Андрей Земляной – Сорок третий 7 (страница 15)
А внутри лежал набор на случай, когда всё стало очень плохо.
Два коротких шилообразных клинка из изменённой керамики находились в отдельных гнёздах, тёмные, матовые, почти невесомые на вид. Две четырёхгранные иглы с удобными рукоятями. Ардор снял китель, вытащил плоские ножны, закрепил их под мышками и проверил плотность посадки клинков висевших рукоятями вниз. Следом спрятал в специальный кармашек на животе миниатюрный метатель на два выстрела. Не дуэльную игрушку и не армейский образец, а хорошую возможность на расстоянии до десяти метров исправить ошибку акушера.
Набор для допроса занимал меньше места, чем можно было ожидать от вещи с таким назначением. Плоский пенал размером с пачку денег, толщиной в мизинец. Несколько тонких игл, малые фиксирующие петли, ампулы, две пластины памяти и узкий свёрток с энергопечатями. Ардор не стал раскрывать его, а положил во внутренний боковой карман кителя. Последней он достал универсальную аптечку и закрепил на поясе, и вышел из машины проверить как сидит мундир.
Когда Ардор закончил, ничто снаружи не выдавало дополнительного снаряжения. Что, впрочем, и задумывалось изначально. Водитель стоял рядом с открытой дверцей с лицом человека, которому очень хочется спросить, но ещё больше хочется остаться полезным.
- Если начнётся странное, - сказал ему Ардор, - не геройствуй и не подыхай красиво. Выводи машину и дуй либо во дворец к жёнам, либо в Королевский. Там скажут, что делать. Понял?
- Понял, господин подполковник.
Ардор сел в машину, но дверцу закрывать не велел. Несколько секунд он смотрел на мокрый двор Академии, на арку, на фонарь у боковых ворот и кивнул сам себе. Король позвонил вовремя, и это было хорошо.
Плохо было то, что противник, способный заставить короля звонить лично, скорее всего, тоже умел считать минуты. Но как жить в мире, где нет интересных врагов?
К тому времени, когда первые распоряжения Ингро ушли по Канцелярии, Гарладо Корнрас уже знал достаточно, чтобы перестать надеяться на тихое разрешение конфликта.
Он находился не в столице и не в одной из своих загородных резиденций, где люди вроде него обычно предпочитали принимать важные решения. Нет, он уже неделю торчал в комплексе эфирного наблдения за пространством, превращёным в полигон для отработки технологий новой машины призыва. Комната, отведённая ему, была просторной, сухой, чистой и казённо-пустой. Стол, переносной дорожный сейф, пара лёгких кресел, походная лампа, карта железных дорог с какого-то демона оставшаяся здесь, карта частных воздухолётных маршрутов и на столе узкая серебряная пластина связи - шедевр маготехнических технологий, принимавшая короткие текстовые сообщения.
За утро пластина отобразила три сообщения. Первое пришло от архивного служителя, оказавшегося умнее, чем предполагали шардальцы: тот обратил внимание на запросы Министерства безопасности, прошедшие в открытом виде, а значит, кто-то торопился, и ошибался. Второе сообщение пришло из лабораторной лавки, где о поставках эфиро-проводящих материалов спрашивали люди, не выглядевшие специалистами, а третье стало самым тревожным. Канцелярия Внутренней Безопасности начала работу по кадрам Министерства эфиристики и делала это не лениво и не формально, а с тем собранным конкретным вниманием, после которого у дверей появляются люди с ордером на арест.
Обер-маршал прочитал всё трижды.
Он не был фанатиком. Фанатики слишком часто любят собственное отражение в пламени всеобщего пожара. Корнрас был другим: сухим, собранным и готовым отрезать пациенту ногу без лишнего сожаления, но и без лишней жестокости. Его вера в дело Ордена не требовала громкого голоса. Она жила глубже, в той области, где убеждение уже не спорит с удобством.
У двери стояли двое самых доверенных помощников. Старший эфироматематик в скромном сером камзоле с бледным, землистым лицом человека, мало бывавшего на солнце, и подтянутый широкоплечий мужчина из бывших офицеров гилларской службы безопасности, теперь занимавшийся маршрутами Верховного Магистра Ордена и временами разными грязными поручениями.
- Шардал не просто смотрит в нашу сторону, - сказал Гарладо. - Он уже держит руку на горле. Безопасность, Сыск и Канцелярия работают вместе. Значит, у нас не дни, а часы.
Эфирист медленно выдохнул.
- Архивы?
- Сжечь лишнее. Не всё подряд, иначе они поймут, где искать пустоты. Уничтожить связующие журналы, списки переносов, расчёты по живым нагрузкам и переписку с внешними мастерскими. Всё, что можно представить как частную работу без связи с Машиной, оставить. Пусть найдут мусор и решат, что часть сети испугалась слишком рано.
Бывший офицер смотрел на карту.
- Люди?
- Мелких отпустить врассыпную. Средних убрать с маршрутов. Тех, кто знает расположение основной площадки, начинать выводить сейчас. Тех, кто знает слишком много и не сможет уйти, - Глава Ордена сделал паузу не ради красоты, а потому что решение требовало точности в терминах, - изолировать. Без крови, если возможно. С кровью, если иначе они попадут к Ингро Талису.
Имя руководителя Канцелярии Внутренней Безопасности мгновенно изменило атмосферу в комнате. Даже люди Ордена, привыкшие считать государственную власть тупой и никчёмной, не любили, когда в деле появлялся именно он.
Маг поклонился.
- Сборку площадки в Гилларе можно завершить к ночи. Но без живого стабилизатора большой прогон придётся отложить. После сегодняшнего провала они усилят наблюдение за Таргор-Увиром. Через сутки к нему будет не подойти, и придётся работать через его жён.
Гарладо не ответил сразу. Он подошёл к карте и посмотрел на Марсану, отмеченную маленькой чёрной булавкой. Рядом лежал отдельный лист: маршруты Ардора за последние две недели, учебные часы, посещения Академии Генерального штаба, встречи с армейскими преподавателями, выезды домой, охранные привычки, слабые места, которых почти не имелось.
Почти.
- Мы возьмём его сегодня, - сказал он.
Бывший офицер резко поднял голову.
- Это грубый ход. После него Шардал закроет границы, поднимет флотские посты, арестует половину наших людей и начнёт ломать как в военное время.
- Шардал всё равно сделает это. Разница в том, будет ли Ардор Таргор-Увир к этому времени у них или у нас.
Маг побледнел сильнее обычного.
- Артефакт не предназначен для такого расстояния. «Слепой маятник» переносит не человека, а состояние между двумя подготовленными точками. Мы ставили его как аварийный выход для материалов и малых групп. С человеком его уровня, с охраной вокруг, с возможным сопротивлением…
- Он не должен сопротивляться в момент переноса.
- Для этого потребуется ударить высшей печатью. Очень точно. Если переборщить, мы получим труп или пустую оболочку. Если недобрать, он очнётся в переходе, и тогда погибнут все, кто держит вторую точку.
Гарладо посмотрел на него без злости.
- Вы три года говорили, что Ардор Таргор-Увир способен выдержать поток, убивающий обычного мага. Теперь вы объясняете мне, что он слишком опасен, чтобы переместить его через артефакт, созданный именно для аварийных переносов. Выберите одно из двух, иначе я начну сомневаться в ваших расчётах и в вашей компетентности.
Маг подумал и молча кивнул, а бывший офицер вернулся к карте. Для чистой точки захвата не годились ни дом, ни Академия в полном режиме, ни дворцовый маршрут. Лучше всего подходили места относительно безлюдные: парк, сквер, короткий переход между охраняемыми точками, где люди уже уверены, что всё проверено. Но с точки зрения внезапности, лучшим виделся именно двор Академии.
- По нашим данным, он сейчас во дворе Академии. Видимо, его куда-то срочно вызвали.
Гарладо посмотрел на окно, за которым ещё держался сухой серый день.
- Внезапно, но нам подходит. Позаботьтесь.
Дождь начался, стоило Ардору закончить экипировку, для чего пришлось выйти из машины и поправить форму.
Вода с неба падала ровно, без ветра, с той настойчивостью, что быстро превращала каменные дворы в бескрайние лужи, а людей - в безликие фигуры под плащами и зонтами. В Академии Генерального штаба к дождю относились как к низшему виду неудобства: его нельзя победить приказом, но можно презирать, тем более что весь двор закрывала плотная завеса, сквозь которую не пробивалась ни одна капля.
Ардор, стоявший на улице, обернулся к водителю, собираясь дать команду на выезд, когда всё случилось.
Эти несколько секунд потом разберут десятки людей. Кто стоял у двери, где находилась машина, почему один из охранников отвёл взгляд на преподавателя и почему дворник у арки оказался не дворником. Почему защитный полог у ворот погас ровно в тот момент, когда должен был работать…
Но в тот миг всё выглядело почти обычно.
Охрана внимательно следила за окружением. Машина стояла у ворот в ожидании открытия створок. Водитель держал руку на руле, а второй автомобиль занимал место чуть сзади.
Внезапно звук исчез.
Не стих, не приглушился, а именно исчез, словно кто-то вынул из мира саму возможность шума. Городской шум, дождь и всё что наполняет воздух мгновенно стихло. Один из охранников успел потянуться к оружию, другой резко повернулся к арке, когда воздух перед Ардором сложился в неправильную фигуру, словно начертанную в воздухе ломкими короткими линиями а следом искривилось всё пространство.