Сварить тебе кофе бодрящего?
Спеть тебе колыбельную?
Снять крест свой нательный ли?
Не увози часть меня!
Мы не увидимся больше ни дня.
Дай я тебя еще раз прощу
И отпущу-отпущу-отпущу.
Волосы соломенные.
Глаза, влюбленные не в меня,
Гулящие.
Целуй слаще же…
Как настоящие.
Не увози часть меня.
Возьми с собой крест нательный мой.
Он мне не нужен,
А ты спасешь душу.
Мой бог со мной,
А тебе еще только придется познать…
Любовь.
«Ах, умереть бы в двадцать лет …»
Ах, умереть бы в двадцать лет —
не удалось,
а так хотелось!
А как горело мое тело,
и не бывало слова «нет».
Ты за рулем, а я на заднем
сквозь зеркало тебя сверлю:
мне двадцать лет, я весь в нарядном,
еще боюсь сказать «люблю».
Ты ставишь запись «Пикника»,
передавая мне привет.
Я так любил тебя, пока!
Ах, умереть бы в двадцать лет!
«Мне говорили тебя ждать…»
Мне говорили тебя ждать,
И я ждал.
Мне говорили тебя прощать,
И я прощал.
Мне говорили с тобой быть,
И я был.
Мне говорили тебя любить,
И я любил.
Я задавал вопрос,
В ответ – нет.
Больше не надо говорить.
Я ушел. Всем привет.
«Пока я не успел в тебя влюбиться…»
Пока я не успел в тебя влюбиться,
Освободи меня, иначе повторится.
Нет, я не против, я скорей готов,
Но в моих играх больше нет оков.
«И умрет это тело…»
И умрет это тело
Что в экстаз приводило
Губы смолкнут навеки
Что любовью твердили
И погаснет очей
Свет, и пальцев движенья
Перестанут чарующе
Петь при волненье
Прикоснись, если любишь
Уходи, раз не хочешь
Забирай, коль разбудишь
Отпусти, раз для прочих
И умрут твои руки 
