Андрей Жаринов – ТОР (страница 2)

Скорее на ощупь, чем реально что-то видя, Гена начал обшаривать обломки вокруг себя. К сожалению, в момент происшествия рядом с Геной не было практически ничего ценного. Разбитый резонатор ему сейчас вряд ли чем-то поможет, а одежда лежала далеко и сюда не попала. Он наткнулся на ноутбук, его экран был разбит, а попытка включить успехом не увенчалась. Гена был ещё тот Плюшкин, но, поколебавшись, все-таки отложил ноутбук в сторону. Ещё через несколько минут он нашёл полотенце, на котором лежал на палубе, и свои сандалии, которые скинул перед тем, как улечься. Это был единственный ценный улов. Гена накинул полотенце на плечи и вздохнул, прикидывая, в каком направлении двигаться. Его посетила мысль, что это в принципе бесполезно, так как все равно, на какой части невесть где затерянного пространства сгинуть в вечной ночи. Где-то на краю сознания начинала биться паника. Но, во-первых, Гена по натуре был оптимистом, во-вторых, местность вокруг не выглядела угрожающей. Дышалось как обычно, под ногами была трава, в призрачном сиреневатом свете угадывались очертания деревьев, и слышался шорох их крон. Прежняя экосистема каким-то образом сохранила стабильность, следовательно, оставался шанс, что и люди тоже могли выжить. Однако это автоматически поднимало вопрос и о диких животных, которые, насколько знал Гена, здесь раньше водились. Поколебавшись, Гена поднял с земли кусок палубной доски – какое-никакое оружие.

Он огляделся. Странное свечение неба было слабее привычного лунного, но из-за того, что оно было равномерным, а не исходило от одного источника, видимость была не сильно хуже, чем в лунную ночь. Вдалеке угадывались смутные очертания гор. Гена же, судя по всему, находился на склоне одного из холмов у их подножия. Учитывая, что СБК строился в районе, окружённом горной цепью, двигаться следовало в обратную сторону, чтобы выйти к обитаемым, по крайней мере, сто лет назад, районам. Гена развернулся и зашагал через лес вниз по склону.

Глава 4

В свое время, изучая Событие, Гена уделил внимание и территории, на которой был построен СБК, так что в целом представлял, где оказался. Там, где он сейчас находился, на момент катастрофы никаких поселений не было. Поэтому имело смысл идти к условному центру, чтобы выйти непосредственно к СБК. Где-то по пути должна была встретиться река, через которую предстояло как-то переправиться, но Гена был настроен решать проблемы по мере их поступления. Пробираться по ночному лесу было непросто, ноги постоянно то цеплялись за торчащие корни и упавшие ветки, то неожиданно проваливались в выбоины, по лицу били невидимые в ночи ветки. Гена вознес хвалу всем богам за то, что идет хотя бы не босиком. Лес явно жил. Что-то где-то пощелкивало, поскрипывало, шуршало. Гене доводилось бывать в лесу ночью, но этот лес не был похож на то, что он видел раньше. Необычное освещение придавало окружающему призрачный вид, время от времени на пути попадались растения, сами излучающие бледное сияние, то тут, то там мелькали огни, похожие на светляков.

Стресс последних событий и окружающая обстановка поначалу держали Гену в напряжении, поэтому, когда что-то вдруг бросилось на него из темноты, он резко отпрыгнул в сторону и, даже не успев испугаться, замахнулся доской. Доска прошла сквозь пустоту, вокруг никого не было, лишь лёгкая дымка исчезала неподалеку от него. Дождавшись, пока сердце перестанет вырываться из груди, Гена продолжил путь, так и не поняв, что произошло. Из темноты леса ещё несколько раз выплывали фантомы, но эффект неожиданности уже пропал. На четвёртый или пятый раз Гена стоял и спокойно разглядывал явление, поняв, что ему ничего не угрожает. Возникающие фигуры в первый момент казались вполне реальными, однако буквально через несколько секунд начинали бледнеть, становиться прозрачными, и, в конце концов, таяли в воздухе.

Это появившееся мнимое ощущение безопасности его и подвело. Он расслабился и не заметил, как вначале исчезли все звуки, а вместо сиреневого сумрака перед ним образовалось чёрное пятно пустоты. Когда Гена, наконец, почувствовал неладное и остановился, вглядываясь перед собой, пустота рывком приблизилась к нему и словно начала вливаться в его сознание. Мысли тут же спутались и начали гаснуть одна за другой, вместо них в голове заметался животный ужас, пришло ощущение конца. Когда и эти чувства готовы были исчезнуть, перед помутневшим взором Гены возникла вспышка, похожую на ту, что он видел на катере. Из вспышки появилась женская фигура, с её рук лился холодный голубой огонь, пустота под ним отступала и отпускала Гену, раздался то ли вой, то ли скрежет, пустота исчезла. В повторной вспышке скрылась и спасительница Гены.

Глава 5

Гена лежал на земле и медленно приходил в себя. Он чувствовал полное опустошение: и моральное, и физическое. Мысли хоть и вернулись в голову, но двигались там медленно и неохотно. Постепенно его немного отпустило, вернулась способность мыслить рационально. Было очевидно, что Событие изменило исчезнувшую часть мира, и Гена понятия теперь не имел, чего еще можно ждать от этого места. Здесь было опасно, опасность была неизвестной, непредсказуемой и не поддающейся осознанию, в голове крутился упорно отгоняемый Геной эпитет «мистической». Хорошая новость заключалась в том, что люди здесь тоже были, как минимум, один человек. Гена не разглядел лица своей спасительницы, но почему-то не сомневался в её человеческой природе. Он с трудом поднялся на ноги и попытался сориентироваться, в какую сторону шёл до нападения.

Неожиданно примерно в метре от себя Гена увидел парящую в воздухе полупрозрачную и едва видимую сферу размером с апельсин. Гена замер. «Апельсин» продолжал висеть, как ни в чем не бывало. Подождав немного, Гена отступил на шаг – «апельсин» тут же повторил его маневр и остановился. Гена решился и сделал шаг в сторону «апельсина» – тот незамедлительно отдалился. Пока Гена ломал голову, что это такое и чем ему грозит, «апельсин» вдруг мигнул, на мгновение увеличив яркость, и отплыл от Гены ещё на шаг. Рефлекторно Гена шагнул вслед за ним – «апельсин» повторил маневр. В голове Гены забрезжила некая мысль. «Ты, клубочек, покружи, нам дорогу покажи!» – пробормотал он. Поэкспериментировав, Гена уверился, что «апельсин» пытается его куда-то вести. Почему-то казалось, что этот подарок оставлен его недавней спасительницей. Мысленно махнув рукой, он направился вслед за «апельсином», тем более что направление в целом совпадало с тем, что он выбрал ранее.

***

«Апельсин» уже больше часа уверенно вёл Гену через лес. Гена понятия не имел, куда именно, но мечтал лишь об одном – побыстрее завершить этот путь. Усталость, стресс и последствия нападения брали свое: последние полчаса Гена брел на «автомате», в полубессознательном состоянии, сосредоточившись только на том, чтобы не потерять «апельсин» из виду. Вдруг «апельсин» тихо хлопнул и исчез, на том месте, где он раньше был, что-то упало на землю. Удивлённый и растерянный Гена встал на колени, пошарил по земле ладонью, поднес находку к лицу. В призрачном свете он разглядел что-то вроде медальона. Пытаясь сообразить, что ему делать дальше, Гена поднял взгляд, и внезапно прямо перед собой увидел деревянную дверь. Он резко вскочил на ноги, в глазах потемнело, Гена успел пару раз ударить кулаком с зажатым в нем медальоном по двери и отключился.

Глава 6

Гена проснулся, не открывая глаз, потянулся. По ощущениям, было позднее утро, с кухни доносились манящие запахи, наверняка, бабушка уже приготовила любимому внуку завтрак, за окном голосил бабушкин петух.

И тут Гену прошиб холодный пот. Какая, к черту, бабушка?! Недавние события пронеслись в его памяти, словно ураган, сметая остатки утренней неги.

Гена открыл глаза и быстро огляделся. Он лежал на кровати в маленькой комнатке, дом, судя по стенам, был сделан из сруба. Гена смутно припоминал, что стучал в дверь какого-то дома, видимо, в нем он сейчас и находился. Где-то на улице снова заголосил петух, аппетитные запахи тоже никуда не делись, живот, воодушевившись, заурчал в предвкушении. Лежать дальше было бессмысленно. На табурете возле кровати Гена нашёл рубашку и брюки из одинаковой довольно грубой ткани, поверх одежды лежал медальон, который он вчера подобрал. Под табуретом стояли его сандалии. Медальон и сандалии явно говорили о том, что одежда тоже оставлена для него.

Одевшись, Гена открыл дверь и вошёл в соседнюю комнату. Она была примерно вдвое больше той, в которой Гена проснулся. У окна стоял небольшой, сделанный из бруса, стол, седой бородатый мужчина лет шестидесяти не спеша накрывал на него.

– Доброе утро! – окликнул Гена.

– Доброе! – мужчина обернулся.

– Гена! – представился Гена, протянув руку.

– Дерсу... Да, зови меня Дерсу, мне так уже привычнее, – несколько замявшись, ответил мужчина и протянул руку в ответ. – Как раз к завтраку проснулся, присаживайся, – он указал на табурет у стола.

Гена не стал отказываться и сел за стол. Ели молча, у Гены было множество вопросов, но хозяин дома не начинал разговор, а самому прерывать завтрак расспросами Гена счёл неприличным.

Наконец, с завтраком было покончено, Дерсу отодвинул свою тарелку и сказал: