Андрус Кивиряхк – Весна и какашка (страница 3)
— Ой! — пискнула Божья Коровка и закрыла лапками лицо. — Помогите! Как ты думаешь — она вредная?
— Мне кажется, да, — ответила Муха. Глаза у Жвачки и вправду были красные и злющие. И тут она разинула рот и громко чвакнула.
— Я ещё никогда не слышала, как говорит Жвачка, — испуганно сказала Муха. — Какой ужас!
— Смотри, у неё руки отрастают! — пискнула Божья Коровка. — Жуть! Прямо мумия какая-то! — Со страху её черные пятнышки побелели.
— Давай улетим! — предложила Муха.
— Я не могу, крылышки ещё плохо слушаются! — всхлипнула Божья Коровка. — Ой, ой! У жёвы и ноги уже показались! Она же съест меня!
— Я не дам тебя в обиду! — отважно заявила Муха, хотя все её шесть ножек тряслись со страху.
Жвачка поднялась и, чвакая, направилась в их сторону. На солнцепёке у неё появились даже чудовищные рожки и длинный белый хвост!
— Не подходи! — зажужжала Муха. — Уж-жалю!
Жвачка только угрожающе чавкала и подползала всё ближе.
К счастью, тут кто-то прошёл по комнате, наступил на Жвачку и зашагал дальше, а Жвачка прилепилась к подошве.
— Уф! Пронесло! — вздохнула Муха, а Божья Коровка утёрла крылышками слёзы. И они продолжили заниматься зарядкой, а весеннее солнце всё светило.
ЖУЧОК ПО ИМЕНИ ПЕТЕР
Жучок по имени Петер давно ждал этого утра. Так что он быстренько встал, умылся с головы до ног и надел новенький костюмчик. На шею он повязал крохотный галстук и долго стоял перед зеркалом, проверяя, всё ли в порядке.
Меньшие братья и сёстры Петера, устроившись на травинках, с гордостью смотрели на своего старшего брата — какой он ладный и симпатичный. Да так оно и должно быть, ведь Петер нынче впервые шёл на работу. В зоопарк! Словно он какой-то большой важный зверь, а не мелкая букашка.
— Может, позавтракаешь? — спросила мама и предложила Петеру листочек мать-и-мачехи. Но он покачал головой. Он так волновался, что аппетит у него совсем пропал. Впрочем, времени у него тоже нет, ведь зоопарк скоро откроется. Петер обнял маму, помахал сёстрам и братьям и отправился в дорогу.
Петеру всегда хотелось работать в зоопарке, и он приложил к тому немало усилий. Он выучил несколько стихотворений и танцев, чтобы было с чем выступать перед посетителями зоопарка. Вот и сейчас, страшно волнуясь, он повторял про себя все эти замечательные стихи. Всё ли он хорошо помнит? Не дай бог вдруг что-нибудь напутать!
Страшно переживая, Петер наконец добрался до зоопарка. Посетителей ещё не было. Теперь предстояло найти свободную клетку. Ага, вот там, рядом с Медведем есть одна!
— Простите, та клетка свободна? — учтиво спросил Петер. Но сонный Медведь продолжал валяться на солнышке, раскинув лапы, и ничего не ответил. Петер решил, что, наверное, эту клетку можно занять. Он без труда пробрался между прутьями, ведь ростом он был не больше вишнёвой косточки. В клетке он пригладил усики и взволнованно стал ждать посетителей.
А вот и они — мама, папа и ребёнок. Петер выпрямился, поклонился и стал читать стихотворение. Но люди на него никакого внимания не обратили. Они устремились к клетке с Медведем, и ребёнок закричал:
— Ой, какой замечательный мишка! Поглядите, как он уморительно спит!
Петер замолчал, расстроенный. Он же так старается, а люди смотрят на Медведя, который ничего интересного не делает, просто спит! Но тут появились новые посетители, и Петер решил для них станцевать. Он пустился в пляс, но и они, не заметив его, тоже направились к клетке с Медведем. И так повторялось раз за разом. Люди приходили, Петер читал им стихи, пел и плясал, но никто не обращал на него внимания. Один дядька даже сказал: «Ишь ты, совсем пустая клетка!», тогда как крошка Петер, стоя на цыпочках, громким голосом читал стихотворение собственного сочинения! Все тянулись посмотреть на увальня Медведя, который целый день только и делал, что спал, и у которого не было ни нового костюма, ни вообще ничего!
Вечером, к закрытию зоопарка Петер совсем потерял голос и страшно устал. Медленно и печально побрёл он домой.
В воротах ему бросились навстречу сестрички и братья.
— Наконец-то! — хором воскликнули они. — Наконец-то ты вернулся домой! Мы так по тебе соскучились!
А самая маленькая сестричка спросила жалобным голосом:
— Петер, ты завтра опять в зоопарк пойдёшь?
— Не пойду, — сказал Петер.
— Как здорово! — воскликнула сестричка, и все остальные тоже очень обрадовались. Потом Петер прочёл им свои стихи, а затем все вместе стали танцевать. Летний вечер удался на славу.
ВИЛЛУ И НЯНЕЧКА
Когда Виллу в первый раз пришёл в садик, он узнал много нового. Он узнал, что в садике живут воспитательницы, заведующая, повар, нянечка и дед, который убирает в саду. С воспитательницами всё понятно. Они в садике для того, чтобы играть с детьми. Заведующая живёт в своём кабинете, куда заходить нельзя. Виллу помнил, что как-то видел в зоопарке клетку, занавешенную тростниковой циновкой. Папа сказал, что в клетке сидит фазаниха, но её нельзя беспокоить, потому что она откладывает яйца. Интересно, заведующая тоже откладывает яйца? Виллу был мальчик разумный, он сумел унять своё любопытство и не стал заглядывать в кабинет. А то вдруг заведующая перепугается ещё, а кому это надо. Рано или поздно она всё равно выведет своих цыплят во двор подышать свежим воздухом.
С дедом, который убирал в саду, тоже всё ясно: он был русский и целыми днями толковал о чем-то со старухой из соседнего дома. Изредка, когда старуха уходила домой погреться, он взмахивал разок-другой метлой. Виллу таких стариков навидался, они в каждом парке водятся. Летом они ходят в соломенных панамах, а к зиме отращивают ушанки. Как правило, у них две ноги и палка.
А нянечек Виллу ещё никогда не приходилось видеть. Он долго размышлял над тем, зачем она в садике. Игрушечная собака для того, чтобы играть с ней. А нянечка? Непонятно.
В обед на стол поставили кастрюлю молочного супа. Ну разве можно такой едой кормить детей? Наверняка это приготовлено для нянечки! Но нянечка повела себя странно. Она явно не собиралась сама есть этот молочный суп, она стала разливать его по тарелкам для детей! А кто не хотел супа, того она ругала!
Виллу улучил минутку, когда нянечка отвернулась, и выбежал из комнаты. Он проник в кухню, где возле плиты стоял повар.
— Нянечка плохо работает! — пожаловался Виллу. — Сама суп есть не хочет, а нас заставляет!
— Вот как! — воскликнул повар и схватил половник. — Молодец, что пришёл сказать! Пошли разберёмся!
И повар навёл порядок. С тех пор нянечка никогда не капризничает и всегда съедает всё, что повар приготовит. А ребята следят за тем, чтобы она ничего не оставляла на тарелке!
ВИЛЛУ И РАДИАТОР
В раздевалке детского сада был большущий радиатор центрального отопления, зимой на нём сушили мокрые после прогулки варежки и рейтузы. Прежде Виллу как-то не обращал внимания на этот радиатор, но тут он зашёл в раздевалку днём — взять из своего шкафчика жвачку — и заметил, что из-под радиатора торчит что-то мохнатое.
Виллу заинтересовался, что же это такое. Он ухватился, подёргал и наконец вытащил. Оказалось, это коричневая вязаная шапка. Но вслед за шапкой из-под радиатора выглянуло что-то синенькое, и когда Виллу удалось вытащить и это, выяснилось, что это шарф. А кроме шарфа под радиатором обнаружились ещё и красные шерстяные рейтузы.
Виллу стало любопытно, он пошёл и принёс из угла совок для мусора, чтобы пошарить им за радиатором. Он был уверен, что там кроется ещё много занятного! Так и есть. Виллу нашёл две вязаные рукавички, свитер, колготки, два шерстяных носка и футболку с носорогом. Виллу разложил свои находки и внимательно изучил их. А затем принялся складывать из одёжек лежащего человека. Для начала он расправил колготки и футболку, на них положил свитер, рейтузы и носки, а поверх всего — рукавички, шапку и шарф. Получился почти настоящий ребёнок, только без лица.
«Как странно! — подумал Виллу. — Неужели радиатор съел кого-то из детей, и от него одни только одёжки остались. Ведь когда апельсин съешь, апельсиновая кожура остаётся». Он с подозрением оглядел радиатор. Его рёбра и впрямь были похожи на ощерившиеся жёлтые зубы… Виллу поскорее вернулся в игровую.
Вечером, когда, собираясь домой, дети стали одеваться, друг Виллу Кевин подошел за своими сапогами к радиатору и зацепился свитером за вентиль. Виллу тотчас бросился на помощь другу.
— Держись от этого крокодила подальше! — предостерёг он Кевина. — Он такой злющий, того и гляди вцепится!
На другое утро Виллу принёс в садик зелёную сетку, которой летом прикрывают клубнику: он задумал смастерить намордник для радиатора. Но к великому его удивлению зубастое чудище из раздевалки исчезло, а дяденька слесарь прикручивал к трубам новый плоский и безопасный радиатор.
— А куда тот старый злющий радиатор подевался? — спросил Виллу.
— Списали! Потёк он, вот и списали! — весело откликнулся слесарь. Виллу подумал и сразу догадался, в чём дело. Ведь и у него иногда слюнки текут при виде картинки, на которой нарисовано наливное яблочко или гроздь винограда. Не удивительно, что у людоедского радиатора слюнки потекли! Ведь накануне вечером в раздевалке развесили детские рисунки про парад в честь годовщины Республики, и на них маршировали замечательные упитанные солдаты, а среди зрителей было много детей и даже сам президент Леннарт Мери! Наверняка злюка радиатор ночь напролёт жадно рассматривал рисунки, так что у него слюнки потекли! Ну и поделом ему!