лысину. Да что там вчера – минуту назад я готов был сделать тоже самое. Но не сейчас. Все изменилось в один миг! Вчерашняя безвестность вдруг превратилась в пышущий бутон, который таит в себе красоту дребезжащей славы завтрашнего дня. Впрочем, к чему все эти эпитеты? Мы на пороге больших перемен после тоскливой неразберихи и полного дестроя. Это тебе не какая-то замшелая студия на окраине цивилизации, нас ожидают серьезные дела. Всего-то и осталось, что составить о себе приятное впечатление у больших дядек из серьезных лейблов.

– А как же… – не успел я задать вопрос, как Вуду снова меня перебил.

– В общем, в понедельник летим в Нью-Йорк, так что собирайте вещички и постарайтесь выглядеть… Постарайтесь просто выглядеть. Мистер Шорт сделает все остальное за вас.

– В Нью-Йорк? В понедельник? – я, наконец, смог вставить свой вопрос среди его неуемной болтовни, – а сегодня что?

– Суббота, у вас есть пара дней. – напомнил он. – А что, у тебя есть какие-то дела поважнее? Тогда я отменю встречу и все, делов-то.

– И что там, в Нью-Йорке? – осторожно уточнил я.

– Как что? «Sony Music»54, конечно. А что, я разве не сказал? – Он был готов лопнуть от гордости, – извини, забыл.

– «Сони»? – в голове зашумело. – Мистер Шорт, вы серьезно?

– Им понравился ваш EP и хотят сделать из этого полноценный альбом. У вас же есть еще песни? – он послушал тишину в трубке. А я даже не нашелся, что ему сказать. – Впрочем, я не сомневаюсь. Самое главное – хит – у вас уже есть, остальное время на пластинке добьете чем-нибудь еще, может и не таким классным!.. Ведь у вас есть что-то еще не такое классное.

Вуду продолжал говорить, но я почти не слушал его. Мысли в голове переплетались, что драконы на китайской фарфоровой чашке. Я не мог выдавить из себя ни единого слова. Я и вдохнуть-то не мог, дыхание перехватило.

Вот так расклад – с корабля на бал, не меньше. Я бы все мог принять – пусть даже и небольшой музыкальный лейбл, который был чуть больше нашего музыкального магазинчика в городе – любой инди-лейбл55 из существующих в стране. Ну, может, даже усмехнулся такому нехитрому результату работы Вуду, ведь он так старался, но принял бы и его. Маленький шаг для человечества, но огромный для меня. Но вот так, одним гигантским скачком прямо в «Сони»?! К одному из самых пузатых мейджоров56 музыкального рынка планеты, которого хлебом не корми, дай заработать на всем, что хоть как-то связано с музыкой. Я как бы не ожидал такого, мягко говоря.

Так и продолжал стоять, посреди комнаты, покачиваясь и молча моргая, уставившись в окно, с телефоном в руке. И чтобы показать Вуду, что я не помер на радостях, неопределенно помычал в трубку.

– Бог мой! – он притворно вздохнул, – а ты что думал, малыш? «Мердж Рекордс»57, или, может, еще какие подобные инди-лейблы? Нет уж, на мелочи не размениваюсь, – он рассмеялся в трубку. – Понимаю, у тебя нет слов, чтобы отблагодарить меня. Но это все впереди, еще успеешь…

ГЛАВА 9. СЛЕДУЙ ЗА МЕЧТОЙ

История всех групп делится на «до» и «после». И часто бывает, что путь до музыкального Олимпа гораздо сложнее, чем пребывание на нем. Именно об этом и стоит рассказывать. Эта дорога готова испытывать любого, кто имел неосторожность ступить на нее. Даже если ты рожден для того, чтобы создавать музыку, даже если это твое жизненное кредо. В музыкальную топ-тусовку пускают далеко не всех, лишь самых настойчивых. Тех, кто в силах удержать за хвост синюю птицу удачи, так настырно вырывающуюся из рук. Тех, кто сумел посадить ее в большую клетку с толстыми прутьями, откуда ей уже не упорхнуть.

Сколько я времени потратил на то, чтобы рассказать с чего все началось и как мы к этому пришли как вдруг: раз и все! Похоже, яснее не стало…

Ладно, постараюсь разложить все по полочкам.

С того момента как мы стучались в двери звукозаписи мистера Шорта до текущего момента прошло почти семь лет. Семь лет упорного, добропорядочного труда от гаражной группы до символа поколения. И уже можно сравнивать с «The Beatles» и «Queen» – такие же легендарные. Все эти годы я практически не сидел на месте. Моя жизнь превратилась в мешанину из сочинения песен, репетиций, концертов, встреч с фанатами и разумеется, множество переездов и перелетов. Во всем это калейдоскопе было очень трудно урвать время для отдыха или налаживания личной жизни, которую я решил завести, когда после смачной попойки с ребятами и несколькими фанатками. Помню, однажды я проснулся не только с головной болью, будто мне о голову разбили Энджи до щепок, после чего Эрл со всей своей богатырской мощью воткнул меня в землю, но и с панической атакой, будто я вот-вот откинусь. Не откинулся, если вы заметили, но страху натерпелся на две жизни вперед.

Тогда, в начале пути, нам повезло вырваться из безымянного гаража в маленьком городке на большую сцену, с местных пьяных вечеринок прямо в первое мировое турне. Сколько мне было, когда кофемолка закрутилась? Уже и не вспомнить. Двадцать лет, кажется.

Это не было чудом, или мигом удачи, как могли бы подумать многие – только результатом большой и кропотливой работы, проделанной нами всеми. Из квартета мы превратились в крепко сбитый квинтет. Я и сам понял простую истину – будь ты хоть трижды талантлив, хоть умей стоять на голове, но в команде должен быть и тот, кто заправски умеет управлять этим цирком. А мистер Шорт умел. Его талант администратора, музыкального менеджера, был на вес золота, как и у меня – писать музыку.

Без больших связей и умения договариваться мы бы так и остались прозябать в безвестности. Идея симбиоза сработала, и «Блудному сыну» лишь оставалось делать свое дело. Нам доставались залы, музыка и любовь поклонников, а Вуду мастерски вел переговоры и отсчитывал кэш на карманные расходы.

Что там стало с его радиостанцией и студией звукозаписи – не знаю, да и никогда после не спрашивал его. Наверное, подыскал замену. Думаю, нашлось немало желающих сидеть в теплом офисе, плевать в потолок, попердывать в большое кожаное кресло и сводить пластинки. Та еще работенка – не бей лежачего, это вам не на заводе у станка стоять.

Итак, начав с небольших залов в пару сотен человек, перемещаясь от одной площадки к другой в небольшом трейлере, который вмещал наш нехитрый скарб, незаметно для самих себя, мы расширили свои горизонты и амбиции.

Первый год, когда наш звездный путь только начинался, я и написал многое, в том числе и самые свои лучшие песни. Они были пронизаны усталостью дорог и невероятной силой пути за своей мечтой. И всякий раз был рад, что мое вдохновение перешло и моим слушателям. Порой за сценой мне удавалось перекинуться парой слов с кем-нибудь из них во время автограф-сессии. И часто находились такие, которые благодарили, искренне, от сердца, за то, что своими песнями я давал им стимул жить дальше. Правда, это приводило меня в восторг! То самое чувство, когда понимаешь, что кому-то помог. Не просто способ набить карман деньгами, а настоящее искусство – не больше и не меньше. И я умел разделять это.

Потом залы становились лучше, а слушателей больше. Появился и второй трейлер с аппаратурой высокого класса, неотрывно следовавший за нами. Рабочие поднимали мониторы, звукорежиссер выстраивал мониторы. А мы вместе с нашими инструментами часто ютились на маленьком островке сцены, окруженном светом больших прожекторов и океаном поклонников. Залы были наполнены под завязку и sold out58, кажущийся ранее невозможным, стал уже привычным и обыденным.

В те дни мы исколесили всю Америку вдоль и поперек иногда засыпая в Остине, а следующим вечером играя очередной концерт в Спрингфилде, отмахав шестьсот миль по федеральным трассам в нашем трейлере. Мы были одухотворены происходящим настолько, что нам хотелось продолжать творить, играть, вдохновлять, записывать новые песни и… спать. Ох, уж этот вечный недосып во время туров. А спать, скажу я вам, безумно хотелось! Но не этой ли безумной кутерьмы мы жаждали? Да, пожалуй, именно ее!

Мой гейзер творческой энергии вместо того, чтобы убить, жаром фонтанировал изнутри, рождая новые рифмы и накладывая их на аккорды. Нам было по двадцать, мы были неубиваемы.

Я строчил песни в салоне самолета, в кресле нашего трейлера, в перерыве между концертами и придорожных кафе. Многие из них сразу отправлялись в помойку, но другие, связываясь строками, складывались, словно пазл, рождались в виде очередного хита, который мы добавляли к ближайшему выступлению в концертный сет-лист.

Тут уж все были «за». Как же так – не показать очередной новый материал. Все это быстро оказывалось на Ютубе и набирало миллионы просмотров. Наши фанаты быстро разносили музыку группы по соцсетям. Вуду был крайне недоволен и в какой-то момент наложил строгий запрет на исполнение нового материала. А в груди кололо от нового неистовства песен!

Мы прошли путь от самого первого хита до того момента, когда чуть ли не каждый новый сингл «Блудного сына» попадал в музыкальные чарты, то сразу оказываясь на вершине хит-парада Billboard Hot 100, то, стремительно скользила вверх, начиная отсчет с самого последнего места последней десятки.