Андрей Журавлев – Рисунки на лужах (страница 8)
— Тогда выдай собственную версию… Не молчи! — Она все-таки разрыдалась, причитая: — Ты отдаляешься от меня… Вроде бы ты рядом, но мыслями неизвестно где… Может, я и вправду чокнутая неврастеничка? Но я чувствую, что теряю тебя!
«Почему сегодня все твердят про потери? Словно подкралась необозначенная на календаре дата — День Утрат…» — подумал он, а вслух произнес: — В моей жизни появилась женщина, без которой мне очень плохо…
— Ты… ты влюбился? — Оля промокнула глаза тыльной стороной ладони и напряглась в ожидании признания, тождественного катастрофе. — Я так и думала…
— Это нечто большее. Сложно объяснить…
— А ты попробуй!
Сергей без утайки описал свое новое мировосприятие.
— Так, значит… Космические выси, созвездия… И кого при таком раскладе волнуют мои приземленные чувства? Они же вровень с почвой, чуть выше червей… Боже, какой эгоист! — Супруга скисла, но тут же встрепенулась и прохрипела: — Сволочь! — Звонкая пощечина взорвала нависшую на мгновение гнетущую тишину. — Я подозревала, что мужики — похотливые мерзавцы, но надеялась, что ты не такой! Чего тебе не хватало?
Не дожидаясь ответа, она схватила приготовленную на утро одежду и закрылась в ванной комнате, откуда появилась через четверть часа причесанной и накрашенной…
— Видеть тебя не желаю! — бросила она резко.
Выстрелом хлопнула входная дверь. Сергей не пошевелился. Ни раскаяния, ни угрызений совести он не испытывал. Лишь механическую обеспокоенность: «Куда же она в такое позднее время?»
По телевизору транслировали футбольный матч, но он никогда не был заядлым болельщиком этого вида спорта. Как, впрочем, и других…
Покурив, он упаковал в сумку кой-какие вещи, взял документы и отправился ночевать к Андрею.
Друг, развлекаясь в обществе двух дам, был еще достаточно трезв, чтобы смекнуть, что к чему…
— Я тебя предупреждал! — Он развел руками. — Отныне ты предан анафеме. Даже если помиритесь, не простит до конца дней. Другое дело, переспал бы с какой-нибудь телкой… Похоть в малых дозах женщины допускают, но не измену сердцем.
— Верю…
— Да ты проходи! Чего мы шушукаемся в прихожей как ветхие эротоманы! — засуетился Андрей. — Барышень как раз пара. Комнат — две. Темненькая, кстати, тоже Елена! Уступлю. Не желаешь? Перефразируя пословицу: семь Лен — один хрен! Шампанское будешь?
Промолчав, Сергей вошел в гостиную и поздоровался. У этой самой Лены не было ничего общего с той, которую он боготворил, кроме имени. На диване восседало размалеванное создание с глуповатыми глазами, стройными ногами и пышной грудью. Но дело было вовсе не во внешности — под оболочкой из костей и тканей просматривалась недоразвитая душонка. Это не означало, что ее владелица — нравственная уродка, просто перед ним была заурядная серость. С недавних пор Сергей понял, что может видеть людей насквозь… Вторая, представившаяся Катей, тоже не вызвала у него никакого интереса.
Он поддержал бестолковый разговор, выдав с лёту какую-то прикольную побасенку, чем быстро завоевал симпатию девиц, но едва одна из них подсела поближе, отодвинулся, едва сумев скрыть брезгливость.
— Выдели мне раскладушку, — попросил он, когда маленькая стрелка на настенных часах уперлась в единицу, — расположусь на балконе.
— С кем? С Катюшей? — хмельно хихикнул хозяин. — Ох, уж мне эти романтики!
— Увы, сольная программа.
— Вах-вах, сударыня впадет в обиды…
— Можешь сказать, что я «из тех».
— А что они тогда подумают обо мне?
— Ничего. — Сергей усмехнулся. — Тогда представь меня импотентом… И докажи им, что сам не такой!
— Ладно, отдыхай… Утром нас не буди, а вечером — приходи. Тебя ж, я так понял, из дома выперли?
— Нет, сам ушел.… Но не исключено, что потолкаюсь у тебя несколько дней. Спокойной ночи!
Он долго лежал с открытыми глазами, пристально вглядываясь в темное небо с вкраплениями звезд.
«Они намного краше, когда на них смотришь сверху вниз!»
Он мечтал о своей Елене Прекрасной, которую не удержал, не увлек за ту грань, где земное тяготение обнуляется, позволил поддаться на провокацию здравого смысла…
Магнит неподвластных чувств не ослаблял свою хватку, а призрачная Радуга безмолвно звала его за собой.
9
Через неделю пытка разлукой стала невыносимой. Измотанный бессонницей Сергей заметно осунулся — он ощущал, как Притяжение безжалостно высасывает из него физические силы, наделяя взамен сверхъестественными способностями душу: ему словно приоткрылось информационное поле Земли. Ведь изданные книги всего лишь отражали хаос, творившийся в умах авторов: труды философов призывали начихать на всех, водрузив на вершину мироздания Эго; религиозная литература витиевато провозглашала самоотречение… Но и на ином уровне накопленная тысячелетиями человечеством мудрость не содержала ответа на элементарный вопрос: «Что есть в этой жизни верно?». Истины просто не существовало, как не было абсолютного Добра или Зла. Осознанию это не поддавалось, но сын Века Высоких технологий упрямо требовал внятных разъяснений…
Кроме того, он натолкнулся на стену отчужденности и порицания со стороны привычного окружения. Когда тебя перестают понимать люди, которых всегда считал близкими, — это или симптом, или знак: либо заболел ты, либо остальные не одолели недуг, побежденный лишь тобой… Беда только в том, что независимо от диагноза большинство мнит именно себя в отличном здравии и начинает пичкать свежеиспеченного парию «лекарствами».
Гнев Ольги был закономерен. Однако почему взбунтовались родители и брат, почему начали осуждающе коситься прознавшие обо всем сослуживцы, а от лучшего друга веяло снисхождением, но никак не поддержкой?
Откуда столько обывательщины в их упреках? Бегай он от одной к другой или заведи содержанку, не было бы никакого ажиотажа. «Сорвался… Никто не застрахован… Значит, в доме не все ладно…» Зато нечто феерическое, но с мещанской точки зрения не умещающееся в рамки нормального смысла, вызывало раздражение более яростное, чем попрание христианских заповедей. Убийцы, воры, предатели имеют каждый свою бирку. А какой ярлычок навесить на человека, бредящего радугами? Безумец… Достоин ли он милости, раз отважился на самый страшный грех — плыть против течения, не соглашаясь играть по утвержденным правилам?
Впрочем, он не вдавался в демагогию и никого не укорял. Его внутренний мир, вздернутый на дыбе рассудка, пропитался анестезией эмоций…
На восьмой день Сергей не сдержал данное Лене обещание и позвонил… Они не умели общаться словно тибетские ламы, находясь на расстоянии друг от друга, но парень ощущал, что без него ей ничуть не легче, чем ему без нее.
Ее сотовый телефон был «выключен или вне зоны доступа». Тогда он решился набрать номер домашнего.
На просьбу пригласить Елену ответил ровный мужской голос:
— Вы, надо полагать, тот самый Серёжа?
— Да. Меня зовут именно так…
— Послушай, — говоривший на другом конце «провода» перешел на «ты», — оставь нашу семью в покое! Не береди Алёнке душу! Понятия не имею, чем ты ее околдовал… В общем… Ради Христа, отвяжись! Исчезни из нашей жизни! Или каким языком тебе объяснить? Обложить матом? Но ты же, судя по всему, не дебил! Договорились?
— У нее всё в порядке? — По проводам неслась тревога.
— Всё превосходно! Надеюсь, ты меня понял?
Линия разъединилась, но посланная из другого города волна смятения окатила Сергея с головы до пят.
«Ей плохо! Боже, ей намного хуже, чем мне!»
Тогда он воспользовался ведомственным справочником — все-таки они работали в филиалах одной организации! Но снявшая трубку тетка раздраженно сообщила, что Елена Владимировна с понедельника в отпуске…
Сергей, сам до конца не осознавая почему, запаниковал. Позвонить еще раз ее натужно вежливому мужу? Бесполезно… Надо ехать!
Это была не прихоть — его звала на помощь та, которая совсем недавно умоляла уйти.
Улаживание формальностей заняло весь вечер и следующее утро — обычно сговорчивый начальник никак не хотел предоставить все накопившиеся отгулы сразу, но, тем не менее, в итоге сдался…
Пока американские граждане еще поднимали бокалы, празднуя последние минуты Дня Независимости, Сергей покрывал километры дороги, уводившей его к боготворимой им женщине. Но странно: Притяжение никак не реагировало, то есть оно оставалось на прежнем уровне…
Въехав в город, он направился прямиком к дому Лены.
«Будь, что будет!»
Однако следившая за траекторией его передвижений Радуга не закручивалась в спираль… Сергей вбежал на третий этаж и утопил кнопку звонка на искомой двери…
Никаких признаков состояния, близкого к невесомости. Только бешено колотилось сердце, да предательски подгибались в коленках ноги…
Никто не открыл… Сергей устало опустился на грязные ступеньки. Он понимал, почему не распахиваются врата измерений, постижение этого пришло раньше, но всё его существо отказывалось верить: Лена куда-то уехала!
Его спеленал страх. Не обычная человеческая боязнь потери, а космический ужас! Если они не будут вместе, Притяжение убьет их — каплю за каплей выпьет из них жизнь, но и после этого не позволит душам соединиться! Покарает за ослушание…
Две реки, слившись в одну, могут донести свои воды через пустыню к морю, но стоит развести их русла — они обратятся ручейками и высохнут до дна…
Тупик. Люди сначала загоняют себя в ловушку безысходности, а потом начинают пенять на невинного правителя — Его Величество Случай, забывая, что сами же и напихали палок в колесо собственной Фортуны…