Андрей Загорцев – Без воздуха (страница 31)

— Ага, понял, один длинный! Укажи мне направление наблюдения, — попросил я командира.

Тот сделал это и исчез.

Я устроился поудобней среди камней, накрылся плащ-палаткой и принялся вести наблюдение в указанном секторе.

Интересно, а где же нас высадили — на островах или все-таки на материке? Судя по долгому перелету, мы сейчас находимся где-то в Тихом океане. Если Поповских знает, что наша группа тоже будет работать в этом районе, то, может стоит все-таки получше осмотреться?

Так, сзади меня море. Впереди какие-то сопки, покрытые буйной растительностью. Я сидел в распадке между высоким выступом и спуском к морю. Кругом один камень. Песка, кустов и травы нет.

Минут через пятнадцать мне надоело лежать на одном месте. Я решил вскарабкаться повыше, закинул станцию на спину, повесил пулемет на грудь и стал потихоньку взбираться на близлежащую скалу. Пыхтел минут пять, подрал локти, но все-таки вылез на вполне удобный выступ с хорошим обзором.

Ого! Справа от меня буквально в нескольких километрах виднелось множество огней как в море, так и на берегу. В бинокль рассмотреть что-либо было трудно, но и так ясно, что мы высадились неподалеку от большой бухты с причальными сооружениями. Видна длинная перемещающаяся цепочка огней, скорее всего, двигающаяся автомобильная колонна.

Весело мы устроились — и объект под боком, и пещерка неплохая. До бухты совсем близко. Можно незаметно пройти вдоль берега. Потом минеры уйдут под воду и доберутся до объекта диверсии.

Интересно, как нас будут отсюда эвакуировать? Офицер, проводивший расчет высадки нашей группы, был отличным специалистом. Он вывел нас сюда комбинированным способом. Через охрану района мы прошли на веслах совсем незамеченными. Оказывается, у минеров не все так просто. То ли дело у нас — прыгнул с парашютом или с борта на берег и побежал по сопкам.

Назад я спускался довольно долго. Потом промаялся еще час, наблюдая то за сектором, то за звездным небом с цепочкой лениво бегущих облаков. В голову мне вдруг пришла мысль о том, что если Дитер со своими водолазами на береговых занятиях взял меня и Зеленого без каких-либо затруднений, то он и сейчас может преподать урок спящему карасю. Наверное, стоит обезопасить себя на всякий случай.

Немного помозговав, я соорудил куклу из камней под плащ-палаткой. В темноте ее вполне можно было принять за дремлющего дозорного. Ну что же, посмотрим, прав я или нет.

Вскоре послышалось еле слышное шуршание. Рядышком с куклой появилась темная фигура и склонилась над ней.

Я как можно тише шагнул из-за камня, за которым прятался, накинул на шею разведчику ремень от пулемета, повернул его в руках, уперся магазином в позвоночник, пнул в сгиб колена.

Матрос захрипел и замахал руками.

Я тут же сдернул ремень и вывернул пулемет.

— Свои! Ты меня, чуть не придушил, — заявил мой сменщик.

— А чего ты крадешься? Командир же говорил, что надо тихонько пошипеть!

Это боевой выход! Не надо шутить со мной, выполняющим задачу по охране базы.

Матрос растер шею, махнул рукой.

— Ладно, давай показывай, что тут где. Палатку оставь, на моей поспишь.

Я вкратце обрисовал обстановку, показал, где находится скальный выступ, с которого отлично просматривается бухта. Мы шепотом поговорили еще минуты две, и я потихоньку пополз вниз, в пещеру.

Разведчики спали вокруг костра на плащ-палатках, обнимая оружие. Меня встретил Дитер, угостил чаем из котелка, твердокаменной карамелькой, расспросил обстановку, очень внимательно выслушал про бухту и в приказном порядке отправил спать.

С утра я поднялся раньше всех, костер разжигать не стал, принялся готовить завтрак на спиртовых таблетках. Разогрел сваренную вчера американскую рисовую кашу, приправил ее тушеной говядиной с овощами и поставил кипятиться воду.

Командира группы в пещере уже не было.

К началу завтрака все разведчики встали самостоятельно, начали умываться из фляжек и чистить зубы.

Один из них увидел мой удивленный взгляд и проговорил:

— Ты когда закончишь с чаем, тоже умойся. Сразу самочувствие улучшается, да и чушком нечего ходить.

— Так мне мыльно-рыльные собрать не дали, к вам в роту сонного притащили, — опечалился я.

— Ничего, мыло и зубную пасту я тебе дам, а бивни пальцем почистишь, — заявил матрос.

— Ты над ним не прикалывайся, а то придушит на хрен, — сказал мой ночной сменщик. — Вчера чуть не прикончил меня на фишке.

— Дмитрич, а чего это на тебя карась кинулся?

— Да я с дури решил его бдительность проверить, а он сразу в драку полез, так старательно меня душил, что я уже звездочки увидел.

Матросы посмеялись, расставили котелки, но есть не начинали, ждали Дитера. Надо же! Мы тоже без командира не приступаем, хотя у нас целый капитан-лейтенант, а тут всего-навсего старшина.

Сверху спустился довольный Болев.

— Грести вам не перегрести, товарищи матросы, ударники-комсомольцы, — приветствовал он своих минеров.

— Такими веслами. — Матросы подняли ложки. — Твои слова да коку в уши!

«Ого! Да тут целый ритуал принятия пищи», — восхитился я, зачерпывая ложкой рис и размачивая сухарь в чае.

— Балет, благодаря твоей наблюдательности нам не придется скакать по берегу, подставляться под патрули, — пробубнил Дитер с набитым ртом. — Я сейчас полчаса высматривал подходы к бухте. Действительно можно по бережку дойти, вдоль линии скал, потом перебраться через косу. Оттуда до объекта десять минут ходу на ластах. После завтрака все наверх, на рекогносцировку, Балет — на охране. После того как все позавтракали и уползли наверх, я перемыл котелки, умылся сам, пальцем почистил зубы, вытерся об футболку. Мое самочувствие и вправду резко улучшилось.

Глава 5

Матросы вернулись с рекогносцировки и начали готовиться к предстоящим действиям. Резиновый плотик они вытащили к линии прибоя, погрузили на него имущество, подлежащее эвакуации. Минеры Дмитрич и Саныч переоделись в гидрокостюмы, проверили индивидуальные дыхательные аппараты, подводное снаряжение, мешки с минами и свои радиостанции для связи под водой. Командир назначил наблюдателей, которые будут приглядывать за передвижением минирующей пары по берегу и давать им указания.

Я начал паковать рюкзаки и снаряжение для действий на суше.

Через час наблюдатели уползли наверх, к скальному выступу. Водолазы-минеры перебрались на берег и стали потихоньку продвигаться между камней.

Я сидел в пещере, охранял рюкзаки и жутко нервничал.

Минут через пятьдесят ко мне спустился Дитер, достал из-за пазухи листок с уже зашифрованным донесением и начал набивать кнопками радиограмму.

— По моей команде несешься наверх и свертываешь антенну, — коротко приказал он мне.

Я только кивнул в ответ и буквально через несколько минут уже выдергивал штырь антенны и сворачивал провода. Мимо меня вниз проскользнула наблюдающая пара.

— Как там? — не удержался я.

— Отлично, — ответил один из разведчиков. — Идут обратно, мы навстречу.

Саныч и Дмитрич вошли в нашу бухту под водой на ластах и и выскользнули на берег как два больших тюленя. Я с разрешения командира принайтовал антенну к рюкзаку и тоже побежал встречать минеров. Водолазы уже содрали с себя маски и глубоко дышали, вентилируя легкие.

Дмитрич посмотрел на меня с укоризной и заявил:

— Балет, ты ж меня чуть не удушил ночью! Если бы я помер, ты сам полез бы под воду.

Я недоуменно пожал плечами и протянул ему фляжку с заранее приготовленным чаем. Закладку водолазы выставили, никем не замеченные, проползли по самому дну к объекту, прикрепили заряды, выставили время на взрывателях, оставили для отвода глаз пару разорванных браслетов своих американских коллег и спокойно ушли. Видно было, что противодиверсионная служба и охрана водного района на месте причальных сооружений у наших китайских друзей была толком не налажена.

Начало темнеть.

Дитер вызвал всех в пещеру и проговорил:

— Довожу до всех — сеанс связи отработан. Сейчас пара Дмитрич-Саныч уходит в море. Маркерный передатчик включить в миле от берега. Лодка за вами вышла, вашу частоту они знают. Все остальные спускаются со скалы с той стороны и идут наводить шухер. Подъем, на выход!

Мы взвалили на себя рюкзаки с тем, что требовалось для войны на суше. Все остальное имущество уже было сложено на плотике. Водолазы, уходившие морем, залегли на нем в ожидании времени выхода.

— Балет, ко мне! — скомандовал Дитер на берегу, и я пополз к нему.

— Вот карта. Смотри и запоминай! Мы здесь. В пяти километрах от нас береговая часть подвижного пункта управления экспедиционной бригады морской пехоты. Намечай ориентиры, бери азимуты и дуй вперед! Удаление — расстояние прямой видимости. Все разговоры в эфире, при встрече с противником и огневом контакте только по-английски.

Так, ага, будем посмотреть. Вот здесь граница китайского лагеря. Напрямую по дороге мы, естественно, к нему не пойдем. Значит, надо быстренько прикинуть маршрут, причем скрытный и не сильно протяженный. Что у нас тут есть? Вот, холм с раздвоенной вершиной. Если мы двинемся прямым курсом от моря, то через сорок минут окажемся на его траверсе. Ориентир даже по сгущающейся темноте отличный. Потом забираемся справа, от верхушек — слева. Дальше с северо-западной стороны идет понижение местности, заросшее кустарником. Ага, грунтовка, потом перелесок. На опушке эвкалиптовой рощи должны начинаться границы лагеря.