Андрей Вышинский – Вопросы международного права и международной политики (страница 9)
В своем стремлении навязать свой план контроля правительство США систематически отклоняет все предложения, которые были направлены на разработку и принятие мер, преследующих цель осуществить запрещение атомного оружия и изъятие атомного оружия из национального вооружения. Я напомню, например, такой факт. В первом подкомитете 5 июля 1946 года представитель Франции Жолио-Кюри заявил, что его делегация придерживается того мнения, что одним из первых этапов контрольного плана должно быть прекращение всякого производства атомного оружия. Жолио-Кюри заявил, что производство атомного оружия должно быть прекращено по крайней мере на то время, пока идут переговоры по этому вопросу, и это нужно для того, чтобы успокоить общественное мнение и облегчить дискуссию. С этим предложением не согласился представитель США, сославшись на то, что подобные действия, то-есть те, которые соответствуют предложениям, внесенным французской делегацией и поддержанным австралийской делегацией, он рассматривает «как результат обсуждения, а не как исходную точку». При этом представитель США почему-то сослался на общественное мнение Соединенных Штатов, с которым нужно-де считаться. Смысл этого последнего замечания легко понять, если припомнить, что за несколько дней до этого, в заседании первого подкомитета тот же американский представитель на вопрос советского представителя Громыко о том, почему до сих пор продолжают изготовляться в Соединенных Штатах Америки атомные бомбы, заявил буквально следующее: «Конвенция исключительно об объявлении атомных бомб вне закона послужила бы источником раздражения и повлекла бы за собой усиление международных взаимных подозрений».
Нелепость этой аргументации против запрещения атомного оружия, я думаю, не нуждается в комментариях. Оказывается что предложение прекратить производство атомных бомб могло бы вызвать «раздражение в Америке», усилило бы международные взаимные подозрения. Оказывается, для того, чтобы этих подозрений было поменьше, – нужно побольше готовить атомных бомб. Вот так логика!
Напомним и другие факты. В июне 1947 года при обсуждении советских поправок по первому докладу атомной комиссии мнение большинства атомной комиссии определилось в пользу советского предложения об уничтожении атомных бомб с использова- нием содержащегося в них ядерного горючего для мирных целей. Представитель Австралии, поддержанный представителем Англии, Канады и некоторыми другими, внес даже формальное предложение по этому вопросу. Однако делегация Соединенных Штатов Америки воспротивилась принятию этого предложения, и представитель Австралии был вынужден на следующем заседании взять обратно свой проект резолюции.
Британская делегация 7 июля 1947 года, – г-н Макнейл 3 сможет вероятно это подтвердить, – в рабочем комитете заявила, что она безоговорочно принимает следующий тезис: «Все атомное оружие должно быть уничтожено, а содержащееся в нем ядерное горючее – использовано в мирных целях». Впоследствии, однако, по каким-то причинам английская делегация должна была отказаться от этого предложения. Правда, в то же время выяснилось, что американская делегация решительно возражает против этого предложения.
О чем свидетельствуют эти факты? Эти факты свидетельствуют о том, что правительство Соединенных Штатов Америки в атомном вопросе проводит политику диктата. Оно, сохраняя атомное оружие, тешит себя иллюзиями о том, что США до сих пор являются монополистами в области атомной энергии. Во власти этих иллюзий сейчас находятся еще такие политические деятели Соединенных Штатов Америки, как, например, кандидат в президенты Соединенных Штатов от республиканской партии Дьюи, который откровенно высказал это на-днях в своей речи в Фениксе, заявив, что Соединенным Штатам принадлежит-де исключительная монополия на атомные секреты. Нападая на СССР, Дьюи откровенно признался, что «наши мысли (т, е. мысли Дьюи и его сторонников) об атомной энергии сосредоточились, главным образом, на ее использовании для военных целей».
Я спрашиваю: это ли не является подтверждением того действительно агрессивного курса внешней политики, которой придерживается добивающаяся власти республиканская партия Соединенных Штатов Америки?
В этой связи следует напомнить об одном из заявлений председателя атомного комитета США Лилиенталя. В книге «Международный контроль над атомной энергией Соединенных Штатов Америки» приводится следующее заявление Лилиенталя по поводу атомной энергии: «Наша безопасность зависит отчасти от секретности некоторой жизненно важной информации и от знания способов производства, которыми только мы одни обладаем. Ибо мы хотим продлить монополию на эти знания так долго, как только возможно, прекрасно понимая, что она, в лучшем случае, является временной»*
О чем говорит это заявление – не кого-либо, а председателя атомной комиссии Соединенных Штатов Америки? Оно говорит о том, что они в Америке верят в то, что они – монополисты в отношении атомных секретов и хотят продлить эту монополию так долго, как возможно. Не тут ли лежит и ответ на вопрос, почему в течение 30 месяцев атомная комиссия не могла дать никакого положительного результата в выработке предложений по ликвидации атомного оружия? Ясно, что если Лилиенталь заявляет, что Соединенные Штаты Америки заинтересованы в том, чтобы как можно дольше продлить эту монополию, то кто же тогда может сомневаться в том, что при таких условиях и работа соответствующих делегаций, в частности американской делегации в атомной комиссии в вопросе об атомной энергии, будет направлена не на то, чтобы скорее покончить с монополией в отношении атомной бомбы, а на то, чтобы как можно дольше сохранить монополию секретов, которые, в общем, уже потеряли свою секретность.
Все эти факты свидетельствуют о том, что Соединенные Штаты Америки в атомном вопросе совершенно не заинтересованы в проведении в жизнь тех решений Генеральной Ассамблеи, с напоминания о которых я начал сегодняшнее свое выступление. Цитата, которая была приведена мною из выступления Лилиенталя, служит в значительной степени ответом и на то недоумение, которое выразил здесь вчера Остин по поводу моего замечания, что американским планом вовсе не принимается во внимание распространение международного контроля на промышленное производство атомной энергии.
Для лучшего понимания политики Соединенных Штатов Америки в области атомной энергии следует напомнить еще об одном выступлении, а именно – о выступлении президента США Трумэна 24 июля 1948 года по поводу результатов, достигнутых во время испытания атомного оружия улучшенного образца, которое имело место на о. Эниветоке.
Президент США отметил, что эти испытания, касавшиеся этого «улучшенного атомного оружия», показали «весьма значительный прогресс», прогресс в усилении эффективности действия атомной бомбы.
Я не говорю о бомбах, которые были сброшены на Хиросима и которые уничтожили сотни тысяч людей. Вероятно, прогресс, о котором говорит президент США, заключается в том, что раньше одной бомбой можно было уничтожить тысячи людей, а теперь – еще больше. Это называется прогрессом, которым хвастают сегодня руководящие политические деятели Соединенных Штатов Америки.
Разве это не говорит, что вдохновляет нынешнюю американскую внешнюю политику в области атомной энергии? Один деятель говорит нам, что задача заключается в том, чтобы дальше основательнее улучшать и усовершенствовать атомное оружие. Другой говорит, что усилия должны быть направлены в настоящее время на то, чтобы лучше использовать атомное оружие в военных целях. Вот о чем думают сейчас руководящие политические деятели в Соединенных Штатах Америки.
Неудивительно, что при таком курсе политики по отношению к атомной энергии работа атомной комиссии, где было обеспечено влияние англо-американской группы, не могла дать положительных результатов. Должно быть совершенно ясно, что всякие кивки в сторону Советского Союза, якобы несущего какую-то ответственность за неудачу работы, за провал работы атомной комиссии, лишены какого бы то ни было основания, являются простым пропагандистским трюком.
Принципы политики в этой области, провозглашенные несколько лет тому назад Соединенными Штатами, впоследствии претерпели серьезные изменения и, как это было видно из процитированных выше выступлений некоторых американских политических деятелей, в настоящее время носят совершенно иной характер. Вот почему вместо международной системы контроля над атомной энергией в рамках Совета безопасности Соединенные Штаты предлагают теперь, вопреки решениям Генеральной Ассамблеи, учредить контрольный орган вне рамок Совета безопасности, причем этому органу придают на деле, конечно, не международный, а американский характер.
Вчера Остин критиковал предложения Советского Союза по установлению контроля над атомной энергией и, в частности, предложение о том, чтобы контрольный орган имел право делать рекомендации Совету безопасности о мерах предупреждения и пресечения в отношении нарушителей конвенции о запрещении атомного оружия и о контроле над атомной энергией. Остин предпочитает обходиться и в этом случае без Совета безопасности, как это имеет в виду тот же американский план. Он утверждал в то же время, что такое решение, когда контрольный орган над атомной энергией будет поставлен вне рамок Совета безопасности, соответствует постановлению Генеральной Ассамблеи от 14 декабря 1946 года, хотя в этом постановлении прямо сказано, что этот орган должен быть в рамках Совета безопасности. Правительство США игнорирует этот важнейший факт. Оно, верное своей общей политике, пытается противопоставить Совету безопасности и в этом вопросе какой-нибудь другой орган. В одном случае оно пытается противопоставить Совету безопасности так называемый межсессионный комитет. В другом случае Совету безопасности противопоставляется какой-то международный контрольный орган, который учреждается вопреки решению Генеральной Ассамблеи от 14 декабря 1946 года не в рамках Совета безопасности, а вне рамок Совета безопасности.