Андрус Кивиряхк – Весна и какашка (страница 11)

— Ну давай езжай, — сказал он. Сам папа был без лыж, он просто так переминался с ноги на ногу.

— Ты почему лыжи не взял? — спросил Хендрик.

— А мои лыжи потерялись, — весело сообщил папа.

— Как только я окончил школу, так они и потерялись. Уже лет пятнадцать как потерялись, где ж их теперь найдёшь! А ты катайся, катайся, не стой на месте. Замёрзнешь.

Хендрик попробовал пошевелить ногами. Кошмар! Ему вспомнилось кино про негров-рабов, скованных кандалами. Хендрик почувствовал себя точно таким же несчастным рабом. Или заключённым, которому привесили к ноге тяжеленное ядро, чтобы он не смог убежать. Да какое тут убежать! Хендрику удалось сделать всего шаг-другой, как лыжи налезли одна на другую, и он упал.

— Ты не ходи, ты скользи, — учил папа Хендрика, помогая ему встать на ноги.

Хорошо говорить! Нос потёк, и Хендрик захотел высморкаться, но где там, когда к твоим рукам прицеплены палки! Хендрик высвободил одну руку, высморкался, решил поднять палку, но поскользнулся и опять упал.

— Попробуй ещё разок, — сказал папа.

Хендрик попытался. В конце концов черепашьими шажками ему удалось объехать облетевший куст сирени. И тут лыжи снова стали крест-накрест.

Папа вздохнул сочувственно.

— Знаешь что, — предложил он. — Давай-ка сходим лучше в кафе и попьём какао.

В кафе было тепло и уютно, но и там лыжи доставили одни неприятности. Хендрик аккуратно прислонил их к стене. Но вдруг лыжи с грохотом упали, стукнув по голове пожилого господина, который пил кофе.

— Да что же это такое? — воскликнула буфетчица. — Кто принёс сюда эти лыжи?

— Простите! — забормотал папа. — Я очень прошу нас извинить!

Они по-быстрому допили своё какао и спаслись бегством.

— Ну, как было? — спросила мама, заслышав шаги мужа и сына.

— Живы остались, — сказал Хендрик.

Папа связал лыжи и палки толстой верёвкой и запихнул их в шкаф. Загнутые кончики лыж скалились в темноте прямо как волчья пасть. Папа захлопнул дверцу.

— Я завтра на санках пойду кататься, — объявил Хендрик.

Большие красные санки весело подмигнули ему.

РОЖДЕСТВО В ПУСТЫНЕ

Вы только представьте себе — слону на Рождество подарили сапоги! Да не простые сапоги, а тёплые такие, на меху, в каких хорошо бродить в снегу.

Да только в пустыне снега нет. Вот оттого-то слон и пришёл в недоумение, когда развернул свой подарок и обнаружил в нём четыре огромных сапога. Настоящие четыре бочки! Вот уж самый нелепый рождественский подарок, подумал он. То же самое подумали и остальные звери.

А начиналось Рождество как обычно. Пришли как-то ко льву мыши-песчанки и запищали:

— Дяденька лев, а дяденька лев! Пожалуйста, разукрась пальму, скоро Дед Мороз придёт!

— Сию минуту! — кивнул головой лев и принялся украшать пальму. Получилось это у него как-то само собой. Он разыскал стаю обезьян, которые сидя на песке, искали друг у дружки блох, и издал страшный рык. Обезьянки тотчас бросились на пальму. А лев разлёгся под пальмой и уснул. Мартышки, не решались спуститься с пальмы, они раскачивались на ней и поглядывали вниз. Вот так лев и украсил пальму.

Иные обезьянки были совсем как ангелы, другие, бородатые, напоминали Деда Мороза. А те обезьяны, у которых попки красные, висели на пальме, как румяные яблоки. Получилось очень красиво, все звери любовались и нахваливали.

Затем песчанки отправились к слону.

— Дяденька слон, а дяденька слон! — запищали они. — Пожалуйста, напеки пряников, Рождество уже на носу!

— С удовольствием! — согласился слон. И вся пустынная живность прикатила ему кокосовых орехов, а слон наступал на них ногой. Орехи расплющивались, вот кругленькие пряники и готовы. А иной раз слон садился на кокосовый орех, и тогда получались пряники-сердечки.

В конце концов всё зверьё собралось под разукрашенной мартышками пальмой, лакомились пряниками и ждали появления Деда Мороза. Наконец жираф, который видел дальше всех, сообщил:

— Ага! Дед Мороз показался!

— Значит, пора укладываться спать, — сказал лев, и все легли на землю.

Дедом Морозом была черепаха, так что все знали, что приползёт она только к утру.

Так и получилось. Утром, когда звери проснулись, черепаха с большущим мешком подарков добралась до празднично разукрашенной пальмы и крикнула:

— Есть ли здесь хорошие звери?

— Есть! — рыкнул лев, потому что некоторые украшения между делом слезли с пальмы и снова принялись ловить друг у дружки блох.

Вот тут-то и обнаружилось, что слон получил в подарок сапоги!

— Что это такое? — спросил он.

— Сапожищи, — сказал жираф.

— Сапожищи? — обрадовалась гиена. — А можно мне их погрызть?

— Да ты что, бестолковая! — сказал лев. — Сапоги не грызут, их надевают на ноги.

И слон надел сапоги. Жарко в них было, просто ужас. Слона прямо в пот бросило.

— Очень странный подарочек, — заметила гиена.

— Всякий подарок Деда Мороза следует принимать с благодарностью! — обиделась черепаха. — Дед Мороз дарит исключительно хорошие и полезные вещи.

— Не могу я в них больше, — вздохнул слон. — У меня ноги сейчас растают.

Он снял сапоги.

Слон вспотел так сильно, что сапоги до краёв были полны влаги.

— Ого! Да это же настоящие бассейны! — воскликнула одна из песчанок. — В них можно купаться! Ура!

В пустыне так мало воды, что все звери только и мечтают, как бы искупаться. Так что можно себе представить, как все обрадовались.

Песчанки плескались в сапогах всю ночь напролёт. Лев полоскал свою гриву, а мартышки упражнялись в прыжках в воду с головы жирафа.

Рождество удалось на славу.

ГНОМИК И МОРСКАЯ СВИНКА

Среди ночи на подоконнике появился Гномик. На плече, словно огромный топор, он тащил леденец на палочке. Пыхтя и сопя, он дотащил свою ношу до тапочки Трийну и положил в неё леденец.

— Порядок! — пробормотал он себе под нос. — Уф! Ну и притомился же я.

— Может, желаете отдохнуть? — спросил кто-то.

Гномик перепугался. Неужели кто-то заметил его? Гномики ведь должны свои подарочки класть в тапочки так, чтобы никто из детей этого не увидел.

— Прошу вас сюда, могу предложить вам яблочка и морковки, — продолжал голос. Гномик свесился с подоконника. Какое счастье — говорил не человек, а Морская Свинка. Она призывно помахала гномику из своего ящика листком салата.

Гномик спустился по занавеске и спрыгнул в домик Морской Свинки.

— Я бы с удовольствием подкрепился, — сказал он. — Таскать конфеты это такой тяжкий труд.

— Прошу! — гостеприимно сказала Морская Свинка. — Накладывайте! У меня здесь полно еды. И водичка есть запить.

— Ох, хорошо-то как! — заметил Гномик и отхлебнул воды. — Жажда меня прямо замучила. — Он поел морковки, закусил яблочком. Потом поблагодарил, утёрся клочком сена и собрался было уже уходить.

— Завтра придёте? — спросила Морская Свинка.

— Конечно, — отозвался Гномик. — Ведь каждую ночь надо что-то класть в тапочку, до самого Рождества.

— Так заглядывайте ко мне и завтра, — предложила Свинка. — Я вас капустным тортом угощу.