Андрей Загорцев – Без воздуха (страница 18)

Ерунда какая-то получилась. Вместо того чтобы нам вдуть, дежурный одобрил наши занятия под музыку и даже упомянул про какие-то выступления. Интересно, как к этому отнесется командир группы?

На завтра, в воскресенье, в расположении роты появился Поповских, посидел в баталерке, проверил книги учета, осмотрел полки. Наши заначки были глубоко запрятаны за стенками шкафа, поэтому Федосов держался спокойно. Капитан-лейтенант похвалил его за акты и сверку с ротными книгами, проведенную вовремя.

Ему для собственных нужд понадобились два человека. Кандидатуры, предложенные ему заместителем, он отверг, сам выбрал меня и Зеленова. Наверное, нам придется работать на каком-нибудь огороде и лишиться обеда. Ну да ничего. У нас осталось кое-что от подарков Маслова, На камбузе сегодня дежурит Мотыль. Как-нибудь переживем.

Через час мы были возле гаража Поповских.

— Матросы, задача простейшая. Я недавно машину приобрел. Невеста моя, молодой коммунист-дипломат, помогла через своих японских товарищей. Надо ее вымыть. Не невесту а машину. Потом я вас покормлю в кафе. Дома у меня в холодильнике мышь повесилась. Ваши увольнительные записки при мне. Отпущу вас до ужина, можете погулять по городу, потом в часть. Вопросы есть?

— Никак нет, товарищ каплей!

— Открываем гараж.

Мы с Зеленым распахнули скрипучие железные створки и ахнули. Внутри стояла самая настоящая иномарка! Здоровенная, белого цвета, с массивной хромированной радиаторной решеткой, с короной на шильдике. Колеса на литых дисках, по две большие выпуклые круглые фары с каждого края.

Ни хрена себе! Сколько эта машина может стоить? Как Поповских ухитрился себе такое позволить? Интересно, какая невеста у нашего каплея, сколько же ей лет, что она уже дипломат-японист?

Вот бы мне такую… машину. Невеста пусть остается Поповских. Молод я еще для свадебных обрядов.

Капитан-лейтенант увидел наши открытые рты, довольно прижмурился, ловко открыл дверцу и запустил двигатель. Или нет? Ничего не слышно. Эта иномарка завелась?

Тут из машины донесся голос диктора владивостокского «Маяка». Огромный автомобиль мягко и бесшумно выкатился из гаража.

Каплей вылез наружу, оставив включенной музыку.

— Так, ребята, вытаскиваем из машины коврики. Я сейчас схожу в хату за губками и ведрами, принесу подменку, чтобы вы форменки не испачкали. Смотрите, не угоните мою тачку, — пошутил он и чуть улыбнулся.

— Никак нет! — испуганно гаркнули мы.

Салон автомобиля меня и Зеленого вообще привел в священный трепет. Руль находился совсем не с той стороны, как у наших машин. Педалей было всего две, на месте ручки переключения передач торчал рычаг с держаком. На коробке были написаны латиницей какие-то буковки.

— Автоматическая! Не надо дергаться, дави себе газ и тормоз! — восхищенно прошептал Зеленов.

Кресла велюровые, приятного бордового цвета. Ручек для подъема стекол нет.

— Смотри, — прошептал Зеленый, огляделся по сторонам и нажал какую-то кнопку на ручке двери.

Стекло бесшумно опустилось, потом поднялось.

— Стеклоподъемники, вещь! — пояснил Зеленый.

Вскоре командир принес два старых маскхалата непонятной расцветки, ведра, тряпки и пылесос «Вихрь». Мы переоделись в гараже и приступили к работе. Красоту навели идеальную — вымыли, высушили, пропылесосили, натерли корпус каким-то специальным воском. Машина заблестела как игрушка.

— Товарищ каплей, а как ваша машина называется? — осведомился я.

— «Тойота-Краун», — гордо произнес Поповских. — Теперь умывайтесь, чистите ботинки. Я иду переодеваться. Едем в кафе обедать.

Вот это да! На такой машине в кафе! Эх, видели бы сейчас нас сослуживцы, от зависти бы поумирали.

Мы привели себя в порядок, закрыли гараж.

Вскоре из подъезда вышел какой-то модно прикинутый молодой мужик в солнечных очках и направился к машине. Мы сперва даже и не узнали своего командира. Костюмчик, дорогущие туфли! Посмотришь — дипломат какой или актер.

— По местам! — скомандовал Поповских, уселся за руль и включил приемник на полную громкость.

Красота!

Хитрый Зеленый уселся на место пассажира рядом с водителем. Мне пришлось устроиться сзади.

Поехали.

К нашему удивлению, Поповских открыл свое окошко, достал из перчаточника пачку «Мальборо», вдавил в приборную панель какую-то круглую бомбошку, которая тут же выскочила обратно, прикурил и, крутя руль одной рукой, довольно выпустил дым в окошко. На службе мы никогда не видели капитан-лейтенанта с сигаретой, а тут курит. И как оно ему не мешает так здорово бегать?

В кафе мы уселись за столик и, стесняясь, начали мять бескозырки на коленях.

Подошла симпатичная официанточка, мило улыбнулась нашему капитану.

— Привет, Вова! Что заказывать будем?

Видно, что наш командир бывает здесь частенько.

Поповских с видом знатока развернул меню и, тыкая в него пальцем, делая заказ.

Наелись мы с Зеленым от пуза. Слопали по порции борща, шашлыку с запеченной картошкой, овощному салату, да еще на десерт по три шарика мороженого. Себе Поповских взял только шашлык и кофе.

Потом он нас отвез в центр города, приказал быть в части к вечерней поверке, вручил нам на прощание по три рубля вместе с увольнительными записками и укатил.

Часа два мы гуляли по проспектам, заглядывались на девчонок, отдавали честь патрулям. Хотели было сходить в кино, но афиши нас абсолютно не впечатлили, и мы засобирались обратно в часть. Нам не терпелось поделиться с товарищами впечатлениями об этом замечательном увольнении.

Зеленый напоследок решил попробовать дозвониться домой. Мы разыскали переговорный пункт и заняли очередь.

Пока мой приятель ждал объявления диспетчера, я болтал с двумя симпатичными девчонками в синих парусиновых комбинезонах и красных косынках. Мне пришлось вспомнить все свои гражданские привычки по завязыванию знакомств и поддержанию светской высокоинтеллектуальной беседы. Сердце местных красавиц, обучавшихся в рыбном техникуме, я поразил тем, что знаком с архитектурой Ленинграда и видел Эдуарда Хиля. Девчонки записали на тетрадном листочке номер телефона своего общежития, проинструктировали меня, что говорить и кого откуда звать, когда трубку возьмет вахтерша.

Зеленый наконец-то поговорил с родней и потащил меня в часть. Я простился с местными дивами и поплелся за ним.

По дороге я увидел будку телефона-автомата, нащупал в кармане двушку и предложил Зеленому позвонить в общежитие рыбного техникума. Просто так, ради проверки и от нечего делать. Автомат проглотил монетку. Я набрал номер, пошли гудки.

— Алло, — пробасил мужской голос.

— Здравствуйте. — Я опешил. — Э общежитие рыбного техникума?

— Какого техникума? Идите на хер! Это квартира.

Я с досадой повесил трубку. Вот поганки, надули бедного матросика, которому так хотелось любви и ласки!

С досады я залепил кулаком по ни в чем не повинному телефону-автомату. Он обиделся и съехал на один бок.

Надо отсюда уходить, пока никто не заметил, что я сломал общественную собственность. А то еще бдительные граждане милицию или патруль вызовут.

— Зеленый, валим отсюда! Я, по-моему, аппарат сломал, — сказал я и выскочил наружу.

Мы торопливыми шагами стали удаляться прочь.

— Рыбачки не надули? — поинтересовался Зеленый.

— Обманули! Мужик какой-то трубу взял, ругался. Зря я двушку потратил.

Мы проходили мимо какого-то магазина, возле которого громоздилась куча картонных коробок различных размеров. Может, взять пару? Все равно их выкинут, а нам они в баталерке пригодятся — шмотье складывать, всякие мелочи.

— Мадам! — окликнул я дородную тетку в синем халате, стоявшую возле кучи. — Вам эти коробки нужны? Не поможете ли парочкой, а то нам зарплату такую выдают, что деньги складывать некуда.

Тетка заржала и разрешила нам выбрать несколько коробок. В большую мы запихали матрешкой три штуки поменьше и, гордясь своей хозяйственностью, пошли дальше.

Через минуту мои ноги вдруг сами по себе развернулись и понесли меня в обратную сторону. Зеленый, гонимый за мной стадным чувством, шел сзади и что-то рассказывал, бубнил себе под нос. Очевидно думал, что я его слушаю во все уши. Так вот я и вернулся к телефонной будке.

— Балет, ты опять этим рыбачкам звонить собрался? — с удивлением спросил мой напарник, внезапно обнаруживший себя на прежнем месте.

— Зелень, ты когда-нибудь на шухере стоял?

— Ну, а то! Вот, к примеру, когда черешню воровали в школе.

— Я хочу телефон спереть. Становись справа и стучи мне в стекло, ежели что!

Зеленов не стал спрашивать, на хрена мне сдался телефонный аппарат.

Он сразу же вынул несколько маленьких коробок из большой, сунул ее мне в руки и заявил:

— На! Сюда телефон положишь. Сверху на него маленькие поставим. Смотри, он тяжелый. Я в доле. Половину двушек мне!